Предыдущий | Оглавление | Следующий

МУММИЙ.– И даже с гораздо большим основанием; ведь царь более походит на владыку еще и потому, что он один; и ни одно государство не может быть счастливее такого, где власть возьмут в свои руки несколько честных мужей. Но я даже царскую власть предпочту правлению «свободного» народа; ибо именно этот третий вид и есть самое дурное государство.

(XXXV, 47) СЦИПИОН.– Знаю я, Спурий, что ты настроен против народного правления[1]. И хотя терпеть его легче, чем это обычно делаешь ты, я все же согласен с тем, что из трех видов государственного устройства этот вид наименее всего заслуживает одобрения. Но я не согласен с тобой в одном – что оптиматы лучше царя. Ведь если государством правит мудрость, то какая же разница, будет ли это мудрость одного или же нескольких человек? Но мы, рассуждая так, становимся жертвой некоторого заблуждения. Ведь когда их называют «оптиматами», то их власть кажется «наилучшей»[2]. Ну, можно ли представить себе что-либо лучшее, чем наилучшее? Но стоит нам только упомянуть о царе, как в нашем воображении тут же появляется царь несправедливый. Но теперь, когда мы рассматриваем вопрос о государстве с царем во главе, мы о несправедливом царе не говорим. Итак, подумай о Ромуле, или о Помпилии, или о царе Тулле; ты, пожалуй, не станешь порицать этот государственный строй.

(48) МУММИЙ.– Какую же хвалу согласен ты воздать народному правлению в государстве?

СЦИПИОН.– А как же, Спурий, родосцы, у которых мы ««давно были вместе с тобой?[3] Разве у них, по-твоему, нет государства?

МУММИЙ.– По моему мнению, есть и никак не заслуживающее порицания.

СЦИПИОН.- Ты прав. Но, если помнишь, все люди, правившие там

Цицерон. Диалоги. О государстве. О законах. – М., Наука. 1966. – С. 70

совместно, были то из плебса, то из сенаторов, причем они чередовались: в одни месяцы они выполняли обязанности народа, в другие исправляли должность сенаторов. Но в обоих случаях они получали жалование, причем в театре и в курии[4] одни и те же люди разбирали и уголовные, и все остальные дела. [Сенат] обладал такой же властью и таким же влиянием, какими обладала толпа, ...[Лакуна]

Фрагменты из третьей книги

1. В некоторых людях имеется, так сказать, мятежное начало, которое Либо возбуждается при наслаждениях, либо при трудностях подавляется (Ноний,301,5).

2. Но для того, чтобы они сами испытывали свою душу, видя, что им, по их мнению, предстоит сделать, ...(Ноний, 364, 7).

3. Пунийцы первые, торгашеством и с товарами, ввезли в Грецию алчность, роскошь и ненасытные страсти (Ноний, 431, 11).

4. Пресловутый Сарданапалл, пороками своими гораздо более отвратительный, чем даже своим именем[5] (Схолии к сатирам Ювенала, X, 362).

5. Разве только кто-нибудь захочет, в виде памятника, заново изваять Афон[6]. Ведь какой Афон или Олимп столь велики, чтобы... (Присциан, VI, 13, 70).

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] Ср. Цицерон, «О законах», III, 19 и 23.

[2] Игра слов. См. прим. 135 к кн. I.

[3] В 141–139 гг. Сципион Эмиляан, с целью разбора некоторых династических споров в государствах Востока, подвластных Риму, в сопровождении Спурия Муммяя, Луция Метелла Кальва и Панэтия совершил путешествие на Восток я посетил остров Родос.

[4] В Греции театр был местом народных собраний; курия в Риме была местом заседаний сената. Ср. Цицерон, «Речь в защиту Флакка», 16 слл.

[5] Мифический царь Ассирии, ошибочно отождествлявшийся с Аосурбанипалом (VII в.); по представлениям греков, тиранн, склонный к чувственным наслаждениям и роскоши. Окруженный врагами, он будто бы покончил с собой путем самосожжения.

[6] По свидетельству Витрувия («Об архитектуре», II, 2), зодчий Динократ предложил превратить гору Афон в огромную статую Александра Македонского.










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.