Предыдущий | Оглавление | Следующий

(XII, 23) Итак,– сказал Сципион,– когда сенат Ромула, составленные лз оптиматов, которым сам царь воздал такую большую честь, что пожелал,

Цицерон. Диалоги. О государстве. О законах. – М., Наука. 1966. – С. 40

чтобы они именовались «отцами», а их сыновья – «патрициями»[1], после кончины Ромула сам, без царя, попытался управлять государством, то народ этого не стерпел и, в тоске по Ромулу, с тех пор не переставал требовать для себя царя. Тогда первенствующие люди, проявив благоразумие, придумали необычный и неслыханный среди других народов выход – учреждение междуцарствия[2] – с тем, чтобы, пока не будет избран постоянный царь, государство и не оставалось без царя, и не имело царя на долгий срок, и чтобы ни у кого не было возможности, когда его власть уже приобретет давность, ни оказаться чересчур медлительным в своем отказе от империя, ни чересчур сильным, чтобы его за собой удержать. (24) И вот, в это время наш, правда, еще молодой народ все-таки понял то, что ускользнуло от внимания лакедемонянина Ликурга, который полагал, что следует не избирать царя (если только это могло быть во власти Ликурга), а иметь царем человека, каков бы он ни был, но лишь бы он вел свой род от Геркулеса; а наши предки, хотя они были тогда дики, поняли, что следует требовать царской доблести и мудрости, а :не царского происхождения.

(XIII, 25) Так как шла молва, что именно этими качествами более, чем кто-либо другой, обладает Нума Помпилий, то сам народ, минуя своих собственных граждан, с одобрения «отцов» принял в цари иноземца и призвал его на царство – сабинянина в Рим из Кур[3]. Как только он сюда прибыл, он, хотя народ, постановлением куриатских комиций, и повелел ему быть царем, все же сам внес куриатскии закон о своей империи[4], а увидев, что римляне, следуя порядкам, установленным Ромулом, горят желанием воевать, признал нужным несколько отучить их от этого.

(XIV, 26) Прежде всего он разделил между гражданами, по наделу на каждого мужчину, те земли, которые завоевал Ромул, и доказал, что, обрабатывая землю, возможно, не прибегая ни к разорению других народов, ни к грабежам, пользоваться изобилием всех благ; он внушил гражданам любовь к спокойствию и миру, которыми лучше всего укрепляется правосудие и верность и под сенью которых особенно хорошо обеспечиваются обработка полей и сбор урожая. Тот же Помпилий, учредив «большие авспиции», к прежнему числу авгуров прибавил двоих, священнодействия поручил пятерым понтификам из числа первенствовавших людей и, предложив эти законы, сохранившиеся в наших памятниках, религиозными обрядами смягчил нравы людей, привыкших к войнам и жаждавших воевать; кроме того, он к числу жрецов прибавил фламинов[5], салиев[6] и дев-весталок[7] и объявил все стороны нашего религиозного устава неприкосновенными. (27) Что касается самих священнодействий, то повелел, чтобы тщательное совершение их было трудным, а предметы, нужные для них,– очень простыми. Ведь он ввел много такого, что надо было знать наизусть и соблюдать; зато все это не требовало издержек[8]. Так, в соблюдении религиозных обрядов он трудностей прибавил, затраты упразднил. Этот же царь учредил и торжища,

Цицерон. Диалоги. О государстве. О законах. – М., Наука. 1966. – С. 41

и общественные игры и нашел всяческие поводы к многолюдным собраниям. Всеми этими установлениями он людей жестоких, грубых и воинственныл. направил на путь человечности и мягкости Процарствовав таким образом тридцать девять лет[9] в обстановке полного мира и согласия (мы здесь предпочитаем следовать нашему Полибию, наиболее точному в указании времени событий), он ушел из жизни, укрепив две величайшие основы долговечности государства – религию и милосердие

(XV, 28) После того, как Сципион сказал это, Манилий спросил. Справедливо ли, Публий Африканский, предание, гласящее, что этот царь Нума был учеником самого Пифагора и, во всяком случае, пифагорейцем. Ведь мы часто слыхали это от старших и полагаем, что таково всеобщее мнение, но мы, однако, не видим, чтобы это было подтверждено государственными летописями[10].

СЦИПИОН.– Все это неверно, Манилий, и не просто вымышлено, а вымышлено невежественно и нелепо. Ведь россказни эти говорят не только о том, чего не было, но и о том, чего и вообще быть не могло,– этим они и нестерпимы. Ибо оказывается, что Пифагор приехал в Сибарис, Кротон и эти области Италии тогда, когда Луций Таркииний Гордый царствовал уже четвертый год Ведь начало царствования Тарквиния Гордого и приезд Пифагора приходятся на одну и ту же олимпиаду – шестьдесят вторую[11] (29). Из этого, рассчитав годы царствований, можно понять, что Пифагор впервые приехал в Италию приблизительно через сто сорок лет после смерти Нумы, и у тех, кто изучал летописи событий тщательно, это никогда не вызывало никаких сомнений.

Бессмертные боги – сказал Манилий,– как велико это заблуждение и как оно укоренилось! И все же меня радует, что мы воспитаны не на заморских и занесенных к нам науках, а на прирожденных и своих собственных доблестях.

(XVI, 30) Но тебе будет легче понять это,– сказал Публий Африканский,– если ты обратишь внимание на то, как наше государство преуспевает и как оно, идя, так сказать, естественным путем, достигает наилучшего состояния. Более того, ты именно потому и сочтешь нужным прославлять мудрость наших предков, что многое, даже заимствованное из других мест, у нас, как ты поймешь, было намного улучшено в сравнении с тем, каким оно было там, где возникло впервые, и откуда было перенесено сюда; ты поймешь, что римский народ достиг своей мощи не случайно, но благодаря мудрости и старому порядку и притом не наперекор судьбе.

(XVII, 31) После смерти царя Помпилия народ, по предложению интеррекса, в куриатских комициях избрал царем Тулла Гостилия, а он, по примеру Помпилия, запросил народ по куриям насчет своего империя. Тулл Гостилий стяжал выдающуюся военную славу и совершил великие подвиги во время войн На средства, полученные от продажи военной добычи, он

Цицерон. Диалоги. О государстве. О законах. – М., Наука. 1966. – С. 42

устроил и оградил комиций и курию[12]. Он установил правила для объявления войн; эти правила, весьма справедливо придуманные им, он подтвердил фециальным уставом[13], согласно которому всякая война, которая не была возвещена и объявлена, признавалась несправедливой и нечестивой. А дабы вы поняли, сколь мудро уже наши цари предусмотрели, что кое-какие права должны быть даны народу (об этом нам придется сказать еще многое), я укажу, что Тулл Гостилий даже знаками своего царского достоинства решался пользоваться только по велению народа. Ибо на то, чтобы двенадцати ликторам было дозволено шествовать перед ним, [он просил согласия народа.] [Лакуна].

(32) Насчет Тулла Гостиллия, который был после Ромула третьим по счету царем и был убит молнией, тот же Цицерон говорит в этих же книгах следующее: молве, что он, после такой смерти, был принят в соям богов, не поверили потому, что установившегося мнения насчет Ромула, то есть твердой уверенности, римляне, быть может, не хотели опошлить, то есть принизить, если оно будет с легкостью отнесено также и к другому (Августин, «О государстве божьем», III, 15).

Тулл Гостилий, третий римский царь, победив этрусков, первый ввел в Риме курульное кресло, сопровождение ликторов и вышитую тогу с пурпурной каймой – принадлежности этрусских магистратов (Макробий, «Сатурналии», I, 6, 7).

(XVIII, 33) ЛЕЛИИ (?).–...ведь государство – в соответствии с тем, как ты начал свою беседу,– не ползет, а летит в своем стремлении к лучшему устройству.

СЦИПИОН.– После Тулла Гостилия народ избрал царем Анка Марция, внука Нумы Помпилия от дочери, и он также провел куриатский закон о своем империи. На-голову разбив латинян, он принял их в число граждан; он присоединил к Городу холмы Авентинский и Целий, захваченные им земли разделил, а все леса, расположенные у моря и им захваченные, объявил государственной собственностью. В устье Тибра он основал город[14] и укрепил его, поселив в нем колонов. Процарствовав таким образом двадцать лет он умер[15].

Также и этот царь заслуживает хвалы; но темна римская .история, так как, кто была мать этого царя, мы знаем, но «ам не известен его отец.

СЦИПИОН.– Да, это верно, но от тех времен до нас дошли, можно сказать, одни только имена царей.

(XIX, 34) Но в эти времена граждане, по-видимому, стали более образованными сперва благодаря некоторым чужеземным учениям. Ведь в наш город притек из Греции не малый, я бы сказал, ручеек, а полноводная река наук и искусств. По преданию, был «екто Демарат из Коринфа, несомненно, первенствовавший среди сограждан по своему почетному положению, авторитету и богатству. Не стерпев правления коринфского тиранна Кипсела,

Цицерон. Диалоги. О государстве. О законах. – М., Наука. 1966. – С. 43

он будто бы бежал, захватив все свое большое имущество, и направился в Тарквинии, процветавший город Этрурии. А когда до него дошли вести об укреплении владычества Кипсела, он как человек свободолюбивый и храбрый отказался от отечества; он был принят тарквинянами в число их граждан и поселился в этой городской общине. Когда его жена, бывшая родом из Тарквиниев, родила ему двух сыновей, он дал им хорошее образование в греческом духе [16] ... [Лакуна]

(XX, 35) ... легко получив права гражданства, он благодаря своей просвещенности и образованию стал другом царя Анка, так что его считали участником всех замыслов царя и чуть ли не его соправителем. Кроме того, он отличался величайшим дружелюбием, величайшей готовностью помогать всем гражданам, поддерживать и защищать их и даже щедро их одаривать. Поэтому, после смерти Марция, народ единогласно избрал его царем под именем Луция Тарквиния; именно так он изменил свое греческое имя, дабы казалось, что он во всех отношениях перенял обычаи нашего народа. Проведя закон о своем империи, он прежде всего удвоил прежнее число «отцов» и назвал уже ранее существовавших «отцами старших родов» (им он в первую очередь предлагал высказывать мнение[17]), а тех, кого он сам принял в сенат, он назвал «отцами младших родов». (36) Затем он создал конницу по образцу, сохранившемуся и поныне[18], но не смог, хотя и очень желал этого, изменить наименования тициев, рамнов и луцеров[19], так как высоко прославленный авгур Атт Навий[20] на это не согласился. Также и коринфяне, знаю я, некогда, за счет подати с сирот и вдов, заботились о снабжении всадников конями и их прокорме за счет казны. Во всяком слу чае, он, прибавив к уже существовавшим отрядам конницы новые, довел ее численность до тысячи восьмисот всадников, то есть удвоил ее состав. Впоследствии он покорил большое и храброе племя эквов, угрожавшее благополучию римского народа, а сабинян, отбросив их от стен города Рима, рассеял своей конницей и разбил на-голову. Он же, как мы знаем, первый устроил великие игры, названные Римскими[21], а во время войны с сабинянами, во время самой битвы, дал обет построить в Капитолии храм Юпитеру Всеблагому Величайшему и умер, процарствовав тридцать восемь лет[22].

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] Слово patricius – прилагательное, образовавшееся от слова pater, отец; впоследствии оно стало существительным.

[2] Interregnum, В эпоху республики, в случае смерти обоих консулов, сенаторы-патриции избирали из своей среды правителя на пятидневный срок (янтеррекс, «междуцарь»); интеррекс проводил выборы новых консулов; иногда приходилось избирать нескольких интеррексов одного за другим. См. Цицерон, «О законах», III, 9; Ливии, I, 17.

[3] См. Плутарх, «Нума», 2. Куры – главный город Сабинской области

[4] Каждая курия составлялась из 10 родов; 10 курий составляли трибу. Куриатские комиции были патрицианскими. Закон об империи принимался куриатскими комициями; в I в. это стало формальностью: куриатские комиции представляли 30 ликторов, собиравшихся под председательством верховного понтифика.

[5] Коллегия из 15 жрецов: трех фламияов главных божеств – Юпитера, Марса и Квирива, и 12 фламинов младших божеств. Наибольшими правами и значением обладал фламин Юпитера (Hamen Dialis).

[6] Коллегия жрецов Марса.

[7] Девы-весталки – жрицы Весты, покровительницы домашнего и государственного очага; поддерживали неугасимый огонь в ее храме, в течение 30 лет служения богине были обязаны хранить целомудрие; нарушение этого обета каралось закапыванием в землю заживо. Весталка имела право миловать осужденного на казнь, свидетельствовать в суде и составлять завещание. См. Ливии, I, 20.

[8] См. Цицерон, «О законах», II, 19; 25.

[9] По свидетельству Ливия (I, 21), Нума царствовал 42 года.

[10] Летописи, которые вел верховный понтифик. См. прим. 71 к кв. I. 60 Греческие колонии на италийском берегу Ионического моря.

[11] Т.е. в 532–529 гг.

[12] Комиции – северо-западная часть римского форума, место собраний; здесь было построено здание для собраний сената, получившее название Гостилиевой курии.

[13] Фешалы – коллегия жрецов бога верности (dius Fidius), следившая за соблюдением международных договоров, объявлявшая войну и заключавшая мир; при этом совершались ритуальные обряды: при объявлении войны старшина фециалов (pater patratus) бросал копье на вражескую территорию. См. прим. 15 к кн. I; «О законах», II, 21.

[14] Остая – морской порт Рима, расположенный в устье Тибра.

[15] См. Ливии, I, 32 сл.

[16] См. Ливии, I, 34. Далее речь идет о младшем сыне Демарата, переселившемся в Рим. Кипсел правил в Коринфе с 657 по 627 г.

[17] «Высказывать мнение» (sententiara dicere) – технический термин: выступать с речью в сенате, вносить мотивированное предложение. Число сенаторов было доведено до 300.

[18] Так называемые «всадники» составляли зажиточный класс граждан (18 центурий); они несли военную службу в коннице; государство оплачивало им содержание их коней. См. ниже, § 39.

[19] См. выше, § 14.

[20] Ср. Цицерон, «О законах», II, 33; «О предвидении», I, 31 слл.; «О природе богов», II, 9; Ливии, I, 36.

[21] Великие игры – в честь капитолийских божеств: Юпитера, Юноны и Минервы; происходили с 5 по 19 сентября. См. Ливии, I, 35.

[22] См. Ливии, I, 34–38.










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.