Предыдущий | Оглавление | Следующий

ОТ ПЕРЕВОДЧИКА

Переводы включенных в настоящее издание социально-политических трудов Жана Жака Руссо впервые увидели свет в 1969 году в однотомнике, опубликованном под названием «Трактаты» в серии «Литературные памятники»[1]. Тираж в 30 тысяч экземпляров (немалый для небеллетристических произведений) был буквально «сметен» с прилавков магазинов «Академкниги», причем в столице и в крупных городах большинство книг «ушло» по предварительным заявкам. Подумывали в о втором издании...

А между тем сама мысль о публикации новых переводов главных политических (от др. греч. Политика (лекаж.) – искусство управлять государством) сочинений гражданина Женевы, как называл себя сам Руссо, принадлежала академику В.П. Волгину (1879 – 1962) автору многочисленных трудов по истории социалистических и коммунистических идей домарксова периода. Именно Волгин во время одной из встреч с доцентом Одесского университета В. С. Алексеевым-Поповым предложил издать «Трактаты» (название это уже на последней стадии подготовки книги к изданию «придумал» ныне уже покойный ученый секретарь «Литературных памятников» Д. В. Ознобишин. На первой стадии работы В.П. Волгин принял непосредственное участие в определении списка сочинений Руссо для включения в книгу, интересовался тем, как -выполняются переводы. Немалую роль в интенсификации работы сыграла 250-я годовщина со дня рождения Ж. Ж. Руссо и научная конференция, посвященная этой годовщине, проведенная в Одесском университете.

Стало ясно, что все произведения, включаемые в книгу, придется переводить на русский язык заново (а некоторые –

10         Александр Хаютин

впервые). Причина – не только в многочисленных искажениях и даже прямых ошибках, имеющихся в старых переводах[2], но, в первую очередь, как это выяснилось довольно скоро, в необходимости воссоздания на русском языке сложной, далеко не устоявшейся политической терминологии великого женевца. Кроме того, по условиям времени и из-за ограниченности объема «Трактатов» отдельные произведения пришлось издавать в отрывках. Это относится не только к впервые переведенным на русский язык фрагментам незавершенных социально-политических сочинений Руссо («Соображения об образе Правления в Польше» и др.), но также и к представленным к публикации Институтом марксизма-ленинизма при ЦК КПСС выпискам Карла Маркса из «Общественного договора» Ж. Ж. Руссо, относящимся к 1843 году. Большое внимание при переводе было уделено соблюдению стиля эпохи и индивидуальной манеры письма Руссо. Наряду с использованием устоявшихся в русском языке средств выражения и отказом от переводческих неологизмов, такой цели послужило сохранение в переводе использованных Руссо заглавных букв (в написании ряда понятий-терминов, при определении оттенков их употребления – Государство, Правление, Правительство, Власть, Закон, Суверен, Общественный договор и др.) в обращении к Богу (причем в опубликованном тексте удалось отстоять только написания с заглавной буквы обращений к христианскому Богу, но не к богам других религий), а также сохранение курсива, служащего для выделения определенной части текста и выполняющего роль кавычек (например, в названиях упоминаемых Руссо книг и др. произведений.

Непосредственно переводческая работа заняла десять лет (1957 – 1967 гг.). На ее основе мною было проведено исследование и защита кандидатской диссертации на тему: «Общественно-политическая терминология Жана Жака Руссо в свете современной теории термина» (Калинин, 1970), была проведена и определенная текстологическая работа по сравнению различных изданий переведенных текстов.

В основу перевода текстов для «Трактатов» было положено двухтомное издание политических сочинений Руссо, осуществленное на языке оригинала английским исследова-

От переводчика   11

телем Ч. Воганом в канун первой мировой войны, впервые опубликованное в 1915 г. и переизданное почти одновременно с выходом в свет нашего перевода – ср.: J.-J. Rousseau. Political writings, edited from the original manuscripts and the authentic editions with introductions and notes by С. Е. Vaughan. v. I-II, Cambridge, 1915, а также третий том «Собрания сочинений» Руссо в авторитетнейшей серии «Библиотека Плеяды», издаваемой во Франции: J.-J. Rousseau. Oeuvres completes, t. III. Contrat social et ecrits politiques. Paris. «Bibliotheque Pleiade», 1964).

Подлинным «мотором» подоготовки «Трактатов» был, к сожалению уже ушедший из жизни, В.С. Алексеев-Попов. Именно он привлек к работе над будущей книгой приехавшего из Тарту на конференцию, посвященную 250-летию со дня рождения Руссо, замечательного филолога Ю.М. Лотмана, а также Н.А. Полторацкого, Л.В. Борщевского и автора замечательной книги «Путь слова»[3] Л. Я. Борового.

В.С. Алексеев-Попов по мере чтения и критики моих переводов стал подлинным соавтором перевода основных трактатов Руссо, а некоторые фрагменты и наброски в конце концов перевел сам. Ему же принадлежат заслуги подбора иллюстраций, причем интересно отметить, что он был едва ли не последним посетителем библиотеки музея в Архангельском под Москвой (бывшей усадьбы кн. Н. Б. Юсупова), который увидел и сумел запечатлеть в иллюстрациях, помещенных в «Трактатах», представленную там восковую статую Руссо; именно Алексееву-Попову принадлежит большинство комментариев к «Трактатам», причем эти комментарии удостоились высокой оценки специалистов. В целом именно Алексееву-Попову, в первую очередь, принадлежит заслуга представления «Трактатов» во всем многообразии средств литературного выражения мыслей Руссо по-русски. Недаром видный французский ученый, профессор Мишель Лонэ из университета г. Ниццы, в 1968 г. опубликовавший большую статью об идеях и методах изучения политического языка Жана Жака Руссо, на встрече с составителями «Трактатов» на семинаре в Одессе, потребовав прочитать ему по-русски отдельные места из перевода «Рассуждения о неравенстве», с удовлетворением отметил, что он «узнает» текст Руссо в русском переводе. Что еще может быть приятнее для переводчика?..

12         Александр Хаютин

Состав данного сборника был определен конкретными целями и задачами предлагаемой вниманию читателей научной серии. В книгу были включены четыре завершенные работы, в которых Руссо исследует четыре относительно самостоятельные составляющие своего социально-философского учения. Кроме того издатели отошли от использованной в выпущенных в 1969 г. «Трактатах» системы обозначения сносок, несколько упростив ее, т. е. сведя все сноски к подстрочным, и обозначая их звездочками. Это связано с желанием облечить процесс чтения и с тем, что все содержательные постраничные сноски принадлежат самому Руссо. Переводчикам принадлежат лишь сноски, переводящие или поясняющие встречающиеся в тексте термины.

В комментариях к книге приняты следующие сокращенные обозначения:

Избр. соч. – Ж. Ж. Руссо. Избранные сочинения. Составитель И. Е. Верцман, т. IIII. M., 1961.

С. G. – J.-J. Rousseau. Correspondence generate, t. I – XX. Paris, 1924 – 1934.

A. R. – «Annales de la Societe J.-J. Rousseau», 1.1 – LXII. Geneve, 1904 – 1963.

Работы Руссо по вопросам искусства, литературы, истории языка, его художественные произведения и «Исповедь» цитируются по первому из названных выше изданий.

Ссылки на «Эмиля» даются по русскому переводу П. Первова. Москва, 1896; при цитировании внесены некоторые исправления.

При указаниях на сочинения некоторых авторов, особенно часто цитируемых Руссо, помимо общей сноски на книгу и главу указаны и страницы по следующим изданиям:

Г. Гроций. О праве войны и мира. Перевод А. Л. Саккети, под ред. С. Б. Крылова. Три книги. М., 1956.

Т. Гоббс. Избранные произведения. Под ред. В. В. Соколова, т. 1, 2. М., 1965.

Дени Дидро. Собрание сочинений в десяти томах. Под ред. М. К. Луппола. М. – Л., 1939 – 1940.

Д. Локк. Избранные философские произведения. Под ред. А. А. Макаровского, т. I, П. М., Соцэкгиз, 1960.

М. Монтень. Опыты. Подготовили А. С. Бобович, Ф. А. Коган-Бернштейн, Н. Я. Рыкова и А. А. Смирнов, т. IIII. M., 1958 – 1960. Серия «Литературные памятники».

От переводчика   13

Ш. Монтескье. Избранные произведения. М., 1955.

Плутарх. Сравнительные жизнеописания. Подготовили М. Е. Грабарь-Пассек и С. Л. Маркиш, т. I III. M., 1963. Серия «Литературные памятники».

Автор этого предисловия просит всех, у кого могут возникнуть какие-либо вопросы и замечания, связанные с данным изданием трактатов Ж. Ж. Руссо, обращаться в издательство « Канон-пресс-Ц» (111402. Москва. Вешняковская ул. 6 – 3 – 92. Для Хаютина А. Д.).

Александр Хаютин

 

Вольтер и Руссо – почти современники, а какое расстояние делит их! Вольтер еще борется с невежеством за цивилизацию. Руссо клеймит уже позором самую эту искусственную цивилизацию...

А.И. Герцен

 

Жан Жак Руссо «...не дожил до французской революции и был вполне искренен, когда сам лично всегда с ужасом думал о всяком насильственном перевороте, и все-таки его сочинения более, чем какие-либо другие, подготовили эту революцию. Руссо – философ революции. Она была лишь осуществлением его теорий. В этом заключается его культурно-философское значение...

Насколько мало сам Руссо думал о возможности реализовать свои идеалы путем насилия, настолько могущественной оказалась однако революционная сила его сочинений. Его столетие привыкло критиковать существующие во всех областях факты общественной жизни с точки зрения размышляющего разума. Оно привыкло понимать идеал разума как имеющий свое основание в природе вещей. Но никогда еще таким красноречивым образом и в таких величественных чертах, как это сделал Руссо, никто не апеллировал к естественному чувству, помимо разума и рассуждения... Руссо выговорил слово, рвавшееся с языка сотен тысяч людей, и его сочинения зазвучали по всей Европе, как лозунг движения, волны которого вздымались все выше и, наконец, смыли старые порядки. Если Руссо оказал подобное действие скорее, чем остальные (причем большей частью гораздо более крайние) мыслители, то это зависело от той ясной формы, в которой он изложил самую проблему умственной культуры...»

Вильгельм Виндельбанд.

 

(«История Новой философии в ее связи с общей культурой и отдельными науками»).

Я прочитал всего Руссо, все двадцать томов... Я больше, чем восхищался им, – я боготворил его. В 16 лет я носил на шее медальон с его портретом вместо нательного креста. Многие страницы его так близки мне, что мне кажется, что я их написал сам...

Л. Н. Толстой

 

Биография Ж.-Ж. Руссо

 

Жан Жак Руссо родился 28 июня 1712 г. в Женеве, в семье часовщика[4]. Несмотря на то, что будущий философ появился на свет в Швейцарии, он (а вернее, его семья) имел прямое отношение к Франции – предки Руссо были французскими ремесленниками, бежавшими из родной страны, спасаясь от преследований, которым подвергались там гугеноты (кстати сказать, мать Руссо – Сюзанна Бернар – была племянницей протестантского пастора). С другой стороны, тот факт, что будущий великий французский философ родился в Женеве, уже тогда отличавшейся редкой для того времени демократизацией общества, сыграл огромную роль в формировании его последующих социально-философских воззрений. Руссо до конца своих дней гордился тем, что родился как «свободный гражданин Женевской республики», и идеализировал ее, хотя не раз в моменты жесточайших преследований и связанных с ними скитаний мог убедиться (но, как это ни странно, так до конца и не убедился), что существующий в его представлении идеал очень далек от реальности.

С самого детства Жан Жак начал учиться ремеслу, однако это не мешало ему развиваться и в духовном плане, чему, в первую очередь, способствовало чтение, которому мальчик отдавал почти все свободное время. Пока Жан Жак жил с отцом, они часто, ночи напролет, вместе читали современную им художественную литературу. Позже, когда в 1722 году отец покинул Женеву[5], Жан Жак[6], которому в

16         Николай Саркитов

наследство осталась библиотека деда, уже сам выбирал себе книги для чтения. Огромную роль в его дальнейшем интеллектуальном развитии сыграли прочитанные им произведения Бюффона, Фонтенеля, Вольтера, аббата Сен-Пьера. Особенно потрясли юного Руссо «Сравнительные жизнеописания» Плутарха.

Родственники отдали подростка Руссо в ученики. Мелочная опека мастера, принимавшая порой формы настоящей тирании, в конце концов вынудила Жана Жака бежать, что он и сделал в 1928 г. Однажды, скитясь по Франции, Руссо нашел приют у почтенного аббата де Понвера, который решил обратить юного кальвиниста в католицизм. Опеку над Жаном Жаком аббат возложил на молодую еще женщину, баронессу Луизу де Варан, пользовавшуюся особым расположением римского папы.

Руссо отправили с письмом в Турин, в монастырь, где его должны были принять в лоно католической церкви и где он должен был пройти курс обучения в туринской духовной семинарии. Однако жизнь послушника не вызвала у Жана Жака восторга, а пример большинства духовных сановников показал юноше, что в большинстве из них больше лицемерия, чем добродетели. Руссо снова сбежал. Он служил лакеем у графини Версилис, затем чем-то вроде секретаря у аббата Гувона, но вскоре понял, что в далеком Турине он вряд ли найдет себя и решил вернуться в Аннеси к Луизе де Варан[7], у которой он в общей сложности провел

Биографический очерк       17

почти пятнадцать лет, впитав в себя многие положения, муссируемые в провинциальном интеллектуальном кружке своей покровительницы, развивавшем скептицизм XVII в. в том смысле, что все недостатки современного общества проистекают из низменной природы человека, в связи с чем совершенно бессмысленно пытаться изменить характер существующих общественных отношений. Такой взгляд на жизнь и пыталась воспитать (сразу отметим, что безуспешно) в Жане Жаке госпожа де Варан. Жизнь в патриархальной, далекой от бурных политических событий Савойе оказала на дальнейшее интеллектуальное и духовное развитие будущего философа очень большое влияние.

Весной 1740 г. Руссо покидает дом госпожи де Варан и отправляется в Лион, где занимает место гувернера детей начальника судебных установлений Мабли (братьями этого Мабли были знаменитый историк Габриэль Мабли и такой же знаменитый философ Кондильяк, с которым Руссо вскоре и познакомился).

В 1742 году Руссо переезжает в Париж. Начинается первый период его парижской жизни, оказавший решающее влияние на формирование Руссо-философа. Здесь он с жадностью использует все возможности чтобы увидеть и наблюдать поближе в салонах Парижа блистающих здесь Вольтера и Монтескье, Бюффона и Рейналя, Мармонтеля и Мариво, Фонтенеля, Тюрго, Кондорсе.

В июне 1743 г. Руссо на год отправился в Венецию в должности секретаря французского посланника в Венеции графа де Монтегю, который был совершенно негодным дипломатом. Всю работу выполнял Руссо, за что, вместо благодарности, получал лишь выговоры. В августе 1744 г. Руссо разорвал свои отношения с Монтегю и вернулся в Париж.

Первый парижский период в его жизни продолжался. Он познакомился и сблизился с уже тогда невероятно популярным философом Дени Дидро и не менее известным мате-

18         Николай Саркитов

матиком д'Аламбером и был привлечен ими к подготовке знаменитой «Энциклопедии». Но произошло это не сразу. Поначалу Дидро знал Руссо лишь как способного молодого литератора, пишущего на темы, связанные с музыкой, и решил поощрить его, поручив вести отдел музыки. Пока еще Руссо не пробовал своих писательских сил в области социальной критики[8]. Все те мысли, которые позже выстроятся в строгую систему знания, изложенную Руссо в его «Рассуждениях о происхождении и основаниях неравенства между людьми» и «Об общественном договоре...», пока еще не оформились в нечто цельное и ясное. Они еще дремали в сознании Руссо, и должны были рано или поздно обязательно вылиться в нечто оформленное и законченное, написанное на бумаге. И это вскоре произошло. И, как часто бывает в жизни, роль стимула, катализатора философской писательской деятельности Руссо сыграл случай, В 1749 г. Жан Жак отправился навестить содержащегося в заключении недалеко от Парижа Дидро (тот был арестован за опубликование его «Писем о слепых в назидание зрячим»). Чтобы не скучать, Руссо взял с собой один из номеров журнала «Французский Меркурий», в котором он прочел информацию о том, что Дижонская академия объявила конкурс на тему: «Способствовало ли возрождение наук и искусств очищению нравов?» Вопрос, заключенный в названии конкурса буквально потряс Руссо, который впоследствии даже вспоминал об этом моменте как о некоем озарении. На самом деле формулировка темы конкурса оказалась тем стержнем, на который мгновенно и удачно нанизались все те мысли, чувства и наблюдения, накопленные и выстраданные Руссо за все предыдущие годы[9].

В этом же году Руссо написал «Рассуждение на тему о том, способствовало ли возрождение наук и искусств очищению нравов?», предложил его на конкурс и в 1750 г. стал

Биографический очерк       19

победителем этого конкурса. Осенью того же года под контролем самого Дидро это произведение было впервые опубликовано под названием, под которым оно публикуется и в этой нашей книге.

Дебют Руссо имел огромный успех. Книга пользовалась популярностью в кругах читателей всех сословий[10]. К этому времени Руссо уже изменил свое семейное положение, сблизившись в 1745 г. с дочерью бедного чиновника швеей Терезой Левассер, которая одна своим трудом зарабатывала на пропитание всей семье. Руссо считал годы, проведенные с Терезой счастливыми, несмотря на то, что сам он принес этой женщине немало страданий, отказываясь оставлять в семье рождавшихся у них детей. Упорное желание Руссо, написавшего немало замечательных работ по основам новой педагогики, отдавать своих детей в воспитательный дом, до сих пор не нашло адекватного объяснения.

В 1753 г. все та же Дижонская академия объявила новую тему своего конкурса: «О происхождении и основаниях неравенства среди людей». Удивительным было то, что именно эта тема к тому времени уже несколько лет волновала Руссо. Разумеется молодой философ ухватился за эту идею. Как и предвидел Руссо, написанная работа не получи-

20         Николай Саркитов

ла премии, а в Европе нашлось мало людей которые смогли понять ее. И тем не менее, все это не помешало «Рассуждениям о происхождении и основаниях неравенства между людьми», получившим высочайшую оценку друзей Руссо, а особенно Дидро, сыграть огромную роль в развитии радикальной социальной критики XVIII и XIX вв.

К 1753 – 1754 гг. относится также создание весьма важной программной статьи Руссо «О Политической экономии»[11] и уже в этот период начинают проявляться некоторое его несогласие с модными по тем временам убеждениями прогрессивных философов-просветителей. Как и они, Руссо выступал против старого общественного порядка, против феодально-абсолютистского строя, и, в то же время, не верил во всемогущее действие прогресса наук и искусств, выступал против просветительских иллюзий, против убеждений, что научно-технический прогресс (а вместе с ним и рост капитализма) приведут к благоденствию. Руссо все более склонялся к мысли о том, что искусства и науки – источник и спутник роскоши, имущественного неравенства, к которым он относился все хуже и хуже. И чем больше Руссо критиковал все это, тем круче расходились его пути с его другом Дидро и другими просветителями, что в конце концов привело к полному разрыву между ними.

Преследования, обрушившиеся на Руссо после выхода в свет «Эмиля»[12], не улучшили его из без того тяжелого характера. Попытка найти защиту в родной Женеве и в соседних Берне и Певшателе привели лишь к разочарованию в достоинствах швейцарских республик. Руссо принял приглашение Юма и в 1766 г. переехал в Англию, где начал работать над своей знаменитой «Исповедью». Прожив в Англии 5 лет, Руссо поссорился с Юмом и вернулся на континент, где предпочел жить затворником, работая над своими «Письмами с горы» и «Прогулками одинокого мечтателя». Так он и умер, одинокий в зените славы, которой он избегал всю свою жизнь, в маленьком городке Эрменонвилле 2 июля 1778 года.

Николай Саркитов

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] Жан-Жак Руссо. Трактаты. М., «Наука», 1969; в серии «Литературные памятники».

[2] См. об этом: А. Д. Хаютин. Некоторые вопросы нового перевода политических сочинений Ж. Ж. Руссо. – В кн.: Из истории якобинской диктатуры, Одесса, изд. Одесского ун-та, 1962, с. 523 и след.

[3] Боровой Л. Я. Путь слова. М., Сов. писатель. 1974, 900 с., с предисловием Л. Славина.

[4] Только что родившийся Руссо почти сразу же остался сиротой, поскольку его мать умерла вскоре после родов.

[5] Исаак Руссо, отец будущего философа, вступил в конфликт с офицером французской службы и был вынужден уехать из Женевы.

[6] Имя Руссо (с указанием «Женевец») было указано впервые в повторном издании этого «Рассуждения», вышедшем в том же году в Женеве.

[7] Этот и ряд последующих эпизодов в жизни Руссо, дают многим исследователям повод обвинять будущего философа в «вахлебничестве», представляя его чуть ли не альфонсом. Однако Руссо всю свою жизнь работал. И не только служа у кого-то в той или иной должности, но и с огромным упорством работал над собой, изучал науки, был сведущ в искусствах, был прекрасным литератором, музыкантом и композитором и состоялся, в конце концов, как великий представитель философии Просвещения, как один из немногих выдающихся теоретиков «естественного права» и создателей теории «общественного договора», как один из родоначальников сентиментализма и его крупнейший представитель. К людям, критически относившимся к жизни и, соответственно, к учению Руссо принадлежали и принадлежат многие мыслители. Вот как начинает свою главу о Руссо в своей знаменитой «Истории Новой философии...» В. Виндельбанд: «...О большинстве мыслителей французского Просвещения можно сказать, что они были интереснее, как личности, чем как философы. Это справедливо и относительно Вольтера, и относительно Дидро, но в наибольшей степени это справедливо по отношению к Жану Жаку Руссо. Запутанные, отличающиеся друг от друга, как свет и тень, пути его внешней и внутренней жизни известны из «Исповеди», в которой он не мог упустить случая, чтобы не пококетничать своими слабостями, так же как и своими достоинствами.

Тем не менее, побуждаемый неуемным стремлением к образованию, он пробился в жизни удивительными окольными путями. Он убежал из ученья, некоторое время был в услужении у одной богатой дамы, а позднее и у какого-то графа. Затем, избавившись из подобного положения, с удивительной изменчивостью искал себе места в различных областях, пока не нашел, наконец, малозавидное пристанище у некоей покровительницы. Когда позднее Руссо испытывал счастье в Париже, благодаря разносторонним знаниям и блестящим качествам своего ума, он с полным правом вступил в круг образованных людей. В личной жизни он заключил непонятную связь, висевшую камнем на его шее до самой смерти; и в то же время он жил в кругу энциклопедистов и называл Дидро своим другом»...

[8] Но и в дальнейшем Руссо не привлекался Дидро в качестве автора статей социально-философского содержания. Даже статью «Равенство» (1) написал для «Энциклопедии» не он – великий певец Равноправия, – а другой автор.

[9] Скитаясь в юности (причем пешком), после побегов из Женевы и из Турина, затем разыскивая Луизу де Варан, переехавшую из Савойи в Лион, а впоследствии убегая от преследований, которым он подвергался после опубликования «Эмиля», Руссо обошел и объездил практически всю Францию и как никто из его товарищей-энциклопедистов звал подлинную жизнь французского народа, которому Жан Жак безмерно сочувствовал, что и отразилось на всем его учении и стало основой эгалитаристских убеждений философа.

[10] Вопрос, предложенный дижонской Академией для соискания премии, побудил его написать «Discours sur les sciences et les arts», появившийся в 1750 г.; это сочинение одним ударом обосновало его европейскую славу и поставило в ряды наиболее прославленных и читаемых писателей Франции. Его научное образование было недостаточно, его философское мышление поверхностно, его логика очень невыдержана. Однако его стиль был настолько же блестящ и увлекателен, как стиль Вольтера, и он даже превосходил Вольтера манерой писать, чарующей силой вдохновения, пронизывающею все его сочинения. Оттого-то влияние Руссо было громадно; он, пожалуй, больше, чем Вольтер, нашел себе почитателей и приверженцев как во Франции, так и за ее пределами, а молодой литературной Германии он был безусловно симпатичнее Вольтера. Но тот разлад с обществом, на который указывают его сочинения, был личным. При всем одущевлении, пробуждаемом его произведениями, он стоял одиноким. Своеобразие его образа мыслей делало его противником всех партий. К тому же в Руссо, в человеке, наиважнейшим догматом которого была несокрушимая и первоначальная доброта человеческой природы, присоединилась недоверчивость ко всем окружающим, коренящаяся в безмерном тщеславии и дошедшая до ясно выраженных признаков мании преследования. Дикие страсти и печальный опыт довершили остальное, затемнили его ум, и такое настроение характеризуется лучше всего тем, что после того, как Юм взял Руссо с собой в Англию, последний вскоре рассорился с ним там, вообразив, что его доброжелатель в заговоре с его врагами. По возвращении он жил, не вступая ни с кем в общение, в различных местах, куда его приглашали знатные почитатели, и умер одиноким и озлобленным...» (В. Виндельбанд. «История Новой философии...)».

[11] Это единственная социально-критическая статья, написанная Руссо для «Энциклопедии».

[12] Роман «Эмиль, или О воспитании» был опубликован в 1762 г. За год до этого, в 1761 г., вышел в свет роман «Юлия, или Новая Элоиза».










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.