Предыдущий | Оглавление | Следующий

Глава 4. Реализация в Российской Федерации международных норм об иммунитетах в уголовном процессе

Лица, пользующиеся в российском уголовном процессе международно-правовыми иммунитетами

Согласно ч. 4 ст. 11 УК РФ, "вопрос об уголовной ответственности дипломатических представителей иностранных государств и иных граждан, которые пользуются иммунитетом, в случае совершения этими лицами преступления на территории Российской Федерации разрешается в соответствии с нормами международного права".

"В отношении лиц, обладающих правом дипломатической неприкосновенности, процессуальные действия, предусмотренные настоящим Кодексом, производятся лишь по их просьбе или с их согласия. Согласие на производство этих действий испрашивается через Министерство иностранных дел" (ч. 2 ст. 33 УПК РСФСР).

Проект УПК РФ (ч. 2 ст. 3) по вопросу об иммунитетах делает отсылку к международным нормам.

В международном праве отсутствует документ, содержащий полный перечень лиц, пользующихся иммунитетами в уголовном процессе; соответствующие нормы "разбросаны" по отдельным актам, различающимся по форме, характеру регулирования, юридической силе и другим характеристикам. Поэтому прежде чем рассматривать объем международных иммунитетов в российском уголовном процессе, необходимо установить, какие же лица наделяются международными нормами иммунитетами?

Различные аспекты иммунитетов представителей иностранных государств и служащих международных организаций неоднократно исследовались

в отечественной науке международного права[1]. Однако речь шла прежде всего о самих иммунитетах, а не о том, насколько уголовно-процессуальное законодательство соответствует международным обязательствам государства.

Представители науки уголовного процесса обычно ограничивались краткими комментариями к статьям 33 и 173 УПК[2]. При этом чаще всего указывается, что иммунитетами в уголовном процессе обладают лишь дипломатические представители и члены их семей[3]. Иммунитеты других категорий лиц исследуются крайне редко и не очерчивается полный круг субъектов иммунитетов[4].

Нормы международного права, в которых участвует Российская Федерация, закрепляют три основных вида иммунитетов в уголовном процессе: иммунитет от уголовной юрисдикции; свидетельский иммунитет; иммунитет от выемки, обыска и иных принудительных действий, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством.

§ 1. Иммунитет от уголовной юрисдикции Российской Федерации и личная неприкосновенность

Лица, пользующиеся иммунитетом от уголовной юрисдикции Российской Федерации

Международные нормы устанавливают несколько групп лиц, пользующихся иммунитетом от уголовной юрисдикции России.

В первую группу входят сотрудники дипломатических представительств. В соответствии со ст. 31 и 37 Венской конвенции о дипломатических сношениях 1961 г. (далее Конвенция 1961 г.) члены дипломатического персонала представительств, члены их семей, проживающие вместе с ними, если они не являются российскими гражданами, имеют абсолютный иммунитет от уголовной юрисдикции России. Личной неприкосновенностью обладают также дипкурьеры (ст. 27 Конвенции 1961 г., ст. 12, 13, 18 Положения о дипломатических и консульских представительствах иностранных государств на территории СССР 1966 г.[5] (далее Положение 1966 г.)). Аналогичный иммунитет имеют члены административно-технического персонала представительства и их семьи, если они не являются гражданами России или не проживают в РФ постоянно (ст. 37 Конвенции 1961 г.). Однако по ст. 16 Положения 1966 г. эти лица пользуются иммунитетом лишь на условиях взаимности. Иммунитет членов обслуживающего персонала представительства, не являющихся российскими гражданами или не проживающие в РФ постоянно, функциональный – в отношении действий, совершенных при исполнении своих обязанностей (ч. 3 ст. 37 Конвенции 1961 г., ст. 17 Положения 1966 г.). Частные домашние работники пользуются иммунитетом в той мере, в какой это допускает государство пребывания (в РФ уголовно-процессуальные иммунитеты не предусмотрены).

Второй группой субъектов иммунитетов являются главы иностранных государств и правительств, министры иностранных дел, члены их семей; члены специальных миссий (ст. 21 Венской Конвенции о специальных миссиях 1969 г. (далее Конвенция 1969 г.) и др.). Статья 39 Конвенции 1969 г. распространяет иммунитет на членов семей представителей посылающего государства в специальной миссии и семей членов ее дипломатического персонала, если они сопровождают таких членов специальной миссии, если они не являются гражданами принимающего государства или не проживают в нем постоянно. Члены семей членов административно-технического персонала специальной миссии, если они сопровождают таких членов специальной миссии, пользуются иммунитетом, если они не являются гражданами принимающего государства или не проживают в нем постоянно.

К третьей группе относятся сотрудники консульских учреждений. Однако поскольку Российская Федерация участвует и в многосторонней Венской конвенции о консульских сношениях 1963 г. (далее Конвенция 1963 г.) и в двусторонних консульских конвенциях, чьи нормы зачастую отличаются от положений Конвенции 1963 г., международно-правовая регламентация круга лиц, обладающих иммунитетами, весьма разнообразна. Так, по ст. 1 Конвенции 1963 г., ст. 1 Консульской конвенции между РФ и Латвийской Республикой 1994 г., ст. 1 Консульской конвенции между РФ и Азербайджанской Республикой 1995 г. сотрудники консульских учреждений делятся на три категории: консульские должностные лица; административно-технический персонал; обслуживающий персонал. В то же время Консульская конвенция между СССР и США 1964 г., Консульская конвенция между СССР и Соединенным Королевством Великобритании и Северной Ирландии 1965 г., Консульская конвенция между СССР и Японией 1966 г. различают лишь две категории сотрудников: консульские должностные лица и иные сотрудники учреждения. По некоторым конвенциям (ст. 1 Консульской конвенции между СССР и США 1964 г., ст. 1 Консульской конвенции между СССР и Французской Республикой 1966 г.) к консульским должностным лицам относятся также стажеры – лица, прикомандированные к консульскому учреждению для обучения консульской службе. Статья 5 Консульского договора между СССР и ФРГ 1958 г. к числу должностных лиц относит также "секретарей и референтов, уполномоченных на осуществление определенных должностных консульских функций, фамилии которых сообщены в этом качестве государству пребывания консула".

Неодинаков и объем уголовно-процессуальных иммунитетов сотрудников консульских учреждений, предоставляемый конвенциями.

По одним договорам все консульские должностные лица и все сотрудники консульского учреждения, являющиеся гражданами представляемого государства, приравнены к дипломатическим агентам (ст. 19 Консульской конвенции между СССР и США 1964 г., ст. 18 Консульской конвенции между РФ и Республикой Грузией 1993 г., ст. 14 Консульской конвенции между РФ и Республикой Казахстан 1994 г.). Члены семей консульских должностных лиц или сотрудников консульства данных государств пользуются неприкосновенностью в той же мере, что и консульские должностные лица или сотрудники консульства, если они проживают вместе с ними и не являются гражданами РФ (ст. 15 Консульской конвенции между СССР и Республикой Боливия 1980 г.).

По другим соглашениям дипломатическими иммунитетами пользуются только консульские должностные лица и члены их семей (ст. 35 Консульской конвенции между РФ и Украиной 1993 г., ст. 18 Консульской конвенции между РФ и Азербайджанской Республикой 1995 г.). По ст. 36 Консульской конвенции между РФ и Украиной 1993 г. консульские служащие и работники обслуживающего персонала консульств Украины не подлежат российской юрисдикции лишь в отношении действий, совершаемых ими при выполнении своих служебных обязанностей.

В некоторых случаях полным иммунитетом от уголовной юрисдикции РФ пользуются лишь главы консульских учреждений (ст. 10 Консульской конвенции между СССР и Королевством Бельгии 1972 г.) или главы учреждений и члены их семей (ст. 15 Консульской конвенции между СССР и Королевством Норвегии 1971 г.). Остальные консульские должностные лица не подлежат аресту, иначе как по предъявленному ему судебными властями обвинению в совершении тяжкого преступления или на основании вступившего в законную силу приговора суда. При этом под тяжким преступлением понимается умышленное преступление, за которое законодательство государства пребывания предусматривает тюремное заключение на срок не менее 5 лет, или более серьезное наказание (ст. 10 Консульской конвенции между СССР и Королевством Бельгии 1972 г.).

Иногда консульские должностные лица и сотрудники консульского учреждения, являющиеся гражданами аккредитующего государства, не подлежат юрисдикции РФ лишь в том, что касается их служебной деятельности (ст. 15 Консульской конвенции между СССР и Мексиканскими Соединенными Штатами 1978 г.). В отношении других действий консул и должностные лица консульской службы не могут быть подвергнуты аресту или иному ограничению свободы на территории государства пребывания консула, за исключением таких случаев, когда речь идет о применении наказания в соответствии с вступившим в законную силу приговором суда или о преследовании за уголовное преступление против жизни или личной свободы, если провинившийся застигнут на месте преступления (ст. 8 Консульского договора между СССР и ФРГ 1958 г.). В ст. 18 Консульской конвенции между СССР и Швецией 1967 г. данное правило сформулировано в несколько ином варианте: консульское должностное лицо не подлежит на территории государства пребывания ни аресту, ни лишению свободы в любой другой форме до или в течение судебного процесса в отношении действий, совершенных им не при исполнении служебных обязанностей, если оно не обвиняется в совершении тяжкого преступления, влекущего в соответствии с законодательством государства пребывания лишение свободы сроком не менее пяти лет.

Отдельные конвенции устанавливают дополнительные гарантии прав консулов: если консул или должностное лицо консульской службы должно быть арестовано или в отношении его должно быть возбуждено следствие, то государство пребывания консула обязано заранее поставить об этом в известность посольство государства, назначившего консула. Однако в случае задержания консула или должностного лица консульской службы на месте преступления, государство пребывания консула обязано немедленно после задержания поставить об этом в известность посольство государства, назначившего консула (ст. 8 Консульского договора между СССР и ФРГ 1958 г.).

Некоторые соглашения допускают возможность привлечения консулов к ответственности и за преступления, не связанные с выполнением официальных функций. Так, на основании ст. 18 Консульской конвенции между РФ и Республикой Корея 1992 г. консульские должностные лица не подлежат ни аресту, ни предварительному заключению, иначе как в случае совершения тяжких преступлений. За исключением этих случаев консульские должностные лица не могут быть заключены в тюрьму и не подлежат никаким другим формам ограничений личной свободы, иначе как во исполнение судебных постановлений, вступивших в законную силу.

Консульская конвенция между СССР и Турецкой Республикой 1988 г. (ст. 19) формулирует это правило несколько по-иному:

"1. Консульские должностные лица подлежат аресту или задержанию только за преступления, влекущие за собой меру наказания в виде лишения свободы более чем на 5 лет в соответствии с законодательством государства пребывания и по решению компетентных судебных властей.

2. За исключением случая, предусмотренного в пункте 1 настоящей статьи, консульские должностные лица не могут быть арестованы и их личная свобода не может быть ограничена в любой форме иначе, как во исполнение не подлежащего обжалованию решения суда".

6. В тех же случаях, когда консульского соглашения с государством у РФ не заключено, действует ст. 25 Положения 1966 г.: консульские должностные лица пользуются в России личной неприкосновенностью и не могут быть подвергнуты задержанию или аресту иначе как в случае преследования за совершение тяжкого преступления или исполнения вступившего в силу приговора суда. Они пользуются иммунитетом от уголовной юрисдикции в том, что касается их служебной деятельности. Иммунитет других сотрудников консульских учреждений не предусмотрен.

Таким образом, возможность привлечения в РФ к уголовной ответственности сотрудников консульских учреждений зависит прежде всего от наличия конвенции с соответствующим государством и, в некоторых случаях, – от тяжести совершенного деяния.

В четвертую группу входят сотрудники международных организаций. В соответствии со ст. 30 Положения 1966 г. иммунитеты, предоставляемые на территории РФ международным организациям и их должностным лицам, определяются международными договорами. Договоры Российской Федерации различают два вида иммунитета сотрудников международных организаций: полный и функциональный.

Полным иммунитетом на все время выполнения официальных функций обладают, как правило, сотрудники универсальных и важнейших региональных организаций. Так, на основании раздела 8 ст. IX Статей Соглашения Международного валютного фонда 1944 г. (в ред.) все управляющие, исполнительные директора, их заместители, члены комитетов, представители, советники всех названных лиц, должностные лица и служащие Фонда пользуются иммунитетом от юрисдикции в отношении действий при исполнении своих официальных обязанностей.

По ст. XII Соглашения между Правительством РФ и ООН об учреждении в РФ Объединенного представительства ООН 1993 г. должностные лица ООН не подлежат в РФ ответственности за сказанное или написанное ими и за все действия, совершенные ими в качестве должностных лиц (любопытно, что иммунитет указанным лицам продолжает предоставляться и после окончания службы в ООН (ст. VII)).

В соответствии с п. 8 Положения об Экономическом Суде СНГ 1992 г. из юрисдикции России исключаются судьи Экономического Суда СНГ.

По ст. 48 Римского Статута Международного уголовного суда 1998 г. судьи, прокурор, заместители прокурора и секретарь пользуются, когда они участвуют в деятельности Суда или в отношении такой деятельности, теми же привилегиями и иммунитетами, которые предоставляются главам дипломатических представительств; судебно-процессуальный иммунитет любого рода в отношении всего сказанного, написанного ими и действий, совершенных ими в официальном качестве, продолжает предоставляться им и после истечения срока их полномочий.

Функциональный иммунитет относится к любым действиям, совершенным лицами, действующими в официальном качестве. В соответствии с п. 6 Соглашения о сотрудничестве между Правительством РФ и Международной организацией по миграции 1992 г. сотрудникам Организации в РФ предоставлен иммунитет "от личного ареста или задержания, судебного преследования в отношении высказанного в устной или письменной форме и всех действий, совершаемых ими в их официальном качестве". Аналогичные правила закреплены в отношении должностных лиц и сотрудников Постоянного представительства МБРР в РФ (ст. XII Соглашения между РФ и Международным банком реконструкции и развития и Постоянном представительстве МБРР в РФ 1996 г.), в отношении персонала Бюро МОТ (ст. 12 Соглашения между Правительством РФ и МОТ о Бюро МОТ в Москве 1997 г.) и сотрудников некоторых других организаций.

К пятой группе относятся представители государств при международных организациях. Правовое положение представительства государств при международной организации определяется уставом данной организации, соглашением о привилегиях и иммунитетах организации, Венской конвенцией о представительстве государств в их отношениях с международными организациями универсального характера 1975 г.[6] (далее Конвенция 1975 г.) и другими документами.

Иммунитеты различных категорий сотрудников представительств неодинаковы. Так, в соответствии с разделом 11 Конвенции о привилегиях и иммунитетах Объединенных Наций 1946 г. полным иммунитетом обладают представители государств в главных и вспомогательных органах ООН, на конференциях, созываемых ООН, при исполнении ими своих служебных обязанностей и во время поездки к месту заседания и обратно.

По Конвенции 1975 г. полный иммунитет предоставляется: главам представительства и членам дипломатического персонала (ст. 30); членам семьи сотрудника дипломатического персонала представительства, если они не являются гражданами государства пребывания или не проживают в нем постоянно (ч. 1 ст. 36); членам административно-технического персонала представительства и членам их семей, если они не являются гражданами государства пребывания или не проживают в нем постоянно (ч. 2 ст. 36). Члены обслуживающего персонала, не являющиеся гражданами государства пребывания или не проживающие в нем постоянно, имеют иммунитет лишь в отношении действий, совершенных ими при исполнении своих обязанностей (ч. 3 ст. 36 Конвенции). Частные домашние работники сотрудников представительства могут пользоваться иммунитетами лишь в той мере, в какой это допускает государство пребывания (ч. 4 ст. 36) – Российская Федерация иммунитетов данной категории граждан не предоставляет.

На основании п. 6 Положения о постоянных полномочных представителях государств-участников Содружества при уставных и других органах Содружества 1993 г. указанные представители пользуются на территории РФ дипломатическими иммунитетами.

В то же время возможен вариант и функционального иммунитета. Так, по ст. 28 Устава Организации Черноморского экономического сотрудничества 1998 г. "представители государств – членов, являющиеся гражданами или постоянными резидентами принимающей страны, обладают судебным иммунитетом и неприкосновенностью лишь в отношении официальных действий, осуществляемых при исполнении их служебных обязанностей".

Соглашение между Правительством Российской Федерации и Межпарламентской Ассамблеей государств – участников Содружества Независимых Государств об условиях ее пребывания на территории Российской Федерации" 1998 г. предоставляет иммунитеты должностным лицам Ассамблеи (ст. 10). Это Соглашение ратифицировано Россией со следующим заявлением: "Российская Федерация исходит из того понимания, что должностное лицо Межпарламентской Ассамблеи не будет пользоваться на территории Российской Федерации иммунитетом, предусмотренным в абзаце втором статьи 10 Соглашения, в случаях, если оно задержано компетентными органами Российской Федерации в момент совершения им деяния, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации квалифицируется в качестве уголовного преступления".

В шестую группу входят военные наблюдатели, инспектора и члены летных экипажей. Данная категория субъектов уголовно-процессуальных иммунитетов традиционно выпадает из поля зрения исследователей (скорее всего потому, что она не предусмотрено в Положении 1966 г.). Между тем международные документы наделяют практически всех наблюдателей, инспекторов и членов инспекционных групп дипломатическими иммунитетами. При этом иммунитеты предоставляются на весь период с момента прибытия на территорию наблюдаемой стороны и до отбытия с нее и в дальнейшем, в отношении действий, совершенных ими ранее при осуществлении своих официальных функций.

Согласно положениям Итогового документа Стокгольмской конференции по мерам укрепления доверия и безопасности и разоружению в Европе 1986 г., наблюдатели и инспектора, проверяющие соблюдение мер доверия, пользуются иммунитетами, которые предоставлены дипломатическим представителям Конвенцией 1961 г. Сходные иммунитеты у инспекторов и членов летных экипажей (п. 6 раздела III Протокола об инспекциях в связи с Договором между СССР и США о ликвидации их ракет средней дальности и меньшей дальности 1987 г., ст. XIII Договора по открытому небу 1992 г.).

Седьмую группу составляют лица из состава коллективных сил по поддержанию мира и безопасности (далее – КСПМБ). В данную категорию могут входить лица, имеющие собственные иммунитеты. К примеру, статья 1 Конвенции о безопасности персонала ООН и связанного с ней персонала 1994 г. к "персоналу ООН" относит: лиц, привлеченных или направленных Генеральным секретарем ООН в качестве членов военного, полицейского или гражданского компонентов операции ООН; других должностных лиц и экспертов, командированных ООН или ее специализированными учреждениями или МАГАТЭ, находящихся в районе проведения операции ООН в официальном качестве. В категорию "связанный с ООН персонал" Конвенция включает: лиц, назначенных правительством или межправительственной организацией с согласия компетентного органа ООН; лиц, привлеченных Генеральным секретарем ООН или специализированным учреждением или МАГАТЭ; лиц, направленных гуманитарной неправительственной организацией или гуманитарным учреждением в соответствии с соглашением с Генеральным секретарем ООН или со специализированным учреждением или МАГАТЭ, для осуществления деятельности в поддержку выполнения мандата операции ООН. Как правило, принимающее государство и ООН заключают соглашение о статусе операции ООН и всего задействованного в операции персонала, включая, в частности, положения о привилегиях и иммунитетах военного и полицейского компонентов операции. В случае "наложения" международно-правовых иммунитетов, вытекающих из различных конвенций, лица из состава КСПМБ сохраняют свои иммунитеты в качестве таковых помимо иммунитетов, предоставленных другими соглашениями.

Восьмую группу составляют граждане иностранных государств на основании отдельных международных договоров. В соответствии со ст. 8 Конвенции о помощи в случае аварии или радиационной аварийной ситуации 1986 г. запрашивающее государство предоставляет персоналу, оказывающему помощь, иммунитеты, необходимые для выполнения им своих функций – иммунитет от ареста, задержания и судебного разбирательства со стороны обратившегося за помощью государства, включая уголовную юрисдикцию, в отношении действий или бездействий при выполнении им своих обязанностей. Формулировки Конвенции о трансграничном воздействии промышленных аварий 1992 г. менее конкретны – лицам, оказывающим помощь по Конвенции, предоставляются "необходимые иммунитеты для быстрого осуществления ими своих функций по оказанию помощи". Иммунитеты этим лицам предоставляются на время выполнения ими своих функций.

Наконец, последнюю, девятую, группу образуют лица, прибывающие в Российскую Федерацию по вызову правоохранительных органов. Как уже говорилось (§ 2 главы 3 работы), лица, проживающие за рубежом, могут быть вызваны в российские правоохранительные органы для производства с их участием процессуальных действий. В Российской Федерации указанные лица не могут быть, независимо от своего гражданства, привлечены к уголовной ответственности, взяты под стражу и подвергнуты наказанию за деяние, совершенное до пересечения государственной границы РФ (ст. 4 Договора между РФ и КНР 1992 г., ст. 12 Договора между РФ и Азербайджанской Республикой 1992 г., ст. 9 Конвенции СНГ 1993 г.). Они не могут быть также привлечены к ответственности, взяты под стражу или подвергнуты наказанию в связи с их свидетельскими показаниями или заключениями в качестве экспертов в связи с уголовным делом, являющимся предметом разбирательства (ст. 12 Договора между РФ и Латвийской Республикой 1993 г., ст. 12 Договора между РФ и Эстонской Республикой 1993 г. и др.).

Любопытное правило зафиксировано в ст. 10 Соглашения между Правительством РФ и Правительством США о сотрудничестве по уголовно-правовым вопросам 1995 г.: в случае просьбы российскими правоохранительными органами о явке для дачи показаний лица, находящегося на территории США, оно приглашается властями США добровольно явиться в российские компетентные органы; одновременно Российская Федерация должна указать, какие указанному лицу будут предоставлены гарантии личной неприкосновенности.

Как правило, иммунитет свидетеля или эксперта прекращается, если они в течение 15 дней с момента уведомления о том, что их присутствие не является необходимым, не покинут территорию РФ (ст. 10 Договора между СССР и Финляндской Республикой 1978 г., ст. 12 Договора между РФ и Республикой Молдова 1993 г., ст. 12 Договора между РФ и Исламской Республикой Иран 1996 г. и т.д.). По некоторым договорам (ст. 11 Договора между РФ и Канадой 1997 г.) срок, в течение которого лицо должно покинуть запрашивающее государство, увеличен до тридцати дней.

Таким образом, нормы международного права ограничивают сферу действия не только УПК РСФСР, но и УК РФ (ст. ст. 307 и 308).

Попытка прийти к "общему знаменателю" по вопросу об уголовно-процессуальных иммунитетах представителей иностранных государств и международных организаций в рамках СНГ была предпринята в Модельном УПК. В частности, в соответствии со ст. 545 МУПК "правом дипломатического иммунитета пользуются:

1) главы дипломатических представительств иностранного государства, члены дипломатического персонала этих представительств и члены их семей, если они проживают совместно с ними и не являются гражданами страны пребывания;

2) сотрудники административно-технического персонала дипломатических представительств и члены их семей, проживающие совместно с ними, если эти сотрудники и члены их семей не являются гражданами страны пребывания и не проживают постоянно в стране, – на основе взаимности;

3) сотрудники обслуживающего персонала дипломатических представительств, не являющиеся гражданами страны пребывания или не проживающие постоянно в этой стране, – на основе взаимности;

4) дипломатические курьеры;

5) главы консульств и другие консульские должностные лица;

6) представители иностранных государств, члены парламентских и правительственных делегаций и, на основе взаимности, сотрудники делегаций иностранных государств, прибывающие в страну для участия в международных переговорах, международных конференциях и совещаниях или с другими официальными поручениями либо следующие для тех же целей транзитом, и члены семей указанных лиц, которые их сопровождают, если члены семей не являются гражданами данного государства;

7) главы, члены и персонал представительств иностранных государств в международных организациях, должностные лица этих организаций, находящиеся на территории данного государства, – на основе международных соглашений или общепризнанных международных обычаев;

8) главы дипломатических представительств, члены дипломатического персонала представительств иностранных государств в третьей стране, проезжающие транзитом через территорию данного государства, и члены их семей, которые сопровождают указанных лиц или следуют отдельно, для того чтобы присоединиться к ним или возвратиться в свою страну".

Однако п. 2 ст. 545 противоречит ст. 37 Конвенции 1961 г., а п. 5 согласуется с положениями далеко не всех консульских конвенций, имеющихся у РФ. Кроме того, МУПК упущено несколько групп субъектов иммунитетов (лица из состава КСПМБ, военные наблюдатели, лица, прибывшие по приглашению правоохранительных органов, и т.д.).

В соответствии со ст. 546 МУПК:

"1. Лица, перечисленные в пунктах 1 – 4, 6 – 8 статьи 545 настоящего Кодекса, пользуются личной неприкосновенностью. Они не могут быть задержаны или арестованы, кроме случаев, когда это необходимо для исполнения вынесенного в отношении их приговора, вступившего в законную силу.

2. Главы консульств и другие консульские должностные лица могут быть задержаны или арестованы только в случае преследования их за совершение тяжкого преступления либо при исполнении приговора суда, вступившего в законную силу.

3. Орган предварительного расследования, прокурор или суд, которые задержали или арестовали лицо, указанное в частях первой или второй настоящей статьи, обязаны безотлагательно, телефонограммой, телеграммой или иным способом уведомить об этом министерство иностранных дел соответствующего государства".

Как видим, положения п. 1 и 2 ст. 546 МУПК не вполне соответствуют международным обязательствам РФ.

Статья 547 МУПК устанавливает, что:

"1. Лица, перечисленные в пунктах 1, 2, 4, 6, 7, 8 статьи 545 настоящего Кодекса, пользуются иммунитетом в отношении уголовной юрисдикции в стране пребывания. Вопрос о привлечении такого лица в качестве подозреваемого и обвиняемого решается дипломатическим путем.

2. Сотрудники обслуживающего персонала дипломатических представительств, не являющиеся гражданами страны пребывания или не проживающие постоянно в этой стране, главы консульских учреждений и другие консульские должностные лица пользуются иммунитетом в отношении уголовной юрисдикции страны пребывания только в сфере действий, совершенных ими при исполнении служебных обязанностей".

Очевидно, что п. 1 и 2 ст. 547 МУПК нарушают ст. 37 Конвенции 1961 г., ст. 36 Конвенции 1969 г., ст. 36 Конвенции 1975 г. и другие международные нормы. Так что к положениям МУПК необходимо относиться критически.

Отказ от иммунитета

По общему правилу (ст. 32 Конвенции 1961 г., ст. 45 Конвенции 1963 г., ст. 41 Конвенции 1969 г., ст. 31 Конвенции 1975 г. и др.), от иммунитета в отношении представителя государства может отказаться лишь аккредитующее государство, а не сам дипломатический агент. При этом отказ должен быть всегда определенно выраженным. Интересное правило зафиксировано в ст. XIII Договора по открытому небу 1992 г.: "Наблюдающая Сторона может отказаться от иммунитета от юрисдикции в тех случаях, когда он препятствует отправлению правосудия и отказ от него не наносит ущерба настоящему Договору". Условие "ненанесения ущерба" целям договора является новым в договорной практике нашего государства.

В этой связи представляется ошибочным мнение А.П.Рыжакова о том, что "следователь, лицо, производящее дознание, не уполномочены самостоятельно выяснять у лица, пользующегося иммунитетом, согласно ли оно продолжить свое участие в процессуальном действии. Когда без участия лица продолжить производство искомого действия невозможно, оно прерывается или завершается. Между тем оно должно быть продолжено в том случае, если лицо само изъявит желание об участии в производстве процессуального действия"[7].

Однако, несмотря на достаточно подробную международно-правовую регламентацию, имеются в этой сфере и пробелы. Как уже говорилось, некоторые лица пользуются функциональным иммунитетом, но в международном праве не решен вопрос: кто вправе определять – было конкретное правонарушение совершено при исполнении лицом служебных обязанностей[8]? Некоторые ученые считают, что таким правом наделен лишь суд государства пребывания[9]; другие – аккредитующее государство.[10] Вторая точка зрения представляется более правильной. Лишь государство, направившее должностное лицо, вправе определять время осуществления служебных функций. Кроме того, предоставляемые международными нормами иммунитеты в большинстве случаев действуют "без перерывов и выходных". Поэтому российские следователи для установления факта совершения правонарушения лицом, имеющим иммунитеты, при исполнении служебных обязанностей должны через МИД РФ обращаться к властям иностранного государства с соответствующим запросом.

В отношении сотрудников международных организаций правом отказа пользуются главные должностные лица организации либо организация в целом. В частности, Конвенция о привилегиях и иммунитетах специализированных учреждений ООН 1947 г. (раздел 22) предусматривает, что специализированное учреждение имеет право и обязано отказаться от иммунитета, предоставленного любому должностному лицу, в тех случаях, когда, по его мнению, иммунитет препятствует отправлению правосудия и когда отказ от иммунитета может быть произведен без ущерба для интересов специализированного учреждения.

Статья XI Соглашения между Правительством РФ и ООН об учреждении в РФ Объединенного представительства ООН 1993 г. регламентирует вопрос отказа от иммунитетов сходным образом: привилегии и иммунитеты, предусмотренные в Соглашении, "предоставляются соответствующим лицам в интересах ООН, а не для их личной выгоды. Генеральный секретарь ООН имеет право и обязанность отказаться от иммунитета, предоставленного какому-либо лицу, указанному в статьях VII, VIII и IX в тех случаях, когда, по его мнению, иммунитет препятствует отправлению правосудия и от него можно отказаться без ущерба для интересов ООН. Представительство и ООН обязаны сотрудничать с соответствующими властями в целях облегчения надлежащего отправления правосудия, обеспечения выполнения предписаний правоохранительных органов и предупреждения каких-либо злоупотреблений в связи с привилегиями, иммунитетами и льготами, предоставленными в соответствии с Соглашением".

В этой связи несколько отличается ст. 48 Римского Статута Международного уголовного суда 1998 г.: в привилегиях и иммунитетах может быть отказано:

"a) в отношении судьи или прокурора – абсолютным большинством судей;

b) в отношении секретаря – Президиумом;

c) в отношении заместителей прокурора и сотрудников Канцелярии прокурора – прокурором; и

d) в отношении заместителя секретаря и сотрудников Секретариата – секретарем".

В Модельном УПК (ст. 544) при решении вопроса об отказе от иммунитета использован метод "от противного": "Лица, пользующиеся правом дипломатического иммунитета, могут подпадать под юрисдикцию страны пребывания в том случае, если соответствующее иностранное государство или международная организация дадут на это ясно выраженное согласие".

Проект УПК РФ не регламентирует вопроса об отказе от иммунитета.

По моему мнению, суд, прокурор, а также следователь и орган дознания с согласия прокурора обязаны прекратить уголовное дело в отношении лица, пользующегося "международно-правовым" иммунитетом от уголовной юрисдикции Российской Федерации, если иностранное государство или международная организация не дают ясно выраженного согласия на привлечение этого лица к уголовной ответственности. Соответствующие положения должны найти отражение в проекте УПК РФ.

§ 2. Свидетельский иммунитет

Статья 51 Конституции РФ и ст. 72 УПК РСФСР предусматривают ограничения обязанности давать свидетельские показания. Нормы МУПП устанавливают дополнительно две группы лиц, обладающих свидетельским иммунитетом в уголовном процессе: лица, полностью освобожденные от обязанности давать показания; лица, освобожденные от обязанности давать показания лишь в отношении своих функций.

I. К лицам, обладающим полным свидетельским иммунитетом, относятся:

1) Сотрудники дипломатических представительств, главы иностранных государств и правительств, министры иностранных дел, сопровождающие их члены семей, а также представители посылающего государства в специальных миссиях и члены их дипломатического персонала. Так, согласно ст. 31 Конвенции 1961 г. и ст. 13 Положения 1966 г., дипломатические агенты не обязаны давать показания в качестве свидетелей. В случае согласия давать такие показания дипломаты не обязаны являться в судебные и следственные органы. Эти же правила действуют и в отношении сотрудников административно-технического персонала и членов их семьи, проживающих вместе с ними и не являющихся российскими гражданами (ст. 37 Конвенции 1961 г., ст. 16 Положения 1966 г.). Сотрудники обслуживающего персонала пользуются свидетельским иммунитетом в РФ лишь на основе взаимности (ст. 17 Положения 1966 г.). Главы иностранных государств и правительств, министры иностранных дел, сопровождающие их члены семей, а также представители посылающего государства в специальных миссиях и члены их дипломатического персонала также освобождены от обязанности давать свидетельские показания (ст. 31 Конвенции 1969 г., ст. 29 Положения 1966 г.).

2) Сотрудники консульских учреждений. В том случае, когда они приравнены по иммунитетам к дипломатическим агентам, они пользуются полным свидетельским иммунитетом. В то же время многие консульские конвенции (ст. 18 Консульской конвенции между СССР и Соединенным Королевством Великобритании и Северной Ирландии 1965 г., ст. 33 Консульского договора между СССР и КНР 1986 г.) предусматривают, что сотрудник консульства может дать свидетельские показания. При этом, однако, он может отказаться давать показания об обстоятельствах, касающихся служебной деятельности, а также давать показания в качестве эксперта по законодательству представляемого государства. Не допускается принятие мер в целях принуждения консульского должностного лица или сотрудника консульства давать показания или явиться для этой цели в суд, а также привлечение его к ответственности в случае отказа от дачи показаний или неявки в суд. Аналогичные правила применяются и к членам семей консульских должностных лиц или сотрудников консульства, если они проживают вместе с ними и не являются российскими гражданами (ст. 29 Консульской конвенции между РФ и Латвийской Республикой 1994 г.).

По другим консульским конвенциям (ст. 19 Консульской конвенции между СССР и Тунисской Республикой 1977 г.) члены персонала консульства могут быть вызваны для дачи показаний в качестве свидетелей при производстве судебных дел. Сотрудник консульства или работник обслуживающего персонала (за исключением определенных случаев – члены персонала консульства не обязаны давать показания по вопросам, связанным с выполнением ими своих служебных обязанностей, и представлять относящуюся к их функциям официальную корреспонденцию и документы. Они также не обязаны давать показания в качестве экспертов по законодательству представляемого государства) не может отказаться давать показания. Если консульское должностное лицо отказывается давать свидетельские показания, к нему не применяются никакие меры принуждения и санкции. Орган, которому требуется показание, должен избегать причинения помех выполнению консульским должностным лицом своих функций. Он может, когда это возможно, получать показания на дому у этого консульского должностного лица или в консульстве, или же принимать от него письменные показания. Указанные положения соответственно применяются к членам семей членов персонала консульства, если они проживают вместе с ними и не являются российскими гражданами или гражданами третьего государства. По ст. 17 Консульской конвенции между СССР и Республикой Индия 1986 г. сотрудник консульского учреждения или работник обслуживающего персонала может отказаться давать свидетельские показания об обстоятельствах, касающихся служебной деятельности. Однако во всех случаях принятие каких-либо принудительных мер к сотруднику консульского учреждения или работнику обслуживающего персонала является недопустимым.

Положение 1966 г. (ч. 3 ст. 25) исходит из принципа ограниченного свидетельского иммунитета: сотрудники консульского представительства "не могут отказаться от дачи свидетельских показаний, кроме показаний по вопросам, связанным с выполнением ими служебных функций". Однако в случае отказа консульских должностных лиц от дачи показаний к ним не могут применяться меры процессуального принуждения.

3) Свидетельский иммунитет сотрудникам международных организаций предоставляется в отношении их функций – во всех случаях, в отношении действий, совершенных не при исполнении своих обязанностей, – в определенных договорами случаях. Так, по ст. 12 Устава Организации Черноморского экономического сотрудничества 1998 г. "Генеральный секретарь Организации пользуется такими же привилегиями, иммунитетами и льготами, которые предоставлены главам дипломатических миссий, аккредитованным в Российской Федерации. Заместители и помощники Генерального секретаря пользуются привилегиями, иммунитетами и льготами, предоставленными дипломатическим агентам сопоставимого ранга".

4) Представители государств при международных организациях. На основании п. "а" ст. 40 Устава Совета Европы 1949 г. представители государств-членов в Совете Европы "пользуются на территории членов такими привилегиями и иммунитетами, которые разумно необходимы для выполнения ими своих обязанностей. Эти иммунитеты включают иммунитет для всех представителей в Консультативной Ассамблее в отношении всех юридических процедур на территории всех членов в связи с высказываниями и голосованием в ходе работы Ассамблеи, ее комитетов или комиссий".

5) Военные наблюдатели, инспектора и члены летных экипажей, как правило, пользуются полным свидетельским иммунитетом. К примеру, согласно п. 11 "е" Приложения II к Конвенции о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и его уничтожении 1993 г., членам инспекционной группы предоставляются те же иммунитеты, что и дипломатическим агентам (ст. 31 Венской конвенции о дипломатических сношениях 1961 г.).

6) Лица из состава КСПМБ. На основании п. 39 Положения о коллективных силах по поддержанию мира в СНГ 1996 г., в период прохождения службы в составе КСПМ личный состав пользуется иммунитетами, которые предоставляются персоналу ООН при проведении операций по поддержанию мира в соответствии с Конвенцией о привилегиях и иммунитетах Объединенных Наций 1946 г., Конвенцией о безопасности ООН и связанного с ней персонала 1994 г., Протоколом о статусе Групп военных наблюдателей и Коллективных сил по поддержанию мира в СНГ 1992 г.

7) Объем свидетельского иммунитета иностранных граждан по отдельным соглашениям зависит от положений конкретного договора. Так, на основании ст. IX Соглашения между РФ и США относительно безопасных и надежных перевозки, хранения и уничтожения оружия и предотвращения распространения оружия 1992 г. государственным служащим США, находящимся на территории РФ для осуществления соответствующей деятельности предоставляются такие же иммунитеты, какие предоставляются административно-техническому персоналу в соответствии с Конвенцией о дипломатических сношениях 1961 г.

 

II. К лицам, пользующимся частичным свидетельским иммунитетом, относятся:

1) Некоторые сотрудники дипломатических представительств.

а) Члены административно-технического и обслуживающего персонала дипломатического представительства – российские граждане или постоянно проживающие в РФ лица (ст. 37 Конвенции 1961 г.).

б) Члены обслуживающего персонала дипломатических представительств, за исключением лиц, которым такая привилегия в РФ предоставлена на основе взаимности (ст. 17 Положения 1966 г.).

2) Сотрудники консульских представительств, не приравненные по иммунитетам к дипломатическим агентам. В соответствии со ст. 44 Конвенции 1963 г. работники консульского учреждения не обязаны давать показания по вопросам, связанным с выполнением ими своих функций, или представлять относящуюся к их функциям официальную корреспонденцию и документы. Похожие нормы закреплены в ст. 18 Консульской конвенции СССР и Народной Республикой Бенин 1976 г., ст. 20 Консульской конвенции между РФ и Туркменистаном 1995 г., ст. 22 Консульской конвенции между РФ и Республикой Польша 1992 г. и некоторых других. В остальных случаях работники консульского учреждения не вправе отказываться давать показания. Однако если консульское должностное лицо отказывается давать показания, к нему не могут применяться никакие меры принуждения или наказания (ст. 44 Конвенции 1963 г.).

3) Члены административно-технического и обслуживающего персонала специальных миссий, сотрудники международных организаций, лица из состава КСПМБ обладают частичным свидетельским иммунитетом (за исключением тех случаев, когда они приравнены к дипломатическим агентам).

В Модельном УПК "международному" свидетельскому иммунитету посвящена статья 548:

"1. Лица, перечисленные в пунктах 1 – 4, 6 – 8 статьи 545 настоящего Кодекса, могут не давать показания в качестве свидетеля, потерпевшего, а при согласии давать такие показания не обязаны для этого являться к следователю, прокурору и в суд.

2. В случае, если эти лица на предварительном следствии давали показания как потерпевшие, свидетели, а в судебное заседание не явились, суд может огласить их показания.

3. Главы консульств и другие консульские должностные лица не могут отказаться давать показания как свидетели и потерпевшие, кроме показаний по вопросам, связанным с исполнением ими служебных обязанностей. В случае отказа консульских должностных лиц давать свидетельские показания к ним не могут быть применены меры принуждения.

4. В случае получения согласия, о котором упоминается в части первой настоящей статьи, вызов, врученный соответствующим лицам, не должен содержать угрозы принудительных мер за их неявку в орган, ведущий уголовный процесс.

5. Лица, пользующиеся правом дипломатического иммунитета, не обязаны представлять следственным органам, прокурору, суду корреспонденцию и другие документы, относящиеся к исполнению ими служебных обязанностей".

Как видим, в ст. 548 МУПК перечислены далеко не все лица, имеющие свидетельский иммунитет. Кроме того, пункты 1 и 3 этой статьи не согласуются с положениями отдельных договоров Российской Федерации.

В проекте УПК РФ вопрос о лицах, пользующихся иммунитетом в силу норм международного права, не решен. Представляется целесообразным предусмотреть свидетельский иммунитет вышеуказанных категорий лиц (см. приложение).

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] См., например: Ушаков Н.А. Венская конвенция по вопросу о дипломатических сношениях и иммунитет // СГиП. 1962. № 2; Ганюшкин Б.В. Дипломатическое право международных организаций. М., 1972; Сандровский К.К. Дипломатическое право. Киев, 1981; Бляблин В.Г. Некоторые вопросы толкования современной международно-правовой доктриной норм международного права, регулирующих дипломатические привилегии и иммунитеты // СЕМП. 1985. М., 1986. С. 213 – 219; Ковалев А.А. Привилегии и иммунитеты в современном международном праве. М., 1986; Демин Ю.Г. Дипломатическое право. М., 1987; Блищенко И.П. Дипломатическое право. М., 1990; Курс международного права. В 7 т. М., 1990. Т. 4; Митрофанов М.В. Привилегии и иммунитеты служащих международных организаций // Вестник МГУ. Сер. 11. Право. 1991. № 2; Демин Ю.Г. Статус дипломатических представительств и их персонала. М., 1995; Плотникова О.В. Консульские отношения и консульское право. М., 1998 и др.

[2] См.: Галкин Б.А. Указ. соч. С. 71; Тетерин Б.С., Трошкин Е.З. Указ. соч. С. 74; Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. С. 65 – 66.

[3] См.: Ларин А.М. Уголовный процесс: структура права и структура законодательства. С. 118.

[4] См.: Бастрыкин А.И. Указ. соч. С. 94 – 102; Колесников И.Н., Иващук В.К. Указ. соч. С. 12 – 16; Волженкина В.М. Применение норм международных права в российском уголовном процессе. С. 57 – 63; Агаев Ф.А., Галузо В.Н. Иммунитеты в российском уголовном процессе. М., 1998. С. 28 – 73; Комментарий к УПК РСФСР / Под ред. И.Л.Петрухина. М., 2000. С. 76, 259.

[5] Ведомости СССР. 1966. № 22. Ст. 327; 1981. № 7. Ст. 156.

[6] Конвенция ратифицирована СССР в 1978 г., но в силу пока не вступила. Текст см.: Действующее международное право / Сост. Ю.М.Колосов и Э.С.Кривчикова. В 3 т. М., 1996. Т. 1. С. 582 – 615.

[7] Рыжаков А.П. Уголовный процесс. С. 32.

[8] Подробнее см.: Плотникова О.В. Указ. соч. С. 51.

[9] См.: Denza E. Diplomatic Law. №.-Y., 1976. Р. 231; Никифоров Д.С., Борунков А.Ф. Дипломатический протокол в СССР. М., 1988. С. 51.

[10] См.: Плотникова О.В. Указ. соч. С. 52.










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.