Предыдущий | Оглавление | Следующий

Н.М. Колосова

ГЛАВА 3. ОБЕСПЕЧЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ЗАКОННОСТИ

 

Причины нарушения и содержание конституционной законности

Формы реализации конституционных норм

Конституционность нормативных правовых актов субъектов Федерации

Уровни конституционной законности

 

История учит, что наступление реакционных сил обычно начинается с попрания Конституции и иных законов и, прежде всего, со стороны властных структур. Кроме того, систематические нарушения ныне действующей Конституции РФ настолько серьезны, что налицо расшатывание устоев общества, его стабильности. В связи с этим назрела необходимость вырабатывать концептуальные подходы к конституционной законности на основе анализа ныне действующего российского законодательства и практики его реализации.

Причины нарушения и содержание конституционной законности

Анализ причин при рассмотрении конкретных конституционных нарушений, проведенный ниже, следует дополнить выявлением общих факторов, способствующих ослаблению конституционной законности в России.

Одна из основных причин нарушения конституционной законности -это исторические традиции России, которой были неизвестны какие-либо ограничения власти. Россия оказалась в условиях развала тоталитарного режима, когда сохраняются стереотипы рассмотрения законности как средства защиты государственной власти.

Преодоление негативного прошлого – достаточно длительный процесс, об этом надо сказать открыто. Необходимо шаг за шагом постепенно превращать конституционную законность в средство ограничения власти.

Налицо низкая правовая культура как должностных лиц, так и граждан, их негативное отношение к Конституции как некоему фасаду, необходимому в обществе, провозгласившем себя демократическим и правовым. Это второй существенный негативный фактор в деле обеспечения конституционной законности. Для его преодоления необходима широкая пропаганда с использованием средств массовой информации, направленная на внедрение правосознания народа, ориентированного на конституционные ценности. Речь идет о формировании конституционного правосознания повсеместно.

В настоящее время фактически высшие органы государственной власти и их должностные лица, нарушающие Конституцию РФ, не несут ответственности. Отсутствует какой-либо реальный механизм защиты Кон-

27

ституции, включая процедуру выхода из конституционного кризиса, что реально развязывает руки субъектам права для нарушения Конституции РФ.

Другим общим фактором, способствующим нарушениям Конституции, является ослабление за последнее время российской государственности.

Просчеты и недостатки в реформировании России пытаются объяснить тем, что Конституция 1978 г. долгое время тормозила общественное развитие. После принятия Конституции 1993 г. стало очевидно, что причины многих неудач объясняются тем, что властные структуры не могут функционировать в конституционных рамках.

Поэтому важно реформировать и укрепить само государство как фактор, способный обеспечить конституционную законность. Необходима единая концепция укрепления государственной власти, включая основы взаимодействия всех ветвей власти. Только в условиях конституционализма[1]. Основной закон сможет стать высшей правовой ценностью общества.

В условиях демократического режима конституционная законность должна стать не способом реализации власти, а средством ее ограничения, что закреплено в Конституции РФ 1993 г. (ч. 2 ст. 15). Соответственно, настоящий анализ вопроса будет очерчен лишь нарушением Основного закона со стороны властных структур. Это – во-первых.

Во-вторых, целесообразно определять конституционную законность в качестве превентивного фактора. Это означает критику «узкого» подхода к законности, когда последняя анализируется лишь со стадии восстановления нарушенных конституционных норм. Следует согласиться со сторонниками превентивного подхода к законности прежде всего в том, что, по их мнению она «начинается не тогда, когда посредством решений компетентных органов обеспечивается восстановление их действия, а тогда, когда любые органы начинают с соблюдения Конституции и следования ей»[2]. Более того, по нашему мнению, конституционная законность должна начинаться еще раньше. Речь идет о том, что конституционную законность следует обеспечивать уже на стадии принятия Основного закона, т.к. именно здесь закладываются предпосылки для ее соблюдения. Общество нуждается в том, чтобы в Конституции, с учетом ее относительной стабильности и стимулирующего воздействия на прогрессивные общественные стандарты, были закреплены основные закономерности развития общества и его структур. Современная Конституция должна быть продуманной моделью организации всех сфер жизни общества с разной степенью конкретизации в каждой из этих областей.

28

Другими словами, если Конституция, будучи результатом субъективной деятельности людей, не будет объективной по содержанию, то нарушения Основного закона неизбежны.

С учетом этих двух факторов будем считать, что конституционная законность – это совокупность требований к властным структурам в процессе создания конституционных предписаний, их выполнения, а равно система мер, направленная на защиту конституционной законности, в том числе и на ее восстановление.

Формы реализации конституционных норм

Осуществление конкретных конституционных предписаний происходит в трех формах: выполнение (соблюдение и исполнение), использование и применение.

Использование конституционных норм означает процесс осуществления прав и свобод. Субъектами использования прав и свобод являются прежде всего физические лица, хотя республики, края, области, автономные образования, Россия в целом наделены определенными правами как участники межгосударственных образований. Злоупотребления конституционными правами и свободами есть нарушения конституционной законности.

Так, ч. 2 ст. 68 Конституции РФ гласит, что «республики вправе устанавливать свои государственные языки». Поэтому злоупотребление таким правом не способствует укреплению конституционной законности. Превышение высшими должностными лицами своих конституционных полномочий также является грубым нарушением Конституции. Например, Указ Президента от 1 декабря 1995 г. «О правовых гарантиях участникам незаконных вооруженных формирований в Чеченской республике, добровольно прекратившим противоправные действия» предоставил право амнистии главе Чеченского правительства, что противоречит пункту «е» ч. 1 ст. 103 Конституции РФ, где право амнистии признается прерогативой Государственной Думы.

Применение конституционных норм. Анализ нарушения законности в форме препятствования применению конституционных норм будет дан далее в связи с проблемой пассивного нарушения Конституции со стороны властных структур. В дополнение к этому отметим, что применение конституционных норм означает индивидуализацию конституционных предписаний в связи с конкретной жизненной ситуацией. Субъектами конституционных норм являются государство в целом, республики и иные субъекты РФ, органы государственной власти и местного самоуправления,

29

органы судебной власти, прокуратуры, их должностные лица, общественные объединения и т.д. Особенность заключается в том, что многие субъекты применяют конституционные нормы по делегированию государства, т.к. применение конституционных норм означает властное вмешательство в реализацию предписаний Конституции. Восстановление нарушенных конституционных норм осуществляется в судебном порядке.

Соблюдать конституционные нормы означает сообразовывать свое поведение с запретами Основного закона. Следует отметить, что роль запретов в процессе реализации Основного закона для государства, его органов и должностных лиц широко используется, т.к. суть современного понимания законности сводится прежде всего к ограничению власти, которая не вправе выйти за конституционные рамки. Запреты обращены не только к законодателю, но и к другим органам, обязанным применять закон.

Термин «запрет» употребляется в следующих случаях: ч. 2 ст. 29 запрещает пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства, ч. 2 ст. 29 запрещает цензуру, ч. 2 ст. 37 запрещает принудительный труд.

Кроме прямой формы в конституции используется косвенная форма запрета, а именно:

- «никто не может быть лишен права» – ст. 47;

- «при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона» – ст. 50;

- «закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет» – ст. 54;

- «в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина» – ст. 55.

Как правило, государству запрещается постоянное ограничение прав и свобод человека и гражданина, т.к. в противном случае нарушается конституционная законность. В качестве исключения ч. 3 ст. 55 Конституции предусматривает возможность таких ограничений «федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».

Такая формулировка содержит в себе некую опасность, т.к. со ссылкой на нее можно убрать тот каркас, который поддерживает правовое государство. Поэтому следует добавить после слов «необходимо» – «в демократическом государстве», что, кстати, использовалось в одном из вариантов этой статьи. Важно подчеркнуть, что доктрина внутренних ограничений прав и свобод человека Европейского Суда по правам человека включает в качестве одного из условий соответствие действий государства с понятием «необходимо в демократическом обществе».

30

Комиссия по правам человека и Европейский Суд по правам человека при рассмотрении конкретных дел проводят двойной анализ ситуации. Во-первых, они определяют, законна ли сама цель установленного ограничения. Во-вторых, они изучают, являются ли средства, примененные в целях ограничения права или свободы «соразмерными преследуемой законной цели»[3].

Кроме того, ч. 3 ст. 55 Конституции РФ содержит в себе еще одну опасность для конституционной законности, т.к. несколько расплывчаты формулировки тех целей, ради которых можно ограничить права и свободы человека. Не случайно, что при рассмотрении таких дел решения Конституционного суда РФ и особое мнение судьи порой бывают прямо противоположными[4].

Выход из такой ситуации видится не в изменении норм Основного закона, а в закреплении более четких понятий в действующем законодательстве, причем начало этому уже положено. Так, понятия «оборона» и «безопасность» уже закреплены в действующем законодательстве[5]. Кроме того, следует подумать о написании более содержательного комментария к ст. 55 Конституции РФ[6], т.к. на практике судебные органы на него ориентируются.

Конституционность нормативных правовых актов субъектов Федерации

Конституционная законность не только многоаспектное, но и многоуровневое понятие, причем уровни целесообразно выделять как по горизонтали, так и по вертикали. В последнем случае речь должна идти об обеспечении конституционной законности на федеральном уровне, на уровне субъектов Федерации и на местном уровне. Очевидна их взаимосвязь, но эта проблема – предмет специального изучения. В рамках темы настоящей работы остановимся лишь на некоторых существенных аспектах проблемы соблюдения федеральной Конституции со стороны субъектов РФ.

В основе несоответствия между нормами федеральной Конституции и Конституциями и уставами ряда субъектов РФ зачастую лежит понятие

31

суверенитета и соответственно суверенных прав. Так, Конституция Республики Саха 1992 г., Конституция Республики Татарстан 1992г., Конституция Республики Тыва 1992 г., Конституция Республики Башкортостан 1993 г., Конституция Республики Коми 1994 г. и др. закрепляют свой государственный суверенитет, что отсутствует в Конституции РФ. Полагаю, что сам факт такого закрепления не является нарушением конституционной законности, т.к. признание за республиками статуса государств означает наличие у него суверенитета как неотъемлемого свойства любого государства. Суверенитет субъектов Федерации не может быть абсолютным, но и его ограничение должно быть разумным – в пределах защиты Конституции РФ, основных принципов федерализма (единство территории, целостность и т.д.). Поэтому любое посягательство на эти принципы является грубым нарушением конституционной законности. Например, ст. 1 Конституции Республики Тыва провозглашает право республики на самоопределение и выхода из состава РФ путем всенародного референдума Республики Тыва, что противоречит основным принципам федерации, закрепленным в Конституции РФ, где сказано, что «Российская Федерация обеспечивает целостность и неприкосновенность своей территории» (ч. 3 ст. 4).

Субъекты РФ нарушают не только основные конституционные принципы, но иные предписания федеральной Конституции, что также совершенно недопустимо. Это и необходимость ратификации федеральных законов на территории субъекта Федерации (ч. 2 ст. 41 Конституции Саха, п. 15 ст. 60 Конституции Республики Ингушетия); это и возможность приостановления действия Конституции РФ на территории Республики Тыва в период чрезвычайных ситуаций, политического и государственного кризиса; это и возможность приостанавливать действие федеральных законов и актов государственных органов РФ, если они ущемляют интересы республики (п. 15 ст. 73 Конституции Республики Коми); это и создание собственной таможни (п. 15 ст. 73 Конституции Республики Тыва); это и право республик объявлять военное положение и многое другое.

Анализ иных нормативных актов субъектов Федерации также свидетельствует о массовых нарушениях с их стороны федеральной Конституции, причем причины такой негативной тенденции носят как экономический, политический, так и юридический характер. В основе таких фактов лежит столкновение федеральных и региональных интересов. Для упрочения конституционной законности важен комплекс взаимосвязанных мер с целью согласования противоречивых интересов Федерации и ее субъектов. Необходим поиск эффективных и цивилизованных форм их разрешения с целью создания единого конституционного пространства, причем диапазон методов достаточно широк – от мягких способов убеждения

32

(согласительные процедуры и т.д.) до жесткого пресечения нарушения федеральной Конституции. Институционный аспект такого защитного механизма должен включать как совершенствование ныне действующих институтов обеспечения конституционной законности (Конституционный Суд РФ, Арбитражный Суд РФ, Прокуратура РФ и т.д.), так и вновь созданные процедуры и органы. Так, целесообразно ускорить принятие Федерального закона «О процедурах преодоления разногласий и разрешения споров между органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов Российской Федерации», принятого в декабре 1995 г. Государственной Думой и отклоненного Советом Федерации в январе 1996 года[7]. Законопроект предусматривает учреждение Примирительной Палаты РФ с целью рассмотрения разногласий и споров между органами государственной власти РФ и органами государственной власти ее субъектов. Кроме того, предлагается ряд эффективных мер для обеспечения конституционной законности, а именно: возможность временного приостановления действия отдельных положений федеральных законов на территории субъектов РФ (ч. 1 ст. 26), прямое действие федеральных законов на территории субъектов Федерации в случае ненадлежащего выполнения ст. 72 Конституции РФ органами государственной власти субъектов РФ.

Деятельность Конституционного Суда РФ способствует укреплению конституционной законности, т.к. постепенно конституционные основы российского федерализма наполняются реальным юридическим содержанием. Это и совершенствование конституционных механизмов обеспечения государственной целостности РФ, и соотношение предметов ведения и полномочий РФ и ее субъектов, и единство государственной власти в РФ, и взаимодействие в процессе правового регулирования нормативных актов Федерации и ее субъектов. Это и защита общефедерального стандарта прав человека во многих субъектах РФ и др.[8] Это важно, но недостаточно, т.к. отсутствует действенный механизм контроля за выполнением решений Конституционного Суда РФ. В ряде случаев возникает проблема их реализации. Достаточно отметить дело о проверке конституционности ряда нормативных актов города Москвы и Московской области, Ставропольского края, Воронежской области и города Воронежа, регламентирующих порядок регистрации граждан, прибывающих на постоянное жительство в названные регионы[9].

33

Поводом к рассмотрению послужили запрос Главы Республики Коми Юрия Спиридонова и индивидуальные жалобы граждан В.И. Куцыло и Р.С. Клебанова. Юрий Спиридонов представлял интересы многих граждан, которые после долгих лет работы на Севере лишились возможности вернуться во многие регионы Центральной России на постоянное место жительства, даже имея там собственную недвижимость. Веронике Куцыло и Роману Клебанову было отказано в регистрации в Москве на основании статьи 2 Закона города Москвы «О сборе на компенсацию затрат городского бюджета по развитию инфраструктуры города и обеспечению социально-бытовыми условиями граждан, прибывающих в Москву на жительство». Закон обязывает их уплатить регистрационный сбор в размере 500 минимальных зарплат (35 миллионов рублей), хотя эти граждане были собственниками жилья. Постановление Конституционного Суда было оглашено 4 апреля 1996 г., и с этой даты оспариваемые нормативные акты субъектов Федерации должны были перестать действовать, т.к. Конституционный Суд РФ признал их неконституционными. По его мнению, разрешительный характер прописки противоречит прежде всего конституционному праву граждан свободно выбирать себе место жительства.

Полагаю, что назрела необходимость разработки и принятия законодательного акта об ответственности конституционных органов субъектов Федерации и их должностных лиц за активное или пассивное невыполнение решений Конституционного Суда РФ. Кроме того, целесообразно предложить при рассмотрении спора о нарушении Конституции РФ со стороны субъекта Федерации вводить его официального представителя с правом совещательного голоса на всех стадиях рассмотрения конкретного вопроса в Конституционном Суде РФ. Не исключено, что такая практика будет иметь временный характер, т.к. суть многих нарушений Конституции со стороны субъектов Федерации можно объяснить своеобразными «болезнями» становления Российской Федерации, «вылечить» которые может только время.

Уровни конституционной законности

В отличие от вертикального среза конституционной законности (Федерация, субъекты Федерации, регионы) ее горизонтальный срез позволяет выделить следующие четыре уровня в зависимости от характера негативных последствий.

О первом уровне следует говорить в том случае, когда последствия нарушения конституционной законности максимально опасны для общества. Речь идет о совершении государственного переворота, когда неза-

34

конным путем вместо старой конституции учреждается качественно новая конституция, причем все это может происходить как без использования силовых структур, так и с их применением.

Второй уровень нарушения конституционной законности не менее опасен, т.к. незаконно меняется не вся конституция, а отдельные ее нормы, имеющие сущностный характер. Особенностью данного уровня нарушения Основного закона является ее прикрытие такими предусмотренными Конституцией формами, как внесение изменений в Основной Закон и его официальное толкование.

Третий уровень нарушения конституционной законности выражается в действиях высших органов государственной власти и их должностных лиц, которые сознательно способствуют конституционному кризису, хотя внешне действуют в рамках конституции. Субъекты нарушения конституционной законности в этих случаях не стремятся создать или изменить конституционные нормы, что характерно для второго уровня. Сами их действия, порой трудно соотносимые с нарушением конкретной конституционной нормы, способствуют расшатыванию конституционной законности.

Четвертый уровень конституционной законности требует выполнения субъектами права конкретных конституционных предписаний. Очевидно, что это наиболее массовый и распространенный способ нарушения конституционной законности. Например, в 1994г. был издан Указ № 1126 «О борьбе с бандитизмом и организованной преступностью», очевидно нарушающий ст. 22 Конституции РФ о том, что «арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов» (Указ предусматривал возможность задержания граждан по подозрению на срок до одного месяца).

Первый уровень конституционной законности. Начнем с того, что попытаемся более обстоятельно проанализировать нарушение конституционной законности в форме государственного переворота. Бесспорно, что самое стабильное общество не может развиваться без борьбы идей, которая при определенных условиях приводит к качественно новой конституционной доктрине. Борьба за власть закономерна, но она может происходить как в рамках конституционного поля, так и вне его. В последнем случае правомерно ставить вопрос о захвате власти, государственном перевороте, в результате чего на свет может появиться незаконная конституция. Структуры, осуществляющие революционную смену одной конституции другой, порой обосновывают свои действия нелегитимностью старого Основного Закона. Это создает видимость правомерности происходящего.

Термин «легитимность» Конституции – достаточно опасный фактор в условиях политических конфликтов. Именно он был использован в 90-е

35

годы в России, когда грубейшие нарушения Конституции 1978 г. со стороны власти объяснялись ее нелегитимностью. Назовем известный Указ № 1400 «О поэтапной конституционной реформе в РФ» от 21 сентября 1993 г., который нарушил действующую тогда Конституцию.

Во-первых, Указ № 1400 противоречил ст. 1216 и ст. 1215 п. И Конституции РСФСР, где прямо содержался запрет для Президента распускать или приостанавливать деятельность Съезда народных депутатов РФ, Верховного Совета РФ.

Во-вторых, налицо очевидное нарушение ст. 1218 Конституции, на основе которой Указы Президента не могут противоречить Конституции и Законам РФ, т.к. данный Указ ставил указное право, пусть временно, но выше того, чему он должен соответствовать.

Эти и иные нарушения Основного Закона[10] мотивировались существованием более высокой ценности, чем формальное следование противоречивым нормам, созданным законодательной властью. Для оправдания в тот период очевидных нарушений конституционной законности она заняла подчиненное место по отношению к легитимности, критерии которой были достаточно расплывчатыми.

Для обеспечения конституционной законности целесообразно или отказаться от термина «нелегитимность конституции», или законодательно закрепить ее четкие критерии. Если подходить с чисто формальной точки зрения, то нетрудно доказать нелегитимность (незаконность) Конституции РФ 1993 г., т.к. порядок ее принятия не был предусмотрен ее предшественницей. В 1993 г. проект ныне действующего Основного Закона разрабатывался неконституционным органом – «конституционным совещанием», сформированным на основе президентского Указа. Очевидна опасность таких рассуждений. Еще большую угрозу для стабильности всего общества представляют выводы о нелегитимном содержании Конституции.

Полагаю, что ставить вопрос о нелегитимности (незаконности) Основного закона можно только в случае нарушения процедуры его принятия, причем при одновременном соблюдении двух условий. Во-первых, только компетентный на то орган (Конституционный Суд РФ) правомочен признать незаконность Конституции. Во-вторых, своеобразный срок «исковой давности» оспаривания незаконности таких процедур должен быть минимальным – несколько месяцев со дня официального обнародования текста новой конституции.

Очевидно, что даже самая оптимальная научная теория не способна остановить те силы, которые претендуют на перераспределение политиче-

36

ской власти в обществе, которые при отсутствии законных способов борьбы не останавливаются перед открытым нарушением законности (приостановление или ликвидация неугодных институтов и т.д.). Например, Указ Президента от 7 октября 1993 г. «О Конституционном Суде РФ»[11] поставил под угрозу ликвидации Конституционный Суд РФ.

Поэтому важно направить процесс борьбы за власть в цивилизованное русло конституционности. Если обратиться к истории, то такая попытка была предпринята в 1993 г., когда Верховный Совет был поддержан совещанием 62 (из 89) субъектов РФ, которые приняли решение от 29 сентября 1993 г. о немедленном снятии блокады «Белого дома», отмене незаконного Указа № 1400 и установлении конкретной даты одновременных досрочных выборов двух ветвей власти. Это решение не было реализовано, т.к. оно не устраивало те политические силы, в руках которых были силовые структуры, и гражданское общество как основной гарант конституционной законности в тот момент не созрело, не было отработанных процедур воздействия неправительственных структур на власть.

Для обеспечения конституционной законности на самом высоком ее уровне необходим как действенный социальный механизм зашиты конституции, так и отработанные юридические процедуры разрешения конфликтных противостояний властных структур.

Второй уровень конституционной законности. Что касается второго уровня нарушения конституционной законности, то оно возможно в таких формах как злоупотребления при официальном толковании и при внесении изменений в Конституцию.

Анализ толкования конституционных норм позволяет выделить один из его аспектов в качестве существенного факта в деле укрепления конституционной законности. Речь идет о тех случаях, когда конституционное положение неоднозначно и соответственно могут существовать несколько вариантов его толкования.

Возникает сомнение: в какой мере мнение 19 юристов действительно объективно, т.к. нередко среди самих членов Конституционного Суда РФ нет единства, о чем свидетельствует практика высказывания особого мнения судей Конституционного Суда[12]. Рассмотрим в этой связи историю толкования ст. 136 Конституции РФ Конституционным Судом РФ, решение которого вызывает ряд вопросов.

24 марта 1995 г. Государственная Дума приняла постановление об обращении в Конституционный Суд с запросом о даче толкований ст. 136

37

Конституции. Позиция Государственной Думы заключалась в том, что документ о поправке должен иметь наименование и правовую форму ФКС о поправке к Конституции. Еще ранее в Регламенте палаты 1994 г. было закреплено положение о принятии поправок в форме КЗ. Поэтому Госдума, не дожидаясь решения КС РФ, приступила к внесению поправок в Конституцию в форме ФКЗ. 21 июня 1995 г. Дума приняла 3 конституционных закона о поправках (о Президенте, Федеральном Собрании и Правительстве), но 4 июля все они были отклонены Советом Федерации.

В октябре 1995 г. на заседании Конституционного Суда РФ позиция Государственной Думы была поддержана представителем Президента РФ, Конституционный же Суд не согласился с их мнением и решил, что положения ст. 136 Конституции могут быть реализованы в форме специального правового акта о конституционной поправке. Суд постановил, что поправки принимаются в форме особого правового акта – Закона РФ о поправке к Конституции РФ. Кроме того, Конституционный Суд высказался о таком участии Президента в процессе внесения поправок в конституцию, которое противоречит Конституции. Так, Суд постановил, что «вступивший в силу после одобрения необходимым числом законодательных органов субъектов РФ Закон РФ о поправке к Конституции подлежит подписанию Президентом РФ и обнародованию»[13].

Данное решение Суда признает, что закон сначала вступает в силу, а затем подлежит подписанию Президентом, что противоречит ст. 15 Конституции РФ.

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] Общая теория прав человека. М., 1996.

[2] Авакьян С.А. Конституция России: природа, эволюция, современность. М., 1997. С. 212.

[3] Путеводитель по Европейской Конвенции о защите прав человека. Совет Европы, 1994. С. 45-49.

[4] ВКС. 1996. № 1. С. 7-9.

[5] Закон РФ «Об обороне» // СЗ РФ. 1996. № 23. Ст. 2750; Закон РФ «О безопасности» // СЗ РФ. 1994. №15. Ст. 769.

[6] Комментарий к ст. 55 // Комментарий Конституции РФ. М., 1996. С. 237-238.

[7] Этот проект был инициирован и разработан первым зам. директора Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ Тихомировым Ю.А.

[8] Конституционный Суд Российской Федерации. Постановления. Определения 1992-1996 гг. М., 1977. С. 506-664.

[9] ВКС. 1996. №2. С. 42-59.

[10] Лучин В.О. Указное право в России. М., 1996. С. 9-11.

[11] САПП 1993. № 41. Ст. 3921

[12] Авакьян С.А. Конституция России: природа, эволюция, современность. М, 1997. С. 210

[13] ВКС. 1995. № 6. С. 13.










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.