Предыдущий | Оглавление | Следующий

2. ОТЛИЧИЕ ПРАВОВЫХ НОРМ ОТ МОРАЛЬНЫХ И ИНЫХ СОЦИАЛЬНЫХ НОРМ

В учебных и практических целях важно выявить как тесную взаимосвязь всех видов социальных норм, так и их специфику.

Особенно это касается права и морали, представляющих для юридической науки приоритетный интерес.

Отграничив право от морали, мы тем самым покажем его отличие от других социальных норм, место и роль этого регулятора в общей системе нормативного регулирования[1].

Юристы по роду своей деятельности изучают, толкуют, применяют прежде всего правовые нормы — это их специальность.

Но для оценки поведения субъектов правовых отношений и правильного разрешения возникающих коллизий им приходится постоянно обращаться и к этическим критериям, ибо в основе права лежит мораль.

Право есть лишь минимум нравственности. Это хорошо было показано еще русскими дореволюционными правоведами, основательно исследовавшими данный вопрос.

Мораль определяется обычно как известная совокупность исторически складывающихся и развивающихся взглядов, принципов, убеждений и основанных на них норм поведения, регулирующих отношения людей друг к другу, обществу, государству, семье, коллективу, окружающим[2].

Приведенная дефиниция отражает лишь наиболее

Право в системе социальных норм191

общие признаки исследуемого явления. Фактически же структура морали 5огаче и включает в себя также психологические моменты — эмоции, переживания и т.п., рассмотрение которых выходит за рамки данной темы.

Нравственность предполагает не только ценностное отношение человека к другим, но и к себе самому, чувство собственного достоинства, осознания себя как личности.

Еще И. Кант утверждал: «...Кто превратил себя в червя, не должен потом жаловаться, что его топчут ногами»[3].

Поэтому, как справедливо заметил Р. Иеринг, сопротивление наглому беззаконию есть «обязанность правомочного по отношению к себе самому»[4].

Мораль имеет внутренний и внешний аспекты. Первый выражает глубину осознания индивидом своего собственного Я, т.е. общественного долга, ответственности, меру духовности.

Здесь мы имеем дело с кантовским «категорическим императивом», в соответствии с которым в каждой личности заключен высший и безусловный нравственный закон («внутреннее законодательство»), коему она должна неукоснительно следовать[5].

Это то, что нередко называют совестью — способностью человека к самооценке и самоконтролю, к суду над самим собой.

Второй аспект — конкретные формы проявления указанных качеств.

Эти два аспекта тесно взаимосвязаны. «Каков человек внешне, то есть в своих действиях, таков он и внутренне»[6].

На деле, однако, здесь нередко наблюдается существенный разрыв. Соотношение между правом и моралью — достаточно сложное. Оно включает в себя четыре компонента: единство, различие, взаимодействие и

192__Н. И. Матузов

противоречия. Остановимся на рассмотрении этих компонентов подробнее.

Единство права и морали выражается в том, что, во-первых, они представляют собой разновидность социальных норм, которые в своей совокупности составляют целостную систему нормативного регулирования и в силу этого обладают определенными общими чертами; у них в принципе единая нормативная природа.

Во-вторых, право и мораль, если их рассматривать с философских позиций, являются надстроечными категориями, в равной мере обусловленными экономическими, культурными и иными детерминирующими факторами и причинами, что делает их социально однотипными.

В-третьих, они опираются на единый политический фундамент — реальное народовластие, демократизм, легитимную государственность, представляющую интересы различных слоев и групп населения.

В-четвертых, право и мораль имеют один и тот же объект регулирования — существующие общественные отношения (только, как это очевидно, в разном объеме), и оба они адресуются к одним и тем же людям и коллективам.

В-пятых, право и мораль как нормативные явления определяют границы должных и возможных поступков субъектов, служат средством гармонизации личных и общественных потребностей.

В-шестых, они, будучи регуляторами человеческой деятельности, основываются на свободе воли индивида, возможности выбора им вариантов поведения (в противном случае ни правовая, ни моральная ответственность наступить не может).

В-седьмых, право и мораль преследуют в конечном счете одни и те же цели и задачи — упорядочение и совершенствование общественной жизни, внесение в нее организующих начал, развитие личности, утверждение принципов справедливости, гуманизма.

В-восьмых, как право, так и мораль выступают в качестве фундаментальных, общеисторических ценностей, показателей социального и культурного прогресса общества, его созидательных и дисциплинирующих

Право в системе социальных норм_193

возможностей. Цель права — «установить совместную жизнь людей так, чтобы на столкновения, взаимную борьбу, ожесточенные споры и т.д. тратилось как можно меньше душевных сил»[7]. Таковым же в сущности является и назначение норм морали.

Однако наряду с рассмотренными общими чертами право и мораль имеют и существенные различия, обладают спецификой. Для юридической науки и практики учет своеобразия этих феноменов имеет, пожалуй, более важное значение, чем констатация их общности.

Именно поэтому антологические статусы (признаки) права и морали заслуживают самого внимательного анализа.

Итак, отличительные особенности рассматриваемых явлений заключаются в следующем.

[1] Право и мораль различаются прежде всего по способам их установления, формирования, источникам. Правовые нормы создаются либо санкционируются государством и только государством (или, опять же с его согласия, некоторыми общественными организациями), им же отменяются, дополняются либо изменяются.

В этом смысле государство является политическим творцом положительного права; правотворчество — его исключительная прерогатива и одна из основных функций.

Право поэтому выражает не просто волю народа, а его государственную волю и выступает не просто регулятором, а особым, государственным регулятором общественных отношений.

По-другому складывается мораль. Ее нормы создаются не государством непосредственно, а всем обществом. Они постоянно возникают и развиваются в процессе практической деятельности людей, их взаимного общения.

Для того, чтобы нравственная норма получила право на существование, не нужно санкции официальных властей: достаточно, чтобы она была признана, «санкционирована» обществом, классом, социальной группой,

194__Н. И. Матузов

коллективом — теми, кто намерен ею руководствоваться. «Моральные заповеди не могут быть предметом положительного законодательства»[8].

Это вовсе не означает, что государство не оказывает никакого влияния на формирование морали. Такое воздействие оказывается по многим линиям: через право, политику, идеологию, печать, всю систему отношений, но прямо оно нравственные нормы не постулирует.

В любом государстве действует только одно, им же порождаемое право, в то время как мораль не является единой и однородной. Она дифференцируется в соответствии с классовым, национальным, религиозным, профессиональным и иным делением общества. Это лишний раз показывает генетическую связь права с государством и отсутствие таковой у морали.

[2] Право и мораль различаются, далее, по методам их обеспечения. Если право создается государством, то оно им и обеспечивается, охраняется, защищается. За правом стоит аппарат принуждения, который следит за соблюдением правовых норм и наказывает тех, кто их нарушает (применяет юридические санкции), ибо норма права — не просьба, не совет, не пожелание, а властное требование, веление, предписание, обращенное ко всем членам общества и подкрепляемое в их же интересах возможностью принудить, заставить. В этом смысле правовые нормы носят общеобязательный, непререкаемый характер.

В праве, таким образом, объективно заложен принудительный момент, без которого оно не было бы эффективным регулятором жизнедеятельности людей, инструментом власти. Это не означает, что право утверждается в жизнь лишь «карающим мечом». Угроза принуждения — потенциальна, на случай конфликта с законом.

По иному обеспечивается мораль, которая опирается не на силу государственного аппарата, а на силу общественного мнения. Нарушение нравственных норм не влечет за собой вмешательства официальной власти, применения юридических санкций. В моральном отно-

Право в системе социальных норм__195

шении человек может быть «последним подлецом», но судебной (юридической) ответственности он не подлежит, если не совершает никаких противоправных поступков. Само общество, его коллективы решают вопрос о формах воздействия на лиц, не соблюдающих моральные запреты. При этом моральное реагирование может быть не менее действенным, чем правовое, а иногда и более эффективным. Последствия же аморального и аполитичного поведения могут быть самыми тяжелыми и непоправимыми.

[3] Право и мораль различаются по форме их выражения, фиксации. Если правовые нормы закрепляются в специальных юридических актах государства или общественных организаций (законах, указах, постановлениях), группируются по отраслям и институтам, систематизируются для удобства пользования в соответствующие кодексы, сборники, уставы, составляющие в целом обширное и разветвленное законодательство, то нравственные нормы не имеют подобных четких форм выражения, не учитываются и не обрабатываются, а возникают и существуют в сознании людей — участников общественной жизни. Их появление не связано с волей законодателей или других правотворящих лиц.

Моральные нормы и принципы, возникая под влиянием определенных социальных условий в различных слоях и группах общества, распространяются затем на более широкий круг субъектов, становятся устойчивыми правилами и мотивами поведения. При этом нельзя точно указать ни время, ни причины, ни порядок возникновения тех или иных этических норм, ни сроков их действия. Возникая постепенно, стихийно, они так же незаметно уходят в прошлое, теряют силу.

Но моральные нормы — это не только неписанные заповеди и требования (хотя таких большинство). Многие из них содержатся, например, в программных и уставных документах различных общественных организаций, литературных и религиозных памятниках, исторических летописях. Более того, некоторые нравственные правила органически вплетаются в статьи и параграфы законов, иных правовых актов. В отличие

196__Я. И. Матузов

от права, которое представляет собой логически стройную и структурированную систему, мораль — относительно свободное, внутренне несистематизированное образование.

[4] Право и мораль различаются по характеру и способам их воздействия на сознание и поведение людей. Если право регулирует взаимоотношения между субъектами с точки зрения их юридических прав и обязанностей, правомерного — неправомерного, законного — незаконного, наказуемого — ненаказуемого, то мораль подходит к человеческим поступкам с позиции добра и зла, похвального и постыдного, честного и бесчестного, благородного и неблагородного, совести, чести, долга и т.д.

Иными словами, у них разные оценочные категории, социальные мерки. В связи с этим нормы права содержат в себе более или менее подробное описание запрещаемого или разрешаемого действия, точно указывают нужный вариант поведения, как правило, заранее устанавливают санкцию за нарушение данного правила, тогда как нравственные нормы не имеют такой степени детализации и не предусматривают заблаговременно объявляемый вид ответственности.

[5] Право и мораль различаются по характеру и порядку ответственности за их нарушение. Противоправные действия влекут за собой реакцию государства, т.е. не просто ответственность, а особую, юридическую ответственность, причем порядок ее возложения строго регламентирован законом. Его соблюдение столь же обязательно, как и соблюдение материальных правовых норм. Человек наказывается от имени государства, поэтому к юридической ответственности нельзя привлечь, как кому заблагорассудится.

Иные последствия вызывает нарушение нравственности. Четкой процедуры здесь нет. Наказание выражается в том, что нарушитель подвергается моральному осуждению, порицанию, к нему применяются меры общественного воздействия (выговор, замечание, исключение из организации и т.п.).

Это — ответственность не перед государством, а перед обществом, коллективом, семьей, окружающими. Мораль же располагает тем набором средств принуж-

Право в системе социальных норм197

дения, который имеется у права — продуманная и широкая система наказания и перевоспитания.

[6] Право и мораль различаются по уровню требований, предъявляемых к поведению человека. Этот уровень значительно выше у морали, которая во многих случаях требует от личности гораздо больше, чем юридический закон, хотя он и предусматривает за некоторые действия весьма суровые санкции. Например, мораль безоговорочно осуждает любые формы нечестности, лжи, клеветы, обмана и т.д., тогда как право пресекает лишь наиболее крайние и опасные их проявления. Мораль не терпит никакого антиобщественного поведения, в чем бы оно не выражалось, в то время как право наказывает злостные случаи таких эксцессов.

Нравственность выверяет поступки людей категорией совести, повелевает блюсти не только закон, но и долг, внутренние побуждения, считаться с мнением окружающих сограждан. Право не в состоянии заставить человека быть всегда и во всем предельно честным, порядочным, правдивым, справедливым, отзывчивым, благородным, идти на самопожертвование, совершать героические поступки и т.д. Этого законом не предпишешь. Мораль же призывает и к этому. Она ориентирует человека не на средний уровень, а на идеал.

[7] Право и мораль различаются по сферам действия. Моральное пространство гораздо шире правового, границы их не совпадают. Право, как известно, регулирует далеко не все, а лишь наиболее важные области общественной жизни (собственность, власть, управление, правосудие), оставляя за рамками своего воздействия такие стороны человеческих отношений, как, например, любовь, дружба, товарищество, взаимопомощь, вкусы, мода, личные пристрастия и т.д. Вторжение права в эти зоны было бы, во-первых, невозможным в силу неподверженности их внешнему контролю, во-вторых, бессмысленным с точки зрения государственных интересов и, в-третьих, просто недемократичным, антигуманным. Здесь действуют моральные, этические и другие социальные нормы и традиции.

198__Я. И. Матузое

Нравственность, в отличие от права, проникает во все поры и ячейки общества, ее оценкам поддаются в принципе все виды и формы взаимоотношений между людьми. Она «универсальная и вездесуща»[9].

Следует, однако, помнить, что сферы действия права и морали не совпадают лишь частично. В главном же своем объеме они перекрывают друг друга. Это значит, что решающий круг общественных отношений составляет предмет регулирования как права, так и морали. Думается, контуры полей у них все же не идентичны. Соотношение здесь такое: все, что регулируется правом, регулируется и моралью, но не все, что регулируется моралью, регулируется правом.

[8] В философском плане различие между правом и моралью состоит в том, что последняя выступает одной из форм общественного сознания (наряду с политикой, идеологией, наукой, искусством и т.д.), в то время как право не является таковым. Формой общественного сознания выступает не право, а правосознание, т.е. взгляды на право. Законодательство обычно рассматривается как атрибут государства, один из его институтов, инструментов, а не как идеи, представления, хотя, конечно, они тесно переплетаются, поскольку в законах как раз и воплощаются господствующие в обществе правовые воззрения.

[9] У права и морали, наконец, различные исторические судьбы. Мораль — «старше по возрасту», древнее, она всегда существовала и будет существовать в человеческом обществе, тогда как положительное право возникло лишь на определенной ступени социальной эволюции и в будущем их судьбы также, возможно, разойдутся.

Таковы общие и отличительные черты права и морали. При этом надо иметь в виду, что границы, соединяющие и разъединяющие эти два явления, не остаются статичными, раз навсегда данными. Они подвижны, изменчивы, смещаются в ту или иную сторону в ходе и под влиянием общественного развития, происходящих перемен. То, что в одно время регулируется правом, в другое время может стать

Право в системе социальных норм199

объектом лишь морального воздействия, и наоборот. Даже в пределах одного и того же типа общества, но на разных этапах его развития соотношение между правом и моралью меняется.

Взаимодействие права и морали. Из тесной взаимосвязи указанных регуляторов вытекает такое же тесное их социальное и функциональное взаимодействие. Они поддерживают друг друга в деле упорядочения общественных отношений, позитивного влияния на личность, формирования у граждан должной юридической и нравственной культуры, правосознания. Их требования во многом совпадают: действия субъектов, поощряемые правом, поощряются и моралью.

Мораль осуждает все виды правонарушений и особенно преступления. В оценке таких деяний право и мораль едины. Всякое противоправное поведение является также противонравственным. Право требует соблюдать законы, того же требует и мораль. Во многих статьях ныне действующей Конституции, Декларации прав и свобод человека позиции права и морали сливаются.

Это и неудивительно: ведь в основе права лежит мораль. Не случайно право нередко определяют как «юридически оформленную нравственность». Такие заповеди христианской морали, как «не убий», «не укради», «не лжесвидетельствуй» запрещаются и сурово караются правом. Как видим, взаимодействие права и морали выражается в прямом тождестве их требований, обращенных к человеку, в воспитании у него высоких гражданских качеств.

В процессе осуществления своих функций право и мораль помогают друг другу в достижении общих целей, используя для этого свойственные им методы. Один и тот же поступок индивида получает в глазах окружающих людей как правовую, так и моральную оценку, о нем судят как с позиций закона, так и с позиций совести, чести. Это позволяет эффективно регулировать различные антисоциальные проявления. Задача заключается в том, чтобы сделать такое взаимодействие возможно более гибким и глубоким. Особенно это важно в тех отношениях, где проходят грани между юридически-наказуемым и общественно-

200__Я И. Матузов

порицаемым, где правовые и нравственные категории тесно переплетены.

Известно, что разного рода криминогенные элементы в ряде случаев пытаются обойти закон или даже прикрыться им, создать видимость правомерной деятельности. Здесь как раз и призвана в полной мере заявить о себе мораль, ибо для подобных субъектов самое неприятное — это гласность, моральное разоблачение. Сегодня моральные основы нашего жизнеустройства подорваны, процветает не только правовой, но и нравственный нигилизм. Преодоление этих явлений — важнейшая предпосылка социального и духовного возрождения России. С нарастанием негативных процессов усиливается и степень непримиримости к ним людей, которые хотели бы видеть юридические и моральные рычаги более действенными и результативными в борьбе за оздоровление общества.

Право и мораль плодотворно «сотрудничают» в сфере отправления правосудия, деятельности органов правопорядка, юстиции. Выражается это в различных формах: при разрешении конкретных дел, анализе всевозможных жизненных ситуаций, противоправных действий, а также при оценке личности правонарушителя. Фактические обстоятельства многих дел оцениваются с привлечением как юридических, так и нравственных критериев, без которых невозможно правильно определить признаки таких, например, деяний, как хулиганство, клевета, оскорбление, унижение чести и достоинства, понятий цинизма, корысти, стяжательства, «низменных побуждений», выступающих мотивами многих преступлений.

То же самое относится к делам о выселении за невозможностью совместного проживания, расторжении брака и решении вопроса о том, при ком из родителей должны остаться дети, трудовым спорам. Во всех этих случаях требуется не только правовая, но и моральная характеристика субъектов и самих этих конфликтов. «Правосудие, — писал выдающийся русский юрист А. Ф. Кони, — не может быть отрешено от справедливости, а последняя состоит вовсе не в одном правомерном применении карательных санкций. Судебный деятель всем своим образом действий

Право в системе социальные норм__201

относительно людей, к деяниям которых он призван приложить свой ум, труд и власть, должен стремиться к осуществлению нравственного закона»[10].

Нельзя нарушить государственный закон, не нарушая морали. Поэтому при разрешении любого дела на судейском столе, помимо правового, незримо лежит и моральный кодекс. И они не только не исключают, а предполагают и дополняют друг друга.

Противоречия между правом и моралью. Тесное взаимодействие норм права и морали не исключает довольно острых противоречий, коллизий, расхождений между ними. Как отмечалось еще в досоветской литературе, «соотношение между правом и моралью может быть правильное и неправильное»[11] .

Оптимальное совмещение этического и юридического всегда было трудноразрешимой проблемой во всех правовых системах. И, как показывает опыт, идеальной гармонии здесь обычно достичь не удается — противоречия неизбежно сохраняются, возникают новые, усугубляются старые. Их можно как-то сгладить, ослабить, уменьшить, но не снять. Разумеется, отдельные из них можно волевым порядком устранить, другие — не допустить, но как объективное явление они остаются. При этом бывают коллизии поверхностные и глубинные, устойчивые.

Причины противоречия между правом и моралью заключаются уже в их специфике, в том, что у них разные методы регуляции, разные подходы, критерии при оценке поведения субъектов. Имеет значение неадекватность отражения ими реальных общественных процессов, интересов различных социальных слоев, групп, классов.

Право по своей природе более консервативно, оно, как правило, отстает от течения жизни, в нем самом немало противоречий. Даже самое совершенное законодательство содержит пробелы, недостатки. Мораль же более динамична, активнее реагирует на происходящие изменения. Эти два явления развиваются неравномерно, у морали преобладают элементы стихийности. Отсюда

202__И. И. Матузов

в любом обществе всегда разное правовое и моральное состояние.

Право и мораль — не антиподы, а соперники, они по-разному оценивают одни и те же факты, между ними тонкие грани и взаимопереходы. На этой почве случаются и «лобовые столкновения», так как мораль требует от человека больше, чем право, судит строже. В этом легко убедиться на простых житейских примерах. К примеру, восемнадцатилетняя девушка, выйдя замуж, потребовала выделить свою долю из общей жилплощади, на которой проживали отец, мать и страший брат. Несмотря на уговоры и категорические возражения родителей против дележа (размена) квартиры, она твердила одно: я имею право. Никакие моральные соображения, возмущение соседей, знакомых, окружающих ее не смущали. Или, скажем, молодые матери, не желая воспитывать своих детей, оставляют их в роддоме. В «отказных расписках» они пишут, что не будут иметь претензий к будущим их усыновителям. Законом не запрещено, право молчит, а нравственное чувство оскорбляется, эти мамы ощущают на себе мощный моральный прессинг. Так же двойственно и неоднозначно оцениваются правом и моралью супружеская неверность или, скажем, бесконечное заключение и расторжение одним и тем же лицом брака. Подобных морально-правовых дилемм в жизни немало.

Встречаются, хотя и нечасто, просто безнравственные, антигуманные законы. Например, до недавнего времени в нашем Уголовном кодексе были статьи, фактически поощрявшие доносительство, требовавшие от свидетелей давать изобличающие показания против близких родственников.

Таким образом, мыслимы ситуации, когда закон нечто разрешает, а мораль «запрещает» и, наоборот, закон «запрещает», а мораль «разрешает». Согласия между ними нет. Отсутствие же «взаимопонимания» сказывается в конечном счете на регулятивных и воспитательных возможностях этих средств. Требуется корректировка соответствующих норм.

В этой связи нельзя не коснуться популярного ныне принципа: «все, что законом не запрещено.

Право в системе социальных норм 203

дозволено». Он был выдвинут в разгар «перестройки», с энтузиазмом подхвачен прессой, но юристы уже тогда предостерегали от излишней эйфории и возможных неблагополучных последствиях его реализации в конкретных условиях нашей страны. В частности, отмечалось, что девиз «разрешено все, что не запрещено» предполагает известную осмотрительность, взвешенность, ответственность. Его практическое претворение в жизнь требует определенного уровня политической и юридической культуры, сознательности, информированности, умения соотносить свои личные и общественные интересы, верной оценки тех жизненных ситуаций, в которых оказывается субъект, соблюдения общепринятых норм нравственности. Под этим лозунгом возможны нарушения законности, проявления своеволия, субъективизма, произвола.

Сама по себе указанная вполне разумная формула ничего порочного в себе не содержит и давно признана всеми цивилизованными обществами. Но у нас она попала на неподготовленную почву, не было учтено то, что для ее реализации нужна зрелая, а не младенческая демократия.

Призыв «незапрещенное дозволено» был рассчитан на развертывание конструктивной инициативы, активности, преодоление запретительного синдрома — «держать и не пущать». На деле же вышло, что общество пока «не доросло» до упомянутого принципа, планка была поднята слишком высоко. Поэтому формулу, как нам представляется, следовало бы на данный момент несколько уточнить: разрешено все, что не запрещено законом и не порицается моралью. Здесь именно нравственность должна сыграть роль «социальных амортизаторов». Еще Гегель указывал: «Нечто вполне позволительное с точки зрения права может быть чем-то таким, что моралью запрещается»[12].

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] Мы не затрагиваем здесь ведущиеся споры о понятии права, в частности, его «узкую» и «широкую» трактовку, так как ни одна из существующих точек зрения не исключает из права нормы.

[2] Мораль и нравственность — одно и то же. В научной литературе и в практическом обиходе они упротребляются как идентичные. Впрочем, некоторые аналитики пытаются установить здесь различия, предлагая под моралью понимать совокупность норм, а под нравственностью — степень их соблюдения, т.е. фактическое состояние, уровень морали. В данном случае мы исходим из тождественности этих понятий. Что касается этики, то это особая категория, означающая учение, науку о морали, хотя и она содержит в себе определенные оценочные категории.

[3] Кант И. Метафизика нравов в двух частях //Соч. в шести томах. Т. 4(2). М., 1965. С. 376.

[4] Иеринг Р. Борьба за право. М., 1901. С. 16.

[5] См.: Кант И. Указ. соч. С. 329.

[6] Гегель. Соч. T.I. M., 1929. С. 234.

[7] Ильин И. А. Порядок или беспорядок? М., 1917. С. 24.

[8] Гегель. Работы разных лет. М., 1973. С. 37.

[9] См.: Лукашева Е. А. Указ. соч. С. 71.

[10] Кони А. Ф. Собр. соч. М, 1967. С. 51.

[11] Ильин И. А. Указ. соч. С. 37.

[12] Гегель. Работы разных лет. М, 1973. Т. 2. С. 32.










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.