Предыдущий | Оглавление | Следующий

Глава девятая. Право: многообразие, дифференцированные и интегрированные характеристики

I. Семьи национальных правовых систем

1. Общие черты права, освещенные с позиций институциональной гуманитарной концепции в предшествующих главах, — это именно общие черты. В реальной же жизни правовые системы различных государств отличаются большим многообразием, спецификой, подчас уникальностью.

Вместе с тем при всем многообразии характеристик, факторов и путей развития национальных систем (т.е. систем тех или иных стран) существенно то, что отправные моменты их развития связаны с характером и уровнем дифференциации права и социального регулирования в данной стране в целом, а еще больше — с доминирующим положением (в соответствии с особенностями социально-политической обстановки, политического режима) того или иного элемента содержания правовой системы, которая, как мы видели, включает три основных компонента: писаное право как систему норм, юридическую (судебную) практику, правовую идеологию.

Исходя из этого, в пестрой картине правовых систем выделяются семьи. Своеобразие их во многом зависит от особенностей способа правообразования, ориентированных на тот или иной элемент правовой системы. Можно назвать четыре основные семьи национальных систем (регионов) права: романо-германское право, англосаксонское общее право, религиозно-общинные (неотдифференцированные) юридические системы ряда стран Азии и Африки, заидеологизированные правовые системы при авторитарных политических режимах. Хотелось бы обратить внимание на то, насколько точно три основных компонента правовой системы соответствуют трем первым из указанных основных семей: каждая из них (к третьей группе присоединяется на новом уровне четвертая) в качестве исходного, доминирующего начала имеет один из этих трех элементов — либо право как систему норм, либо юридическую (судебную) практику, либо правовую идеологию.

2. Романо-германское право (национальные правовые системы Франции, ФРГ, Италии, Испании и др.) — это семья пра-

Алексеев С.С. Теория права.—М.: Издательство БЕК, 1995. С.277

вовых систем, характеризуемая таким высоким уровнем нормативных обобщений, который достигается при помощи кодифицированных актов законодательных или иных правотворческих органов и выражен в абстрактно формулируемых нормах, в формировании логически завершенной, структурно замкнутой («закрытой») нормативной системы писаного права. В соответствии с этим правовые системы данной группы имеют облик нормативно-законодательных и в массовом правосознании воспринимаются в качестве таких, где право выступает преимущественно в виде «закона».

Источник возникновения национальных правовых систем рассматриваемой семьи следует искать прежде всего в экономических, социально-политических условиях развития общественной жизни.

В континентальной Европе преодоление феодальной раздробленности, создание централизованных государств, политическое утверждение социально-экономического единого товарно-рыночного хозяйства, режима демократии осуществлялись преимущественно через центральные органы государственной власти, которые взяли на вооружение такие эффективные средства социального регулирования, как законы, кодексы, содержащиеся в них абстрактные нормы: нормативные обобщения высокого уровня).

Отмечая этот решающий источник, необходимо указать на то, что к XVII—XVIII векам, т.е. ко времени, когда реально в социальной жизни проявилась потребность в нормативно-регулятивном инструменте, который мог бы быть использован для решения указанных выше задач, у государственных органов «под рукой» оказались такие материалы, относящиеся к сфере правовой культуры, которые и предопределили особенности правовых систем континентальной Европы.

Речь идет о правовой культуре, иснованной на юридической системе Древнего Рима, давшего классическое, не превзойденное по утонченной разработке первое всемирное право общества товаропроизводителей. Однако, вопреки довольно широко распространенному мнению, германское право не опиралось непосредственно на нормы римского частного права — права казуистического характера, лишь в какой-то мере систематизированного (да и то после своего расцвета) в компиляциях Свода законов Юстиниана и, пожалуй, больше тяготеющего к общему прецедентному праву. Упомянутые достиже-

Алексеев С.С. Теория права.—М.: Издательство БЕК, 1995. С.278

ния правовой культуры являются скорее элементом духовной жизни эпохи Возрождения, созданным в западноевропейских университетах толкователями положений римского частного права — глоссаторами и в особенности постглоссаторами. Их историческая заслуга, недостаточно еще оцененная, состояла в том, что они на новом уровне духовной, интеллектуальной жизни эпохи Возрождения отработали логические принципы, конструкции, обобщенные юридические формулы, заложенные в римском частном праве. Эти логические принципы, конструкции и обобщенные формулы, а также терминология римского права и могут быть охарактеризованы в качестве материалов правовой культуры, которая была воспринята законодательством континентальной Европы, а затем через наиболее совершенные его достижения (Кодекс Наполеона, Германское гражданское уложение и др.) распространилась на многие страны мира.

3. Англосаксонское общее право (национальные правовые системы Англии, США, ряда других стран), если рассматривать его в чистом виде, — это самобытная семья правовых систем. Оно характеризуется тем, что юридическое регулирование строится, обобщенно говоря, на судебной практике, на «праве судей», а точнее, на прецедентах—судебных решениях, юридическую суть, логическо-юридические принципы которых суды обязаны применять при рассмотрении аналогичных жизненных проблем[1]. При этом повышенное значение придается процедурно-процессуальным правилам; правовая система выражена не в абстрактно формулируемых нормах — обобщениях высокого уровня, но представляет собой структурно-сложное логически замкнутое построение. Она носит характер открытой системы методов решения юридически значимых проблем. В соответствии с этим правовые системы данной группы имеют облик нормативно-судебных и в массовом правосознании воспринимаются в качестве таких, где во многих случаях на первое место выступает субъективное право, защищаемое судом.

Знаменательно, что экономический, социально-политический источник национальных правовых систем англо-американской группы в принципе тот же, что и в странах континентальной Европы: это необходимость усиления центральной политиче-

Алексеев С.С. Теория права.—М.: Издательство БЕК, 1995. С.279

ской власти, государственно-правовое объединение страны. Но в Англии — прародительнице общего права (общего в том смысле, что оно вырабатывалось для всей страны, в противовес местным обычаям) — назревшая потребность упрочения централизованной власти встретилась с развитой судебной практикой. Именно потому, что королевские вестминстерские суды в силу особенностей социально-политического развития Англии того времени оказались наиболее мощным элементом государственной системы, отрабатываемые ими и закрепляемые в протоколах решения (их логическая суть, идеи) стали прецедентами — образцами для решения аналогичных юридических дел в будущем и тем самым приобрели значение материалов, из которых в основном и сформировалась правовая система Англии, а затем и некоторых других стран.

4. Религиозно-общинные (неотдифференцированные) юридические системы — это такие системы регулирования, в которых юридические элементы функционируют в полной мере необособленно от иных элементов. Они существуют в застойном виде, находятся в состоянии, которое характеризуется связанностью регулирующими формами традиционных обществ (религиозными, обычно-общинными и др.). В соответствии с этим правовые системы данной общности имеют облик догматизированных, традиционных и в массовом правосознании воспринимаются в качестве таких, где основная регулирующая сила — догма веры, религиозное учение, непогрешимая традиция.

Юридические системы рассматриваемой группы весьма разнообразны, подчас уникальны по своим чертам. Они свойственны в основном традиционным, застойным общественным структурам феодального или еще более архаичного типа. Их можно определить как застывшею во времени и перенесенную в сегодняшние дни предысторию права. Это системы социального регулирования, которые в силу особых экономических, политических, духовно-нравственных условий получают однобокое, негармоничное развитие с известным приоритетом таких регулирующих форм, как религиозные, традиционные, обычно-общинные и др.

Таковы, например, правовые системы, относящиеся к мусульманскому праву, господствующие в ряде государств Азии и Африки. Социальное явление, именуемое мусульманским правом, вообще представляет собой причудливое смешение

Алексеев С.С. Теория права.—М.: Издательство БЕК, 1995. С.280

юридических, религиозных, морально-философских элементов, и слово «право», как считают специалисты по сравнительному правоведению, применяется к этому явлению за отсутствием другого[2]. Мусульманское право, сложившееся еще в эпоху средневековья и выступающее по большей части в качестве идеологической силы, по своим главным особенностям представляет одну из сторон религии ислама[3].

По мнению Л.Р. Сюкияйнена, анализ мусульманского права дает основание подчеркнуть ограниченность распространенного в правовой литературе общего положения о том, что сила, создающая право,— государство. Необходимо учитывать вместе с тем, что коль скоро речь идет о национальных правовых системах, т.е. о праве в строго юридическом смысле, положения мусульманского права приобрели юридическое значение главным образом в результате деятельности государственных органов — законодательных и в особенности судебных, осуществляющих индивидуально-правовую, юридически-конститутивную деятельность.

Религиозно-общинные (неотдифференцированные) юридические системы, существующие в ряде государств Азии и Африки, носят застойный характер. Их своего рода консервация во многих случаях оказалась соответствующей интересам реакционных социальных сил, правящих элит традиционных обществ и — что еще существенней — колониальных государств.

5. Заидеологизированные правовые системы при авторитарных режимах — группа правовых систем, со структурной стороны весьма близких к только что рассмотренной семье. В отличие от нее эти системы связаны с современным уровнем цивилизации. Они призваны юридически «освятить» доминирование в обществе методов насилия, прикрыть и «облагородить» авторитарные, диктаторские режимы.

Алексеев С.С. Теория права.—М.: Издательство БЕК, 1995. С.281

юридической, правовой культуры, внешних институтов и атрибутов правосудия, законодательства. Однако все эти элементы служат ширмой, прикрывающей авторитарный режим, построенный на внеправовом насилии; они являются существенным компонентом идеологизированных фальсификаций.

Еще одна особенность рассматриваемой семьи правовых систем — заидеологизированность, т.е. всепроникающее господство претендующей на передовой статус догматизированной теории, которая оправдывает доминирование насилия, используемого во имя «высшего блага» (нации, класса, «всеобщего благоденствия» и т.д.). При этом в качестве «права» выступает идеологический постулат, попираются фундаментальные права и свободы человека, отсутствует действительно независимое правосудие.

Такие правовые системы, относящиеся к праву власти, можно, пожалуй, именовать, как и соответствующие государства, тоталитарными. Они, в сущности, отрицают юридическую значимость прав человека, идею общественного договора и в целом носят публичный характер (хотя нередко и сохраняют институты частного права).

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] См.: Кросс Руперт. Прецедент в английском праве. С. 7, 21 и сл.

[2] Термин «право» употребляется в этих системах только за отсутствием иного термина (см.: Давид Рене. Основные правовые системы современности. М., 1967. С. 45).

[3] Особенности мусульманского права и основанных на нем национальных правовых систем освещены Л.Р. Сюкияйненом в статье «Мусульманское право как объект общей теории права» (см.: Сов. государство и право. 1979. № 1. С. 29—34).










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.