Предыдущий | Оглавление | Следующий

§ 2. ТАКТИКА ДОПРОСА ПО ГРАЖДАНСКОМУ ДЕЛУ В СУДЕ

 

Значительную, если не большую часть доказательственной информации суд получает путем заслушивания объяснений сторон и третьих лиц, допроса свидетелей и экспертов. Объяснения сторон и третьих лиц как самостоятельное средство доказывания имеют свои особенности:

а) это самое распространенное средство доказывания;

б) оно содержит первоначальные сведения по рассматриваемому делу, так как о самом правовом конфликте и его содержании судья узнает от сторон и от третьих лиц;

в) это основной, главный – по общему правилу – источник информации по делу. Именно поэтому эти объяснения названы первыми в перечне средств доказывания;

г) это средство, где наиболее вероятны такие приемы, как умолчания, искажения – умышленные или неумышленные – взаимоотношений участников дела и даже ложь. Нельзя забывать, что объяснения дают юридически заинтересованные люди, стремящиеся к выгодному для них разрешению дела. Какой-либо ответственности закон для сторон не устанавливает.

Действительно, в разных странах отношение к этому средству доказывания неоднозначно. Но если российское законодательство признает объяснения сторон и третьих лиц в качестве средства доказывания, то и получаемая информация должна быть как можно более достоверной. При этом следует учитывать, что стороны – самые заинтересованные в разрешении спора лица, и никто зачастую не ожидает от них объективных показаний[1].

Если сравнить процедуру объяснения сторон, третьих лиц и процедуру допроса потерпевшего и обвиняемого, то первые не предупреждаются об уголовной ответственности, предусмотренной УК РФ. Мы считаем, что такое предупреждение нужно. Но для того чтобы положение основных субъектов гражданского процесса не выглядело аналогично положению обвиняемого и чтобы они давали либо достоверные объяснения, либо молчали, может быть, есть смысл ввести: 1) предупреждение сторон и третьих лиц об ответственности, установленной УК РФ для свидетелей, экспертов и потерпевших за дачу заведомо ложных объяснений; 2) привилегию не давать показаний против себя. Недаром в Англии, США объяснения сторон называются показаниями свидетелей с одинаковой процедурой их исследования.

Несмотря на то, что основное внимание автором будет обращено на тактические особенности допроса свидетелей и экспертов, хотелось бы также попытаться раскрыть ряд тактико-процессуальных аспектов получения судом доброкачественной информации от основных лиц гражданского (арбитражного) судопроизводства – истца и ответчика.

Судебный допрос представляет собой сложное процессуальное действие. Его одной из основных задач является получение истинной и полной информации о фактах реальной действительности, а это достигается путем нейтрализации объективных и субъективных моментов, отрицательно влияющих на достоверность показаний.

Судебный допрос сочетает в себе определенные элементы психологии и логики, педагогики и судебной этики. Так, данные психологии дают суду правильный критерий для оценки достоверности и полноты показаний допрашиваемых, «подсказывают тактические приемы, при помощи которых могут быть восполнены пробелы в показаниях и устранены противоречия в них»[2]. При судебном допросе суд получает необходимую информацию по делу при помощи приемов, разработанных криминалистикой.

Необходимо указать, что концепция допроса как криминалистическое построение включает в себя научные положения, объединенные в три аспекта:

1) психологический;

2) правовой и нравственный;

3) тактический и организационный.

Аспект психологических положений – это либо положения общей психологии, относящиеся к таким психическим процессам, как восприятие память, воспроизведение и т. п., либо данные некоторых разделов юридической психологии, отражающие, главным образом, дефекты этих процессов, специфику общения между участниками допроса, ситуаций, возникающих при этом и т. п. – все эти вопросы детально рассмотрены в обширной специальной литературе. Поэтому достаточно сделать вывод о том, что тактика допроса в целом и все ее элементы должны иметь прочную психологическую основу как необходимый компонент их научного фундамента; общая тенденция психологизации криминалистической тактики находит здесь полное свое выражение, в сущности, становится императивным требованием.

Аспект правовых и нравственных положений включает в себя, наряду с аксиоматическими положениями процессуального и нравственного порядка, и такие, содержание которых проблематично, а понятие весьма аморфно, типа «дух закона», но которые в то же время подчас играют решающую роль для тактики допроса. Поскольку положения этого блока тесно смыкаются с положениями блока тактических положений, представляется целесообразным рассматривать их комплексно.

С психологической точки зрения, допрос – это общение между его участниками, но протекающее в строгих процессуальных формах, с предусмотренными законом обязательными элементами. Основная особенность общения при допросе – оказание допрашивающим психологического воздействия на допрашиваемого. А. В. Дулов назвал такие методы воздействия: метод передачи информации, убеждения, примера, регулируемых общений, постановки и варьирования мысленных задач[3]. Тактические приемы допроса базируются в известной степени на использовании этих психологических методов.

Из числа общенаучных познавательных методов непосредственное применение при допросе находит наблюдение, иные реализуются через методы психологического воздействия. Так же реализуются и логические методы познания, если они относятся к воздействию на допрашиваемого с целью получения необходимой информации. Даже такой беглый взгляд на методы познания, используемые при допросе, свидетельствует, что центральным пунктом концепции допроса является проблема психологического воздействия на допрашиваемого, а ее ядром – проблема допустимости тех или иных методов и приемов. Именно при ее решении на ней фокусируются положения правового и нравственного, с одной стороны, и тактического – с другой, аспектов концепции допроса.

Казалось бы, вопрос решается просто: достаточно обратиться к закону, указывающему на запрещенные способы получения показаний. Однако на деле это проблемы не разрешает, если не считать только одного случая – запрещения давать наводящие вопросы.

Статья 9 УПК РФ говорит о том, что в ходе уголовного судопроизводства запрещаются осуществление действий и принятие решений, унижающих честь участника уголовного судопроизводства, а также обращение, унижающее его человеческое достоинство либо создающее опасность для его жизни и здоровья. Никто из этих участников не может подвергаться насилию, пыткам, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению.

Положение вышеназванной нормы прежде всего направлено на защиту личности от злоупотреблений со стороны тех должностных лиц, которые наделены в процессе властными полномочиями, позволяющими им применять в отношении других участников процесса меры принуждения и совершать иные действия, связанные с ограничением прав и свобод граждан.

Данное положение, на первый взгляд, никаких сомнений в своей однозначной справедливости не вызывает. Но только на первый взгляд.

Известно, что насилие может быть правомерным и противозаконным, а и то и другое – физическим и психическим. Что касается физического насилия, даже если оно правомерно, средством получения показаний оно не является. Двух мнений по этому поводу быть не может. Но с психическим насилием дело обстоит, как нам представляется, совсем по-иному.

Начнем с того, что угроза является разновидностью насилия, и, с точки зрения чистоты лексики, законодатель мог и не упоминать этот термин наряду с термином «насилие»: вполне достаточно последнего.

Неправомерные угрозы и иные виды противоправного психического насилия, без сомнения, должны быть исключены из арсенала следователя. Но ведь существуют правомерные угрозы, без которых следователь не может обойтись, поскольку к этому его прямо обязывает закон. Речь идет об угрозе уголовной ответственностью за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний, с предупреждения о которой должен начинаться допрос свидетеля или потерпевшего. Весьма реальная и серьезная угроза, с помощью которой следователь «домогается» полных и правдивых показаний!

Но в жизни, как точно подмечает А. Р. Белкин, существуют и иные виды правомерного психического насилия, в том числе и над личностью лгущего на допросе обвиняемого[4]. Разве изобличение во лжи свидетеля во время его допроса не является насилием над его «свободным волеизъявлением»? Предъявляя изобличающие во лжи доказательства, следователь буквально «загоняет в угол» такого лжесвидетеля, испытывающего при этом, бесспорно, определенное психологическое насилие, под действием которого он вынужден изменить свои показания и говорить правду.

Еще более неясное положение возникает при решении вопроса о том, допустим ли в процессе расследования вообще и при допросе в частности обман со стороны следователя. Действующий закон по этому поводу хранит молчание: слово «обман» в законе нигде не упоминается.

Трудно переоценить роль допроса в системе способов получения доказательственной информации. Естественно, результативность конкретного допроса зависит от процессуального положения допрашиваемого, характера и объема обладаемой им информации, его желания и возможностей передать эту информацию следователю. Но в любом случае именно в силу субъективной природы показаний они являются незаменимым источником доказательств. Бытующее обратное представление едва ли правильно, так как основывается лишь на возможном совпадении в показаниях различных лиц некоторой фактологической стороны в ее самом общем виде, что в большинстве случаев далеко не исчерпывает всей содержащейся в этом источнике доказательственной информации. В некоторых же случаях показания могут носить действительно уникальный характер, быть неповторимыми, причем получить соответствующую информацию иным способом, в том числе путем допроса других лиц, невозможно.

В судебном допросе по гражданскому делу можно выделить три основных этапа:

1) установление судом психологического контакта с допрашиваемым;

2) свободный рассказ допрашиваемого;

3) постановка вопросов допрашиваемому судом и другими участниками процесса.

Допрос в гражданском судопроизводстве имеет свой предмет. Как правовая категория предмет судебного допроса определяется гражданским процессуальным законодательством. По каждому гражданскому делу он конкретизируется теми или иными обстоятельствами дела.

Предметом судебного допроса являются обстоятельства, относящиеся к делу, которые суду необходимо выяснить путем допроса.

Правильное определение предмета судебного допроса имеет важное практическое значение. Если необходимые для разрешения дела обстоятельства не будут включены в предмет допроса, это может привести к вынесению судом необоснованного решения. С другой стороны, включение в предмет судебного допроса обстоятельств, не относящихся к делу, ведет к напрасной трате времени, сил и средств суда и других субъектов гражданских процессуальных правоотношений.

Судебные допросы по гражданским делам можно классифицировать в зависимости от:

а) процессуального положения допрашиваемого (допрос свидетеля, допрос эксперта);

б) возрастных особенностей допрашиваемого (допрос взрослого, допрос несовершеннолетнего);

в) состава участников допроса (допрос одного лица, допрос на очной ставке, допрос с участием педагога, родителей или законных представителей);

г) содержание допроса (основной допрос, дополнительный допрос);

д) его очередности (первичный допрос, повторный допрос).

Каждый из указанных видов судебного допроса имеет свои процессуальные особенности и присущие ему тактические приемы.

Под тактическими приемами допроса принято понимать способы воздействия на допрашиваемого, вызывающие определенные психические изменения, а также иные способы допроса, использование которых способствует получению правдивых показаний[5].

Изучение судебной практики показывает, что часть таких приемов может быть использована и в судебном допросе.

Известный советский ученый-криминалист Л. Е. Ароцкер, занимавшийся вопросами использования данных криминалистики в судебном разбирательстве уголовных дел, особенностями тактики и этики судебного допроса, к наиболее эффективным тактическим приемам, основанным на психологии допрашиваемого, относит следующее:

Внезапность. Сущность данного приема заключается в том, что допрашивающий в ходе допроса вне связи с предыдущими вопросами и ответами ставит неожиданный вопрос, на который допрашиваемый должен дать немедленный ответ. Поскольку между данным и предыдущими вопросами нет логической связи, допрашиваемый не в состоянии быстро сориентироваться и поэтому может сообщить сведения, которые он пытался утаить от суда.

Последовательность. Содержание этого приема выражается в том, что допрашивающий последовательно, в определенно нарастающей системе ставит вопросы, заставляя допрашиваемого «почувствовать» силу вопросов, неизбежно требующих правдивого ответа.

Использование положительных свойств личности. Суть данного приема заключается в том, что допрашивающий ставит такие вопросы, которые учитывают положительные качества допрашиваемого: его смелость, честность, прямоту, бескорыстие, правдолюбие, заслуги в прошлом и настоящем, служебное, общественное или семейное положение. Ссылки на эти свойства личности показывают несовместимость с ними лжи и нередко помогают получить правдивые показания.

Допущение легенды. Следуя этому тактическому приему, допрашивающий «не мешает» излагать допрашиваемому показания, хотя знает из других источников доказательств, что они ложны. Терпеливо дав возможность допрашиваемому «выговориться», допрашивающий последовательно своими вопросами «препарирует» ложные показания, демонстрируя их внутреннюю противоречивость, нелогичность, несогласованность.

Пресечение лжи. Данный прием противоположен предыдущему. В некоторых случаях (когда имеется достаточно доказательств, освещающих те или иные события) допрашивающий в самом начале допроса, когда допрашиваемый начинает давать ложные показания, пресекает их своими вопросами, которые показывают, что допрашивающий судья (прокурор, адвокат) стремится получить правдивую информацию и располагает данными, опровергающими показания допрашиваемого.

Отвлечения внимания. Поскольку допрашиваемый сосредоточивает внимание на главном в допросе и готовится к ответам на вопросы, относящиеся к этому, допрашивающий сознательно отвлекает его своими вопросами на второстепенные детали и как бы парализует бдительность допрашиваемого. На таком фоне легче вести допрос и по основным обстоятельствам, интересующим допрашивающего.

Рассмотренные тактические приемы применяются в основном для допроса лжесвидетелей. Однако они могут использоваться в любом случае судебного допроса, если допрашиваемый пытается давать ложные показания. Конкретные обстоятельства дела определяют необходимость использования того или другого тактического приема.

Эффективными тактическими приемами, выработанными судебной практикой, являются также сопоставление, уточнение, детализация (конкретизация), контроль, напоминание и наглядность.

Сопоставление – тактический прием, применяемый для устранения противоречий, содержащихся в показаниях. Он заключается в сопоставлении противоречивых частей показания или противоречивых показаний в целом с другими доказательствами, не согласующимися с ним. Суду и участникам судебного разбирательства нужно поставить допрашиваемому вопросы и выяснить, чем он объясняет имеющееся противоречие. Допрашиваемый может разумно объяснить противоречия, которые иногда бывают только кажущимися. Если же он не сможет этого сделать и другие доказательства будут противоречить показаниям, то его показания в целом или в какой-то части могут быть признаны не соответствующими действительности. Эффективность применения данного тактического приема во многом зависит от правильного выбора фактов, с которыми производится сопоставление. Они должны, во-первых, действительно противоречить показаниям, а во-вторых, не вызывать сомнений в своей истинности. Например, в одних случаях допрашиваемому можно предложить объяснить тот факт, что одни и те же обстоятельства им освещены по-разному, в других – можно поставить допрашиваемому вопрос, чем он объясняет противоречие между его показаниями и показаниями других лиц о тех же фактах, или другими доказательствами (заключением экспертизы). В судебной практике часто сопоставление заключается в допросе с демонстрацией уличающих во лжи доказательств, например тех, которые при сопоставлении их с показаниями допрашиваемого противоречат им. Здесь возможны самые разнообразные варианты сопоставления.

Уточнение – тактический прием, заключающийся в том, что допрашивающий соответствующими вопросами выясняет показания, касающиеся частных моментов, помогающие уточнить отдельные обстоятельства дела. Уточнения могут касаться различных обстоятельств дела. Например, времени, места совершения определенных действий, их последовательности и т. п.

Суд и участники судебного разбирательства своими уточняющими вопросами помогают допрашиваемому более правильно осветить обстоятельства дела.

Детализация (конкретизация) – тактический прием, состоящий в постановке вопросов, позволяющих расчленить общие и недостаточно конкретные показания отдельные эпизоды, факты и более глубоко их выяснить. Например, расплывчатые, неопределенные показания свидетеля об одежде, в которой был истец или ответчик, можно детализировать вопросами об отдельных признаках одежды (цвета, покроя, размера, характерных примет и т. п.).

Контроль – тактический прием, заключающийся в постановке вопросов, прямо не относящихся к теме допроса, но позволяющих получить контрольные сведения для проверки правильности показаний об отдельных фактах, событиях. Контрольные вопросы направлены на выяснение побочных, сопутствующих каким–либо событиям обстоятельств, но по ответам на них суд может определить достоверность и ценность показаний в целом.

Напоминание. С помощью данного тактического приема, заключающегося в постановке судом и участниками процесса вопросов, помогающих допрашиваемым вспомнить отдельные события, факты, забытые ими, можно вспомнить пробелы в показаниях. Так, выясняя хронологическую последовательность определенных действий, допрашивающий может оживить ассоциативные связи у свидетеля или потерпевшего, напомнив ему об одном из фактов, связанных с данным событием. Например, напомнив свидетелю, что событие, о котором идет речь, имело место в воскресный день в 9 часов утра, суд может помочь свидетелю вспомнить, чем он занимался в это время и почему обратил внимание на определенные факты[6].

Тактика судебного допроса представляет собой определенную совокупность наиболее рациональных приемов организации и проведения допроса в условиях судебного разбирательства. Тактические приемы допроса, разрабатываемые криминалистикой, могут применяться в гражданском судопроизводстве лишь с учетом специфики, особенностей этого вида судопроизводства.

Правильное применение тактико-криминалистичеких приемов при судебном допросе позволяет получать от допрашиваемого достоверные и полные показания. Н. И. Порубов отмечает, что «целью тактики допроса является получение от допрашиваемого показаний, которые бы объективно и полно отражали ранее воспринятую им действительность»[7].

Подготовка к судебному допросу является важным условием, обеспечивающим эффективность проведения данного процессуального действия. Суд при подготовке к допросу прежде всего определяет круг обстоятельств, подлежащих выяснению путем допроса (предмет допроса). Эти обстоятельства могут содержаться в материалах гражданского дела (в исковом заявлении, возражениях против иска и т. д.). Поэтому важным элементом в подготовке к допросу является изучение материалов дела, относящихся к предмету допроса.

Подготовка к судебному допросу включает в себя и определение круга вопросов допрашиваемому, приглашение для участия в допросе лиц, предусмотренных процессуальным законом, и т. д. Завершающий этап подготовки к судебному допросу – составление его плана.

Подготовка к допросу включает в себя: а) собирание исходных данных для допроса; б) тактическое обеспечение допроса; в) выбор момента и места допроса и определение способа вызова на допрос; г) техническое обеспечение допроса.

Собирание исходных данных допроса является непременным элементом подготовки к допросу, который определяет его успех и эффективность. Исходные данные для допроса по своим источникам и содержанию не однородны. Среди них, прежде всего, необходимо выделить те, которые относятся к предмету допроса.

При подготовке к допросу судья должен определить круг обстоятельств, в отношении которых предстоит получить показания допрашиваемого. При отсутствии у судьи четкого представления об этих обстоятельствах допрос лишится целеустремленности, в показаниях, с одной стороны, неизбежно будут пробелы, а с другой стороны, – ненужные, не имеющие отношения к делу данные.

Информация, относящаяся к предмету допроса, может носить специальный характер. Это может потребовать от судьи ознакомления со специальной литературой, теми или иными технологическими процессами, порядком документо- и товарооборота на предприятии, системой учета и отчетности и др. При этом он может использовать консультации специалистов; данные, содержащиеся в заключениях экспертов по делу, справочные материалы.

К числу исходных для допроса данных относятся сведения о личности допрашиваемого.

Данные о личности допрашиваемого относятся к его психофизиологическим свойствам и состоянию, трудовой деятельности, поведению в быту и т. п.

Изучение личности допрашиваемого помогает судье определить особенности, которые приобретает у него процесс формирования показаний, предположить, какова будет линия поведения на допросе, и выработать нужную тактику допроса.

Письменный план допроса предпочтительно составлять в тех случаях, когда предстоит сложный допрос, связанный с выяснением широкого круга обстоятельств, с использованием значительной исходной информации, трудный в тактическом отношении. План составляется в произвольной форме, в качестве одного из образцов которой, как отмечают Е. М. Лившиц и Р. С. Белкин, можно рекомендовать следующую:

Обстоятельства, подлежащие выяснению

Имеющиеся данные (источник) листы дела

Вопросы допрашиваемому

Заметки о тактике

 В ситуации, обусловливающей дефицит времени на подготовку к допросу, а также при подготовке к простым допросам допустимо мысленное планирование допроса или составление письменного плана по упрощенной форме, иногда в виде простого перечня вопросов, которые будут заданы допрашиваемому[8].

К тактическому обеспечению допроса, помимо его планирования, относится выбор тактических приемов допроса и подготовка доказательств, которые, возможно, потребуется предъявить допрашиваемому. Судья предварительно решает вопрос, в какой момент допроса какие доказательства могут потребоваться, подбирает эти доказательства в нужном порядке, заранее обдумывает меры по обеспечению их сохранности при предъявлении, выбирает место их хранения до предъявления.

Выбор момента и места допроса. Момент допроса определяется с учетом важности сведений, которыми, по предположению судьи, обладает допрашиваемый.

Техническое обеспечение допроса. Сюда входит: приготовление необходимых бланков протоколов, бумаги, пишущих принадлежностей, пишущей машинки; подготовка средств аудио- и видеозаписи; обеспечение приема информации диктофоном.

При судебном допросе должен быть установлен психологический контакт между судом и допрашиваемым. Под психологическим контактом понимается установление таких отношений между судом и допрашиваемым, которые обеспечивают возможность получения сведений о фактах (фактических данных), относящихся к предмету допроса.

«Установление контакта совершенно не предполагает, что у допрашиваемого во всех случаях проявляется желание полностью передать всю имеющуюся у него информацию. Должно быть желание вообще передать информацию… контакт, таким образом, предполагает понимание информации, наличие интереса в приеме и переработке информации»[9].

Психологический контакт должен постоянно поддерживаться судом с допрашиваемым на протяжении всего допроса. Установлению необходимого контакта способствует спокойная и деловая обстановка в судебном заседании, корректное и доброжелательное, уважительное отношение суда ко всем допрашиваемым.

 Среди основных психолого-тактических приемов установления психологического контакта О. В. Полстовалов выделяет следующие:

1) Беседа на интересующие допрашиваемого темы (о семье, о бытовых проблемах, об увлечениях и пристрастиях и пр.);

2) Подчеркивание значимости даваемых показаний и конфиденциальности разговора;

3) Поиск и использование схожих основных качеств «Я – концепций», установок и взглядов;

4) Поддерживание положительного фона отношений.

Необходимым условием поддержания психологического контакта следует признать активность общения судьи, которая заключается в настойчивом стремлении последнего к получению в ходе процессуального действия наиболее полной всесторонней и правдивой информации на основе тщательной подготовки к его производству. Активность общения должно дополнять эффективное слушание – сопереживание.

Основа поддержания психологического контакта заключается в умении судьи слушать собеседника. При этом в умении слушать необходимо выделить ряд составных элементов:

1) способность адекватно и достоверно понимать и фиксировать получаемую информацию;

2) способность проявлять эмпатию, умение настроиться на «эмоциональную волну» собеседника;

3) умение контролировать и координировать свою речь и жесты в целях расположения к общению, а также поддержания психологического контакта;

4) способность использования «общего» с собеседником языка в коммуникативной деятельности.

В ходе общения возникают различного рода трудности (барьеры), устранение которых во многом предопределяет успешность достижения психологического контакта[10].

Не способствуют установлению психологического контакта разговоры судей во время допроса с другими лицами, непрерывное хождение в зале судебного заседания и т. д. К отрицательным результатам приводят и психологические срывы со стороны суда (окрики, грубость и т. п.). Как правильно отмечается в криминалистической литературе, «нельзя заставлять допрашиваемого долго ожидать процедуры допроса, ибо длительное ожидание порождает отрицательные эмоции, которые затем окажутся серьезным препятствием к установлению психологического контакта»[11].

Судебный допрос следует проводить с соблюдением правил судебной этики. Недопустимо получать показания от допрашиваемого путем обмана, угроз и иных незаконных мер.

В начале допроса суд обязан выяснить взаимоотношения лица, подлежащего допросу, с лицами, участвующими в деле (ч. 2 ст. 177 ГПК РФ). Это необходимо не только для правильной оценки полученных показаний, но и для избрания соответствующей тактики допроса.

С целью получения достоверных и полных показаний суд использует при допросе некоторые положения криминалистической тактики. Среди них основными являются активность, целеустремленность, объективность и полнота допроса.

При допросе суд должен также учитывать особенности личности допрашиваемого – его психику, культурный и образовательный уровень, профессию и т. д. «Тактика допроса, – отмечает С. П. Митричев, – разрабатывается криминалистикой с учетом научно обоснованных закономерностей психики человека…»[12].

Первыми рекомендуется допрашивать лиц, от которых, по мнению суда, можно получить достоверные и полные показания.

Важное место при судебном допросе имеет определение правильной формулировки вопросов и последовательность (очередность) их постановки. «Искусство допроса, – как справедливо считает Л. Е. Ароцкер, – во многом зависит от умения суда и участников процесса ставить вопросы»[13].

По форме вопросы, задаваемые допрашиваемому, – краткие, предельно ясные, конкретные, логически последовательные, целенаправленные и обоснованные. Они должны относиться к обстоятельствам, подлежащим выяснению по делу.

В криминалистической литературе все вопросы, которые могут быть заданы допрашиваемому, принято классифицировать по отдельным группам[14]. В зависимости от целевого назначения эти вопросы подразделяются на: а) дополняющие – для восполнения, ликвидации пробелов в показаниях допрашиваемого; б) уточняющие – для конкретизации, уточнения полученных показаний; в) контрольные – для проверки правильности полученных показаний; г) напоминающие – вопросы, задаваемые с целью оживить в памяти допрашиваемого забытые факты, события.

Напоминающие вопросы не идентичны наводящим, формулировка которых подсказывает определенный ответ. В связи с этим допрашиваемому нельзя задавать наводящие вопросы.

В криминалистической литературе правильно отмечается, что при постановке вопросов допрашиваемому «не следует интонационно выделять те или иные их части либо ставить смысловые ударения на отдельных словах»[15]. В противном случае такие вопросы будут содержать элементы внушения, что совершенно недопустимо.

Специфическими формами судебного допроса является перекрестный и шахматный допросы.

Перекрестный допрос в гражданском судопроизводстве – это допрос одного лица по одному и тому же обстоятельству дела, в котором принимают участие (кроме суда) стороны, третьи лица, их представители, прокурор, а также другие лица, участвующие в деле, и эксперты. Перекрестному допросу могут быть подвергнуты лица, участвующие в деле, и эксперты. Используя возможности перекрестного допроса, суд уточняет полученные показания, проверяет их достоверность, более полно и правильно исследует обстоятельства, имеющие значение для дела. Перекрестный допрос является «эффективным средством для выяснения и устранения противоречий и неполноты показаний»[16]. Он требует от суда высокого профессионального мастерства, должен быть проведен тактически грамотно, «в спокойной обстановке и корректно, без нарушений этики допроса»[17].

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] См.: Решетникова И. В., Ярков В. В. Гражданское право и гражданский процесс в современной России. – М., 1999. – С. 177.

[2] Карнеева Л. М., Ордынский С. С., Розенблит С. Я. Тактика допроса на предварительном следствии. – М., 1958. – С. 7.

[3] Дулов А. В. Судебная психология. – Минск, 1970. – С. 234–244.

[4] См.: Белкин А. Р. Теория доказывания. – М., 1999. – С. 362.

[5] См.: Филонов Л. Б., Давыдов В. И. Психологические приемы допроса обвиняемого // Вопросы психологии. –1966. – №6. – Стр. 114.

[6] См.: Ароцкер Л. Е. Тактика и этика судебного допроса. – М., 1969. – С. 45–47.

[7] Порубов Н. И. Научные основы допроса на предварительном следствии: Автореф. докт. дис. – М., 1977. – С. 18.

[8] Лившиц Е. М., Белкин Р. С. Тактика следственных действий. – М., 1997. – С. 102.

[9] Дулов А. В., Нестеренко П. Д. Тактика следственных действий. – М., 1971. – С. 71.

[10] См.: Полстовалов О. В. Совершенствование тактических приемов криминалистики на основе современных достижений психологической науки: Автореф. дисс. … канд. юр. наук. – Уфа, 2000. – С. 17–18.

[11] Криминалистика: Учебник / Под ред. И. Ф. Крылова. – М., 1997. – С. 362.

[12] Митричев С. П. Следственная тактика. – М., 1983. – С. 24.

[13] Ароцкер Л. Е. Тактика и этика судебного допроса. – М., 1969. – С. 52.

[14] Порубов Н. И. Допрос в советском уголовном судопроизводстве. – М., 1980. – С. 170–171.

[15] Криминалистика: Учебник / Под ред. И. Ф. Крылова. – М., 1997. – С. 365.

[16] Соловьев А. Б., Воробьев В. П. О тактике судебного допроса // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 16. – М., 1972. – С. 115.

[17] Ароцкер Л. Е. Тактика и этика судебного допроса. – М., 1969. – С. 23.










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.