Предыдущий | Оглавление | Следующий

§ 4. Процесс доказывания

Рекомендуемая литература

 

Вместе с тем, закон перечисляет случаи обязательного производства экспертизы (ст. 196 УПК). Требование об обязательном проведении экспертизы означает, что следователь и суд не вправе отказаться от ее производства даже тогда, когда указанные вопросы могут быть выяснены другим путем.

Эксперт дает заключение от своего имени на основании проведенных им исследований в соответствии с его специальными знаниями и несет за данное им заключение личную ответственность. Предмет заключения эксперта определяется прежде всего кругом поставленных перед ним вопросов. Вместе с тем эксперт вправе указывать на установленные им обстоятельства, по поводу которых ему не были заданы вопросы, если он считает, что эти обстоятельства имеют значение для дела (п. 4 ч. 3 ст. 57 УПК). Они также являются предметом заключения.

Доказательственное значение имеют не только выводы эксперта, но и те установленные им факты, которые послужили основанием для этих выводов. Так, например, доказательством являются как обнаруженные в ходе сравнительного исследования двух записок совпадения признаков почерка, так и вывод, что обе они написаны одним и тем же лицом.

Сведения, содержащиеся в заключении, – это первоначальное доказательство, т. к. эксперт получает их в результате непосредственного восприятия и проведенного им самим исследования объектов, направленных на экспертизу. Заключение эксперта – это личное доказательство, поскольку оно исходит от лица, обладающего специальными познаниями. Это доказательство может быть прямым или косвенным, обвинительным или оправдательным.

Оценка заключения эксперта осуществляется по тем же правилам, что и оценка других доказательств, но она имеет и некоторую специфику. Так, не может быть признано допустимым заключение, полученное с нарушением установленного законом порядка назначения и производства экспертизы: если экспертиза проводилась на тех этапах уголовного процесса, на которых ее производство не предусмотрено законом (при подготовке дела к судебному заседанию); если она проводилась лицом, подлежащим отводу (ст. 70 УПК); если эксперт не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (ст. 307 УК РФ); если при назначении экспертизы были нарушены права подозреваемого, обвиняемого и других участников процесса и т. п.

Большую сложность представляет определение достоверности заключения эксперта. Для этого прежде всего необходимо выяснить, соответствует ли задание по производству исследования специальным познаниям эксперта, т.е. является ли он компетентным в соответствующей области. Если заключение дано некомпетентным лицом, оно не может быть признано ни допустимым, ни достоверным.

Говоря о компетенции эксперта, необходимо отметить, что есть целый ряд правовых норм, которые являются таковыми лишь по форме, в то время как их содержание составляют требования не общеправового, а технического характера. Таковы, в частности, нормы, обеспечивающие безопасность движения, эксплуатации промышленных механизмов, производства горных и строительных работ и т.п. Разобраться в этих правилах без специальных знаний подчас бывает невозможно или весьма затруднительно. В подобных случаях перед экспертом можно поставить вопрос о том, нарушались ли специальные нормы, если нарушались, то кем, и т.п. Но констатация экспертом факта и характера таких нарушений должна относиться лишь к отдельным обстоятельствам происшедшего, но не может устанавливать состав преступления в полном объеме.

Для оценки достоверности заключения необходимо выяснить, насколько оно полно, т. е. на все ли вопросы дан ответ, использованы ли экспертом все предоставленные в его распоряжение материалы, достаточно ли их для того, чтобы сделать соответствующие выводы, и т. п. Нужно оценить и методы исследования, примененные экспертом: насколько они научны, соответствуют ли последним достижениям в данной области и т.п. Если эксперт применит новые, еще недостаточно апробированные методы, он должен особо обосновать возможность их использования и подтвердить сделанные выводы результатами исследований с помощью "традиционных" методик.

В случае необходимости могут быть получены показания эксперта – сведения, сообщенные им на допросе, проведенном после получения его заключения, в целях разъяснения или уточнения данного заключения в соответствии с требованиями статей 205 и 282 УПК (ч. 2 ст. 80 УПК).

Если неясность или неполноту заключения не представляется возможным устранить путем такого допроса, а также если возникли новые вопросы в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела, может быть назначена дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручается либо тому же, либо другому эксперту (ч. 1 ст. 207 УПК). В случаях же возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, производство которой всегда поручается другому эксперту (ч. 2 ст. 207 УПК).

Вместе с тем необходимо иметь в виду, что при несогласии с выводами эксперта назначение повторной экспертизы не является обязательным. При решении этого вопроса следует учитывать наличие в деле иных доказательств по обстоятельствам, являющимся предметом экспертизы, а также практическую возможность провести повторную экспертизу, например, при утрате или существенном изменении исследуемых объектов.

Доказательственное значение имеет лишь категорическое заключение эксперта; вероятные выводы, предположения не могут быть положены в основу обвинительного заключения и приговора. Но при этом нужно учитывать, что сами достоверно установленные обстоятельства, послужившие основой для вероятного заключения, могут использоваться в качестве доказательств. Например, эксперт выявил совпадение отдельных признаков почерка в исследованных им записках, однако предоставленных ему материалов оказалось недостаточно для категорического заключения о том, что они написаны одним и тем же лицом, в связи с чем этот вывод был сделан лишь предположительно. В подобных случаях сам вывод доказательственного значения не имеет, но следователь и суд могут ссылаться в обоснование своих решений на достоверно установленные экспертом совпадения признаков почерка.

Вероятные заключения могут использоваться не как доказательства, а как ориентирующая информация при выдвижении версий, определении направлений расследования, планировании следственных действий и т. п.

От вероятных заключений нужно отличать те, в которых содержатся категорические утверждения о совпадении исследуемых объектов по родовым признакам (например, по группе крови). Вывод же об индивидуальном тождестве этих объектов будет лишь вероятным. Но коль скоро сведения о совпадении родовых признаков достоверны, они могут быть использованы в качестве доказательств.

Заключение эксперта не обладает никакими преимуществами по сравнению с другими доказательствами. Оно не является обязательным для суда, прокурора, следователя, дознавателя, однако несогласие их с заключением должно быть мотивировано. Это положение не придает заключению эксперта какого-то особого доказательственного значения, поскольку безмотивно не может быть отвергнуто ни одно доказательство. Вместе с тем заключение эксперта требует к себе особо внимательного отношения, поскольку оно исходит от лица, обладающего специальными познаниями, которых другие участники процесса, как правило, не имеют.

Вещественные доказательства – это любые предметы материального мира, которые служили орудиями преступления или сохранили на себе следы преступления, на которые были направлены преступные действия, а также иные предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела (ч. 1 ст. 81 УПК).

Связь вещественного доказательства с устанавливаемым им обстоятельством может выражаться в том, что эти предметы возникли в результате преступления, или были использованы при его совершении, или сохранили на себе следы преступления, или принадлежали определенному лицу, или были обнаружены в определенном месте и т. п.

Эти доказательства называются вещественными потому, что, в отличие от личных, носителем информации в них является не человек, а предмет, вещь. Вещественные доказательства могут быть прямыми и косвенными, обвинительными и защитительными, первоначальными и производными.

Закон выделяет следующие виды вещественных доказательств.

Во-первых, предметы, которые служили орудиями преступления. Таковыми являются, в частности, пистолет, из которого был произведен выстрел, отмычка, примененная для вскрытия хранилища, транспортные средства, непосредственно использовавшиеся для совершения хищения, и т. п.

Во-вторых, предметы, которые сохранили на себе следы преступления. Эти следы могут быть оставлены не только во время преступления, но и при подготовке к нему, а также при его сокрытии. К этой разновидности вещественных доказательств относятся предметы, на которых имеются следы орудий взлома, пятна крови и т. п. Если эти следы нельзя изъять, изготавливаются их копии, слепки, оттиски и т. п., которые имеют значение производных вещественных доказательств.

В-третьих, предметы, на которые были направлены преступные действия, т. е. индивидуально-определенные вещи, бывшие предметом преступления (например, похищенные деньги, драгоценности, автомашины и т. п.).

В-четвертых, иные предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела. К их числу относятся, в частности, деньги и иные ценности, нажитые преступным путем. Данный вид вещественного доказательства отличается от предыдущего тем, что на эти предметы не было непосредственно направлено преступное посягательство; они были приобретены на деньги, полученные в результате преступления за счет реализации имущества, добытого преступным путем. Для того, чтобы эти предметы могли быть использованы в качестве вещественных доказательств, необходимо достоверно установить, что они нажиты именно преступным путем; всякое иное объяснение происхождения этих денег и иных ценностей (например, получение их в подарок, по наследству и т.п.) должно быть опровергнуто. К числу "иных предметов" могут быть отнесены и вещи, оброненные на месте происшествия преступником; предметы, сохранившие на себе следы его рук, ног, зубов, слюны, крови; так называемые продукты преступной деятельности (например, денежная "кукла", использовавшаяся для совершения мошенничества) и т. п.

Вещественное доказательство имеет свое содержание и свою форму. Содержанием вещественного доказательства являются те следы, свойства, признаки, которые непосредственно запечатлелись на предмете, доступны непосредственному восприятию и могут быть обнаружены путем осмотра. Наличие такой информации уже дает основание считать этот предмет относящимся к делу.

Процессуальная форма вещественного доказательства включает в себя следующие элементы. Во-первых, протокол, в котором зафиксированы обстоятельства обнаружения предмета. Этот предмет может быть найден при производстве следственных действий (осмотра места происшествия, обыска и т. п.) или представлен участниками процесса, что также оформляется протоколом. В последнем случае лицо, представившее предмет, должно быть допрошено об обстоятельствах его обнаружения. Во-вторых, протокол осмотра этого предмета. Результаты осмотра могут быть отражены как в протоколе, в котором зафиксированы обстоятельства обнаружения предмета, так и в отдельном протоколе. Цель осмотра – индивидуализировать предмет, удостовериться в его подлинности и максимально точно отобразить те его свойства, которые являются содержанием вещественного доказательства. Кроме того, этот предмет, по возможности, должен быть сфотографирован. Сказанное полностью распространяется и на осмотр производных вещественных доказательств. В-третьих, постановление судьи, прокурора, следователя, дознавателя либо определение суда о приобщении предмета к делу в качестве вещественного доказательства.

В-четвертых, сам этот предмет.

Уголовно-процессуальных закон устанавливает определенный порядок хранения вещественных доказательств (ст. 82 УПК). По общему правилу, вещественные доказательства должны храниться при уголовном деле до вступления приговора в законную силу либо до истечения срока обжалования постановления или определения о прекращении уголовного дела и передаваться вместе с уголовным делом. В случае, когда спор о праве на имущество, являющееся вещественным доказательством, подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства, вещественные доказательство хранится до вступления в силу решения суда (ч. 1 ст. 82 УПК).

Вместе с тем, закон предусматривает и определенные исключения из общего порядка хранения вещественных доказательств. Во-первых, вещественные доказательства в виде предметов, которые в силу громоздкости или иных причин не могут храниться при уголовном деле, в том числе большие партии товаров, хранение которых затруднено или издержки по обеспечению специальных условий хранения которых соизмеримы с их стоимостью: а) фотографируются или снимаются на видео- или кинопленку, по возможности опечатываются и хранятся в месте, указанном дознавателем или следователем. К материалам уголовного дела приобщается документ о месте нахождения такого вещественного доказательства, а также может быть приобщен образец вещественного доказательства, достаточный для сравнительного исследования; б) возвращаются их законному владельцу, если это возможно без ущерба для доказывания; в) передаются для реализации в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. Средства, вырученные от реализации, зачисляются на депозитный счет органа, принявшего решение об изъятии указанных вещественных доказательств, на срок, предусмотренный ч. 1 ст. 82 УПК. К материалам уголовного дела может быть приобщен образец вещественного доказательства, достаточный для сравнительного исследования.

Во-вторых, вещественные доказательства в виде скоропортящихся товаров и продукции, а также имущества, подвергающегося быстрому моральному старению, хранение которого затруднено или издержки по обеспечению специальных условий хранения которых соизмеримы с их стоимостью, могут быть: а) возвращены их владельцам; б) в случае невозможности возврата переданы для реализации в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. Средства, вырученные от реализации, зачисляются на депозитный счет либо органа, принявшего решение об изъятии вещественных доказательств, либо банка или иной кредитной организации, предусмотренных перечнем, который устанавливается Правительством Российской Федерации, на срок, предусмотренный ч. 1 ст. 82 УПК. К уголовному делу может быть приобщен образец вещественного доказательства, достаточный для сравнительного исследования; в) уничтожены, если скоропортящиеся товары и продукция пришли в негодность. В этом случае составляется протокол в соответствии с требованиями ст. 166 УПК.

В-третьих, вещественные доказательства в виде изъятых из незаконного оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, а также предметов, длительное хранение которых опасно для жизни и здоровья людей или для окружающей среды, после проведения необходимых исследований передаются для их технологической переработки или уничтожаются, о чем составляется протокол в соответствии с требованиями ст. 166 УПК.

В-четвертых, вещественные доказательства в виде денег и иных ценностей, изъятых при производстве следственных действий, после их осмотра и производства других необходимых следственных действий:

а) должны быть сданы на хранение в банк или иную кредитную организацию; б) могут храниться при уголовном деле, если индивидуальные признаки денежных купюр имеют значение для доказывания.

Иные условия хранения, учета и передачи отдельных категорий вещественных доказательств устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В ходе дальнейшего производства вещественные доказательства передаются вместе с уголовным делом, за исключением случаев, предусмотренных ст.82 УПК.

Судьба вещественных доказательств решается при вынесении приговора, а также определения или постановления о прекращении уголовного дела. При этом: 1) орудия преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, или передаются в соответствующие учреждения, или уничтожаются; 2) предметы, запрещенные к обращению, подлежат передаче в соответствующие учреждения или уничтожаются; 3) предметы, не представляющие ценности и не истребованные стороной, подлежат уничтожению, а в случае ходатайства заинтересованных лиц или учреждений могут быть переданы им; 4) деньги и иные ценности, нажитые преступным путем, по приговору суда подлежат обращению в доход государства;

5) документы, являющиеся вещественными доказательствами, остаются при уголовном деле в течение всего срока хранения последнего либо передаются заинтересованным лицам по их ходатайству; 6) остальные предметы передаются законным владельцам, а при неустановлении последних переходят в собственность государства. Споры о принадлежности вещественных доказательств разрешаются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 3 ст. 81 УПК).

Предметы, изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами, должны быть возвращены тем лицам, у которых они были изъяты (ч. 4 ст. 81 УПК).

Проверка и оценка вещественных доказательств осуществляются по общим правилам. Устанавливается происхождение вещи, соблюдение определенного законом порядка при ее обнаружении и процессуальном оформлении, условия ее хранения, подлинность и т. п. Оценивая содержание вещественного доказательства, нужно выявить свойства предмета, определить, не изменились и не утратились ли они в результате небрежного хранения вещественного доказательства, решить вопрос о его относимости и значении для дела и т. п.

Вещественные доказательства не имеют никаких преимуществ перед другими. Не является особым свойством вещественных доказательств их незаменимость, т.к. любое доказательство уникально и в силу этого его утрата может оказаться невосполнимой. Неверно считать, что вещественное доказательство всегда объективно, что это "нелгущий свидетель", поскольку не исключена возможность его фальсификации.

Протоколы следственных действий – это составленные в установленном уголовно-процессуальным законом порядке письменные акты, в которых удостоверяются сведения о фактах и обстоятельствах, установленные при производстве следственных действий. Ход и результаты производства указанных действий в судебном разбирательстве фиксируются в протоколе судебного заседания.

Протокол следственного действия и протокол судебного заседания – личные доказательства, т.к. они составляются и подписываются лицами, воспринимавшими те факты и обстоятельства, сведения о которых зафиксированы в протоколах. Эти сведения могут быть обвинительными и защитительными, прямыми и косвенными доказательствами. Как правило, протокол – это первоначальное доказательство, но он может быть и производным (например, заверенная прокурором, следователем или дознавателем копия протокола в выделенном из основного производства уголовном деле).

Протоколирование – основной способ закрепления информации, полученной при производстве следственных действий. Наряду с ним могут применяться и дополнительные: стенографирование, фотографирование, киносъемка, аудио- и видеозапись. Стенограмма и стенографическая запись, фотографические негативы и снимки, материалы аудио- и видеозаписи хранятся при уголовном деле (ч. 2 ст. 166 УПК). Фотографические негативы и снимки, киноленты, диапозитивы, фонограммы допроса, кассеты видеозаписи, носители компьютерной информации, чертежи, планы, схемы, слепки и оттиски следов, выполненные при производстве следственного действия, рассматриваются как приложения к протоколам (ч. 8 ст. 166 УПК); содержащаяся в них информация приобретает доказательственное значение в совокупности с протоколами.

Оценка протоколов следственных действий и протокола судебного заседания осуществляется по общим правилам. При выяснении допустимости этого доказательства нужно учитывать как требования, предъявляемые к протоколам вообще, так и те, которые касаются протоколов конкретного действия. В случае возникновения сомнений по поводу полноты и правильности фиксации сведений в протоколе возможен допрос в качестве свидетелей лиц, участвовавших в производстве соответствующего следственного действия.

Иные документы допускаются в качестве доказательств, если изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу (ч. 1 ст. 84 УПК). Другими словами, документ – это материальный носитель информации, на котором излагаются или удостоверяются сведения о фактах и обстоятельствах, имеющих значение для дела.

Для изложения в документе таких сведений могут быть использованы различные способы передачи информации и различные материальные объекты, пригодные для этого. Чаще всего документами являются письменные акты: справки, характеристики, ведомости и т. п. Но документы могут содержать сведения, зафиксированные в ином виде. К ним относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в установленном законом порядке (ч. 2 ст. 84 УПК). Таким образом, документы могут быть не только письменными, но и графическими, фонографическими и т. п.

Содержанием документа являются изложенные или удостоверенные в нем сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела.

Документ может исходить как от предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, так и от граждан. К официальным документам предъявляются особые требования: их содержание должно соответствовать компетенции подписавшего его лица, а их форма должна содержать определенные реквизиты (штамп, печать, подпись, дату и номер регистрации и т. п.).

Документ может быть составлен как независимо от производства по делу (свидетельство о рождении, больничный лист и т. п.), так и по требованию следователя и суда (характеристика, справка о судимости и т. п.).

Документы вовлекаются в процесс различными путями. Они могут быть обнаружены при производстве следственных действий, истребованы судом, прокурором, следователем, дознавателем, представлены участниками процесса. Закон не устанавливает порядка приобщения документов к делу. Но такой порядок должен обеспечивать возможность определить, откуда, по чьей инициативе или требованию, кому и когда поступил документ. В частности, если он истребован, к делу приобщается копия этого требования. Если документ был представлен участниками процесса по своей инициативе, должно быть письменное заявление с просьбой принять его и приобщить к делу.

Как видно из сказанного, порядок приобщения к делу документов существенно отличается от порядка, установленного для вещественных доказательств. В связи с этим возникает необходимость четко разграничивать документ как таковой и документ, обладающий признаками вещественного доказательства. Это важно еще и потому, что закон устанавливает условия и сроки хранения вещественных доказательств, меры, принимаемые в отношении них при разрешении уголовного дела (ст. 82 УПК). Применительно к документам такая регламентация отсутствует. Они приобщаются к материалам уголовного дела и хранятся в течение всего срока его хранения. По ходатайству законного владельца изъятые и приобщенные к уголовному делу документы или их копии могут быть переданы ему (ч. 3 ст. 84 УПК).

В ч. 4 ст. 84 УПК говорится, что документы, обладающие признаками, указанными в ч. 1 ст. 81 УПК, признаются вещественными доказательствами. На практике разграничение документа и вещественного доказательства представляет определенную сложность. Для решения этого вопроса нужно учитывать комплекс критериев. Одним из них является способ запечатления информации, имеющей доказательственное значение. В документе соответствующие сведения излагаются, описываются, а на вещественном доказательстве они непосредственно отражаются. Так, накладная – это документ, накладная же со следами подчистки – вещественное доказательство.

Но на основе только этого критерия далеко не всегда возможно точно определить вид доказательства. Например, нельзя отнести к документам дневник обвиняемого, в котором он описывал совершенные преступления. Этот дневник имеет значение не только с точки зрения его содержания, он ценен в первую очередь как материальный объект, поскольку он принадлежит именно обвиняемому, написан его рукой и т. п. А раз это так, то он должен расцениваться как вещественное доказательство.

Для разграничения документа и вещественного доказательства имеют значение и обстоятельства их получения. Так, паспорт обвиняемого является документом, удостоверяющим личность. Если же этот паспорт был обнаружен на месте преступления, он является вещественным доказательством того, что обвиняемый, возможно, был на этом месте.

Документ может быть личным или предметным, обвинительным или защитительным, прямым или косвенным, первоначальным или производным доказательством.

Проверка и оценка документов производится по тем же правилам, что и других доказательств. Однако они имеют некоторую специфику. Так, документ может быть признан допустимым, если известно лицо, от которого он исходит; анонимные заявления не могут служить поводом для возбуждения уголовного дела (ч. 7 ст. 141 УПК), они не имеют и доказательственного значения. Официальный документ, кроме того, должен содержать установленные для него реквизиты. Необходимо учитывать и то, что содержание официального документа должно соответствовать компетенции лица, его подписавшего, а содержание документа, исходящего от частного лица, – его фактической осведомленности.

Определяя подлинность копии документа, нужно сопоставить ее с подлинником. Специфическими способами проверки документов, особенно бухгалтерских, являются встречная и комплексная проверка. При встречной проверке сопоставляются несколько экземпляров одного и того же документа, находящегося в различных организациях. Комплексная проверка заключается в сопоставлении всех обнаруженных документов, в той или иной степени отражающих устанавливаемое событие.

Документы не имеют никаких преимуществ или недостатков по сравнению с другими доказательствами. Не имеет преимуществ и один вид документа перед другим. Так, нельзя априорно считать более веским доказательством официальный документ, а не тот, который исходит от частного лица. Не имеет предустановленной силы и документ, удостоверенный в нотариальном порядке. Достоверность и значение документа могут быть установлены только при их оценке в совокупности с другими доказательствами.

 

§ 4. Процесс доказывания

 

Доказывание в уголовном процессе является разновидностью познания человеком объективно существующей, реальной действительности. Как и познание в целом, доказывание представляет собой диалектическое единство практической и мыслительной деятельности.

Практическая деятельность – это внешняя, видимая сторона доказывания, которая заключается в собирании и проверке доказательств. Эта деятельность урегулирована нормами уголовно-процессуального права и должна осуществляться в строгом соответствии с ними.

Мыслительная, логическая деятельность – это внутренняя сторона доказывания. Она проявляется в оценке доказательств, обосновании вытекающих из них выводов. Эта деятельность в меньшей степени подвержена правовому регулированию, поскольку она в первую очередь подчиняется объективно существующим, не зависящим от воли людей законам мышления, правилам логики. Уголовно-процессуальное право не устанавливает, не изменяет и не отменяет объективных законов мышления, оно не может регулировать мыслительную деятельность по существу, что, однако, не исключает возможности регламентирования этой деятельности по форме. При этом эффективность такой регламентации определяется тем, насколько она отвечает объективным закономерностям.

Уголовно-процессуальное право устанавливает такой порядок доказывания, который побуждает осуществляющих его лиц действовать и мыслить в соответствии с гносеологическими и психологическими закономерностями, направляя тем самым их практическую и мыслительную деятельность по правильному пути. Закон определяет предмет доказывания по уголовному делу, источники, способы и порядок получения сведений о фактах, которые используются в качестве доказательств, принципы их оценки, основания для принятия тех или иных процессуальных решений и т. п. Такая процессуальная регламентация оказывает непосредственное влияние на мыслительную деятельность лиц, осуществляющих доказывание, предостерегая их от возможных ошибок и создавая тем самым необходимые условия для установления истины по каждому уголовному делу.

В процессе доказывания оба вида деятельности (практическая и мыслительная) тесно переплетены, взаимосвязаны, неотделимы друг от друга. Так, получив самые первые сведения о совершенном или готовящемся преступлении, следователь должен выдвинуть все возможные версии, объясняющие сущность исследуемого деяния, и наметить пути их практической проверки. В ходе собирания и проверки доказательств в определенной мере осуществляется и их оценка. Результаты оценки доказательств могут послужить основанием для выдвижения и проверки новых версий. При обосновании выводов по делу доказательства окончательно проверяются и оцениваются.

Поэтому выделить в едином процессе доказывания его отдельные элементы можно лишь условно, абстрагируясь от их тесной взаимосвязи. Причем собирание, проверка и оценка доказательств, обоснование вытекающих из них выводов – это именно элементы доказывания, а не его этапы, поскольку эти виды деятельности не сменяют друг друга, а осуществляются одновременно, параллельно.

Об этапах доказывания можно говорить применительно к производству в отдельных стадиях уголовного процесса. В каждой из этих стадий доказывание имеет свои особенности, которые проявляются, в частности, в выдвижении на первый план тех или иных элементов процесса доказывания. Так, в ходе предварительного расследования преобладают собирание и проверка доказательств, в ходе судебного следствия – проверка доказательств, собранных следователем, а в судебных прениях – оценка доказательств, при постановлении приговора – обоснование выводов. Однако в каждом из этих случаев можно обнаружить и иные элементы процесса доказывания.

Рассмотрим эти элементы более подробно. В ст. 85 УПК говорится, что доказывание состоит в собирании, проверке и оценке доказательств в целях установления обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК, т. е. входящих в предмет доказывания.

Первым элементом процесса доказывания является собирание доказательств, которое осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных законом (ч. 1 ст. 86 УПК). Деятельность по собиранию доказательств имеет сложную структуру. Начинается она с поисков носителей информации: человека, который может быть допрошен в качестве свидетеля, предмета, который может использоваться в качестве вещественного доказательства, документа, удостоверяющего значимые для дела факты и обстоятельства, и т. п.

Установление этих носителей возможно как процессуальным, так и непроцессуальным путем. Так, в ходе допроса свидетеля выясняется, кто еще был очевидцем преступления; предметы, имеющие признаки вещественных доказательств, могут быть обнаружены в ходе осмотра места происшествия, обыска; они могут быть представлены участниками процесса и иными лицами. Но поиски носителей информации осуществляются и непроцессуальными методами, в частности, с помощью оперативно-розыскной деятельности гласного и негласного характера: опроса граждан, наведения справок, исследования предметов и документов и т. п. Однако, в соответствии со ст. 89 УПК, в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам уголовно-процессуальным законом. Это означает, что сведения, полученные с помощью оперативно-розыскных мероприятий, должны быть легализованы, т. е. информация, добытая непроцессуальным путем, должна быть преобразована в процессуальные доказательства. А такое преобразование возможно только путем совершения следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных УПК: допросов, осмотров, обысков и т. п. Если же оперативная информация по своему содержанию такова, что не может быть преобразована в доказательственную (например, результаты оперативного внедрения), она не является основанием для процессуальных выводов.

Полученные сведения должны быть надлежащим образом закреплены, иначе они не могут использоваться в качестве доказательств. Поэтому неотъемлемым элементом деятельности по собиранию доказательств является фиксация полученной информации; только после этого в деле появляются доказательства. Основным способом закрепления сведений о фактах является составление протоколов, а вспомогательными – фотографирование, киносъемка и видеозапись, изготовление слепков и оттисков следов и т. п.

Получение и фиксация информации должны осуществляться только процессуальными средствами при строгом соблюдении требований закона. Так, ч. 2 ст. 86 УПК устанавливает, что подозреваемый, обвиняемый, а также потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители вправе собирать письменные документы и предметы для последующего приобщения их к делу в качестве доказательств. Защитник, в соответствии с ч. 3 ст. 86 УПК, также может собирать информацию путем: 1) получения предметов, документов и иных сведений; 2) опроса лиц с их согласия; 3) истребования справок, характеристик, иных документов органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии. После этого защитник обращается к следователю или в суд для исследования и проверки этой информации и приобщения к делу в качестве доказательств.

Доказательства могут правильно отражать объективную действительность, а могут и искажать ее, т. е. они могут быть достоверными или недостоверными. Поэтому все они подлежат тщательной, всесторонней и объективной проверке, которая осуществляется дознавателем, следователем, прокурором, судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников и получения других доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство (ст. 87 УПК).

Но прежде всего нужно проанализировать каждое доказательство в отдельности с точки зрения полноты, непротиворечивости, логической последовательности изложения сведений и т. п. Это помогает выяснить все возможные обстоятельства, которые могли повлиять на правильное отражение фактов. Если в результате анализа будет установлено, что каких-либо причин, способных повлиять на достоверность фактических данных, не было, или же их действие было нейтрализовано другими факторами, это будет указывать на истинность полученных сведений.

Однако только в результате анализа каждого доказательства в отдельности определить его достоверность невозможно. Поэтому лицо, осуществляющее доказывание, должно прибегнуть к сопоставлению каждого доказательства с другими, имеющимися в деле. Это позволяет выявить совпадения, различия, противоречия содержащихся в них сведений, а также выяснить причины обнаруженных противоречий.

Применение этих методов проверки доказательств может показать, что имеющихся данных недостаточно для того, чтобы признать то или иное доказательство достоверным. В этих случаях возникает необходимость в отыскании новых доказательств, подтверждающих или опровергающих уже имеющиеся. Проверяя доказательства, следует, по возможности, использовать разные источники сведений об одних и тех же фактах (показания свидетелей, потерпевших, обвиняемых, заключения и показания экспертов, вещественные доказательства и др.), поскольку искажение информации в одном источнике возможно, но в системе источников такая вероятность значительно уменьшается или исчезает совсем.

При проверке доказательств следователь и суд должны использовать законы логики. Различают две разновидности логики: формальную и диалектическую. Формальная логика изучает мыслительные акты со стороны их структуры, формы, отвлекаясь от конкретного содержания мысли и выделяя лишь общий способ связи частей этого содержания. Законы и правила логики имеют важнейшее значение как для теории доказательств, так и для практического пользования доказательствами; их соблюдение обеспечивает стройность, последовательность, непротиворечивость мышления, помогает избежать ошибок.

Так, согласно логическому закону тождества в процессе рассуждения каждое понятие, суждение должно употребляться в одном и том же смысле; совершенно недопустима подмена одного термина или высказывания другим. Отсюда вытекает важнейшее требование однозначного использования терминов, понятий в науке, уголовно-процессуальном законодательстве и практике доказывания. Например, при допросе необходимо выяснять точный смысл понятий, которыми пользуется допрашиваемый, и употреблять их в строго определенном смысле.

Логический закон тождества лежит в основе некоторых следственных действий. Так, предъявление для опознания состоит в установлении тождества лица или предмета по их приметам путем предъявления этих лиц или предметов свидетелю, потерпевшему, подозреваемому, обвиняемому. На рассматриваемом законе основываются и некоторые идентификационные экспертизы, при помощи которых устанавливается, например, что данная пуля выстрелена из пистолета, представленного на экспертизу, что письмо, найденное у потерпевшего, написано рукой обвиняемого и т. п.

В соответствии с законом непротиворечия два несовместимых друг с другом суждения не могут быть одновременно истинными; по крайней мере одно из них непременно ложно. Логические противоречия – это противоречия непоследовательного, путаного рассуждения. Наличие противоречий в высказывании, научной теории и т.п. делает их несостоятельными.

Этот закон логики обязательно должен соблюдаться в теории и практике доказывания. Следователь, выдвигая версию, не должен игнорировать противоречащие ей факты. Каждое доказательство в отдельности и все они в совокупности оцениваются с точки зрения их непротиворечивости и взаимной согласованности. Все возникшие противоречия должны быть устранены или объяснены. Следователь и суд должны мотивировать, почему они отвергли те доказательств, которые не соответствуют сделанному ими выводу. В случае несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела приговор подлежит отмене. В основу обвинения не может быть положено признание обвиняемым своей вины, если оно не подтверждено совокупностью других доказательств, имеющихся в деле. Если же возникшие противоречия устранить не удалось, если сомнения относительно виновности лица в совершении преступления не развеяны, они должны толковаться в пользу обвиняемого (ст. 49 Конституции РФ).

Особенно отчетливо закон непротиворечия выступает при наличии алиби: если доказано, что в момент совершения преступления обвиняемый находился в другом месте, то тем самым опровергнуто утверждение, что именно он совершил преступление, поскольку человек в одно и то же время не может находиться в двух различных местах.

Закон исключенного третьего выражает отношение между двумя противоречащими друг другу суждениями: эти суждения не могут быть одновременно истинными или одновременно ложными; одно из них обязательно будет истинным, а другое - ложным. Так, следователь и суд должны решить, является ли информация относящейся к делу либо не относящейся, являются ли сведения допустимыми для использования в качестве доказательства либо недопустимыми, было совершено преступление или не было, доказана виновность обвиняемого в совершении преступления или не доказана, какой приговор должен быть вынесен по делу – обвинительный или оправдательный. На эти вопросы должен быть дан либо положительный, либо отрицательный ответ; какое-либо третье, "среднее", "промежуточное" решение исключается.

Согласно логическому закону достаточного основания, всякое утверждение может быть признано истинным только тогда, когда оно имеет достаточное основание: всякое утверждение должно быть обоснованным. В соответствии с этим уголовно-процессуальное законодательство устанавливает, что уголовное дело может быть возбуждено только в тех случаях, когда имеются достаточные данные, указывающие на признаки преступления (ч. 2 ст. 140); постановление о привлечении в качестве обвиняемого выносится при наличии достаточных доказательств, дающих основание для обвинения лица в совершении преступления (ч. 1 ст. 170 УПК); следователь заканчивает предварительное следствие, если признает, что все следственные действия по уголовному делу произведены, а собранные доказательства достаточны для составления обвинительного заключения (ч. 1 ст. 215 УПК); обвинительный приговор постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств (ч. 4 ст. 302 УПК), и т. п.

Однако формальная логика ограничена, поскольку имеет дело со связями и структурой готовых мыслительных форм, помогает делать правильные выводы из имеющихся посылок. Но она не занимается вопросами о том, как проверить истинность самих посылок, что особенно важно для уголовно-процессуального доказывания. Решить эти вопросы помогает диалектическая логика, которая изучает законы и формы отражения в мышлении происходящих в объективной действительности процессов, закономерности самого познания истины. Диалектическая логика не отрицает логику формальную, а лишь очерчивает ее границы как необходимой, но не исчерпывающей формы логического мышления. Диалектическая логика, в отличие от формальной, – это содержательная логика; ее значение состоит в исследовании того, как выразить в человеческих понятиях движение, развитие, внутренние противоречия явлений, их качественное изменение, переход одного в другое и т. д. Именно пользуясь диалектической логикой, следователь и суд могут отличить истину от ошибки, правду от лжи.

В соответствии со ст. 90 УПК, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки, если эти обстоятельства не вызывают сомнений. Однако такой приговор не может предрешать виновность лиц, не участвовавших ранее в рассматриваемом уголовном деле.

Логическим продолжением проверки доказательств является их оценка. Основное требование, предъявляемое к оценке доказательств, заключается в том, что она осуществляется по внутреннему (личному) убеждению, которое должно основываться на всестороннем и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности, законе и совести.

Внутреннее убеждение при оценке доказательств следует рассматривать в двух аспектах: как метод оценки и как ее результат.

Внутреннее убеждение как метод оценки доказательств характеризуется следующими чертами. Во-первых, лица, оценивающие доказательства, должны руководствоваться своим убеждением, лично оценивать доказательства, а не исходить из той оценки, которую дали доказательствам другие органы и лица. Во-вторых, закон не устанавливает каких-либо формальных правил, влияющих на оценку; никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. В-третьих, оценка доказательств различными участниками процесса, в том числе и вышестоящими должностными лицами и органами, не обязательна для их последующей оценки следователем и судом.

Внутреннее убеждение как результат оценки – это чувство уверенности лиц, осуществляющих доказывание, в достоверности доказательств и правильности сделанных на их основе выводов.

Одним из факторов, оказывающих влияние на формирование внутреннего убеждения следователя и суда, служит оценка доказательств в их совокупности. Только такая оценка дает возможность определить достоверность каждого доказательства и достаточность их для того, чтобы сделать выводы, правильно отражающие объективную реальность.

Другим фактором, влияющим на формирование внутреннего убеждения, являются предписания закона. Нормы уголовно-процессуального права регламентируют формальную сторону оценки доказательств, устанавливая ее общие правила и особенности применительно к отдельным стадиям уголовного процесса.

Для оценки доказательств большое значение имеют и положения уголовного права. Так, нормы Общей части УК определяют понятие преступления, обстоятельства, исключающие преступность деяния, смягчающие и отягчающие ответственность обстоятельства и т. п.; нормы Особенной части содержат описание составов конкретных преступлений.

Наконец, третьим фактором, обусловливающим формирование внутреннего убеждения, является совесть лиц, осуществляющих доказывание. Именно совесть помогает понять сущность изучаемых явлений и дать им единственно правильную оценку. Совесть позволяет дознавателю, следователю, прокурору, суду точно истолковать нормы права и отдельные правовые категории, в частности, те, которые носят оценочный характер: "достаточность доказательств", "существенное нарушение уголовно-процессуального закона", "крупный ущерб", "тяжкие последствия" и т. п. Различное понимание сущности этих категорий, несомненно, влияет на правильность выводов, к которым приходит лицо, осуществляющее доказывание, в результате оценки доказательств. Совесть позволяет предупредить попытки противопоставить требования законности и целесообразности, предвзятое отношение к отдельным доказательствам, обвинительный уклон, помогает применить закон в соответствии с его задачами и принципами.

Содержанием оценки доказательств является определение их относимости, допустимости, достоверности и достаточности всех собранных доказательств в совокупности для разрешения уголовного дела (ч. 1 ст. 88 УПК).

Оценка доказательства с точки зрения его относимости состоит в выявлении связи доказательства с предметом доказывания, его способности устанавливать обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения уголовного дела.

Таким образом, свойство относимости характеризует пригодность доказательства по его содержанию. Критерием для определения относимости доказательства является предмет доказывания. Сведения, устанавливающие наличие или отсутствие обстоятельств, образующих предмет доказывания, должны признаваться относимыми.

Сведения о фактах, имеющих отношение к делу, могут быть использованы в качестве доказательств лишь тогда, когда они получены при строгом соблюдении установленной законом процессуальной формы. Пригодность доказательства с точки зрения его формы характеризуется свойством допустимости. Иными словами, под допустимостью доказательств следует понимать их соответствие требованиям закона относительно субъекта доказывания, а также источника, способа, порядка получения, закрепления и приобщения к делу фактических данных.

В соответствии с ч. 1 ст. 75 УПК, доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, являются недопустимыми, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК. (Необходимо обратить внимание на следующие недостатки законодательной формулировки понятия недопустимых доказательств. Во-первых, допустимость является обязательным свойством доказательств. Поэтому "недопустимых доказательств" быть не может; таковой может быть только информация, не являющаяся доказательством. Во-вторых, недопустимая информация, поскольку она не имеет доказательственного значения, не может быть положена не только в основу обвинения, но и в основу оправдания. В-третьих, недопустимая информация не может использоваться не только для доказывания обстоятельств, указанных в ст. 74 УПК, но и иных обстоятельств, подлежащих установлению по уголовному делу.)

Закон устанавливает жесткие критерии допустимости доказательств. Материалы, полученные с нарушением (хотя бы и неумышленным) процессуальных норм, вне зависимости от их важности для изобличения виновного, лишаются доказательственной силы и выводятся из процесса.

Недопустимыми, в частности, признаются: 1) показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым и обвиняемым в суде; 2) показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности (представляется, что при неуказании источника осведомленности должны признаваться недопустимыми показания не только свидетеля, но и иных лиц: потерпевшего, обвиняемого, подозреваемого); 3) иные доказательства, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона (ч. 2 ст. 75 УПК).

Так, может быть признана допустимой лишь такая информация, которая получена из указанных в ч. 2 ст. 74 УПК источников: показаний свидетеля, потерпевшего, обвиняемого, подозреваемого, заключения и показаний эксперта и т. п. Перечень этих источников является исчерпывающим. Поэтому не могут использоваться в качестве доказательств, например, сведения о поведении служебно-розыскной собаки. Анонимные заявления о преступлении не только не могут служить поводом для возбуждения уголовного дела (ч. 7 ст. 141 УПК), но и быть доказательствами. Результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться в качестве доказательств лишь в том случае, если они отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам уголовно-процессуальным законом (ст. 89 УПК). Не являются доказательством и сведения, которые получены способом, не предусмотренным в УПК (моделирование, реконструкция). Не допустимы в качестве доказательств и данные, полученные хотя и указанным в законе способом, но с нарушением установленного порядка производства процессуальных действий: проведение следственного действия до возбуждения уголовного дела (за исключением осмотра места происшествия, освидетельствования, назначения судебной экспертизы) или неуполномоченным на то лицом; отсутствие понятых при производстве следственных действий, предусмотренных ст. 177, 178, 181–183, ч. 5 ст. 185, ч. 7 ст. 186, ст. 193 и 194 УПК (за исключением случаев, предусмотренных ч.3 ст.170 УПК); предъявление для опознания лица не в группе (ч. 4 ст. 193 УПК) и т.п. Недопустимы и данные, полученные преступным путем: в результате принуждения подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля к даче показаний либо эксперта к даче заключения путем применения угроз, шантажа или иных незаконных действий со стороны следователя или дознавателя (ст. 302 УК РФ). Не являются доказательствами и сведения, не закрепленные в предусмотренных законом процессуальных формах или с нарушением установленных правил (отсутствие подписи участника следственного действия в протоколе и т. п.).

Прокурор, следователь, дознаватель вправе признать информацию недопустимой для использования в качестве доказательства как по ходатайству подозреваемого, обвиняемого, так и по собственной инициативе. Такая информация не должна включаться в обвинительное заключение или в обвинительный акт. Суд также вправе признать информацию недопустимой как по ходатайству сторон, так и по собственной инициативе (ст. 88 УПК).

Каждое доказательство должно быть оценено с точки зрения его достоверности, т. е. соответствия полученных сведений реальной действительности. Установление этого соответствия является целью и проверки доказательств, и их оценки, поскольку, как отмечалось, проверка и оценка доказательств неотделимы друг от друга, в ходе проверки большую роль играют оценочные суждения.

Известную сложность представляет оценка доказательств с точки зрения их достаточности для принятия того или иного процессуального решения. Закон не устанавливает, какие и сколько доказательств должны быть признаны достаточными для формирования вывода о наличии или отсутствии определенных обстоятельств. Решают этот вопрос дознаватель, следователь, прокурор и суд по своему внутреннему убеждению.

С понятием достаточности доказательств связано понятие пределов доказывания, под которыми подразумевается система доказательств, необходимых для вывода о наличии или отсутствии обстоятельств, составляющих предмет доказывания.

Правильное определение пределов доказывания имеет большое значение для установления истины. Необоснованное сужение их приводит к неполноте и односторонности предварительного расследования и судебного разбирательства. Чрезмерное расширение пределов доказывания за счет установления обстоятельств, не имеющих значения для дела либо уже достоверно установленных, загромождает дело излишней информацией, влечет непроизводительную затрату сил и средств, удлиняет сроки производства и т.п.

Как и во всех сферах познавательной деятельности, критерием оценки доказательств в уголовном процессе является практика. В качестве такого критерия не выступает внутреннее убеждение дознавателя, следователя, прокурора и суда, поскольку оно может оказаться как истинным, так и ложным, и, следовательно, его правильность сама нуждается в проверке и оценке.

Практическая проверка выводов в уголовном процессе может осуществляться и в непосредственной, и в опосредованной форме. Так, непосредственными способами практической проверки являются следственные действия, в ходе которых выявляются данные, подтверждающие или опровергающие правильность выводов следователя и суда: следственный (судебный) эксперимент, предъявление для опознания, обыск и т. п.

Однако возможность использования практики в качестве непосредственного критерия оценки результатов уголовно-процессуальной деятельности ограничена, поэтому в данной сфере познания проверка практикой осуществляется, в основном, опосредованным путем. Так, выводы следователя и суда проверяются с помощью законов логики, правильность которых уже проверена и подтверждена практикой. Практика выступает и в виде накопленного следственными и судебными органами и обобщенного криминалистикой опыта расследования и рассмотрения уголовных дел. Большую роль в оценке доказательств имеет и личный опыт следователя и судей, их образование и подготовка, умение использовать различные знания в своей деятельности.

Последним элементом процесса доказывания является обоснование выводов. Специфика доказывания в уголовном процессе состоит в том, что оно не может ограничиваться познанием "для себя"; необходимо, чтобы выводы следователя и суда были очевидными, достоверными "для всех". Поэтому закон устанавливает порядок, согласно которому, во-первых, сведения о фактах, имеющих значение для дела, должны быть надлежащим образом закреплены, документированы, а во-вторых, решения следователя и суда должны быть подкреплены, обоснованы ссылками на доказательства. Таким образом, доказывание в уголовном процессе имеет две стороны: познавательную и удостоверительную.

Обоснованными должны быть выводы и решения следователя и суда как по частным, так и по общим вопросам. Так, следователь обязан обосновать свои решения относительно производства отдельных следственных действий (обыска, выемки и т. п.), избрания меры пресечения, отказа в удовлетворении ходатайств и т. п. Особые требования предъявляются законом к обоснованию важнейших процессуальных решений по общим вопросам производства по делу: о привлечении лица в качестве обвиняемого, обвинительного заключения, постановления о прекращении дела, приговора.

 

Рекомендуемая литература

 

Бедняков Д. И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. М., 1991.

Белкин А. Р. Теория доказывания. М., 1999.

Владимиров Л. Е. Учение об уголовных доказательствах. Тула, 2000.

Горский Г. Ф., Кокорев Л. Д., Элькинд П. С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, 1978.

Громов Н. А., Зайцева С. А. Оценка доказательств в уголовном процессе. М., 2002.

Громов Н. А., Пономаренков В. А. Доказательства и доказывание в уголовном процессе: Учебное пособие. Самара, 1999.

Громов Н. А., Пономаренков В. А., Гущин А. Н., Францифоров Ю. В. Доказательства, доказывание и использование результатов оперативно-розыскной деятельности: Учебное пособие. М., 2001.

Доказывание в уголовном процессе: традиции и современность. М., 2000.

Доля Е.А. Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности. М., 1996.

Зинатуллин З. З. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск, 1993.

Зинатуллин З. З., Егорова Т. З., Зинатуллин Т. З. Уголовно-процессуальное доказывание: Концептуальные основы. Ижевск, 2002.

Карнеева Л. М. Доказательства в советском уголовном процессе. Волгоград, 1988.

Кокорев Л. Д., Кузнецов Н. П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. Воронеж, 1995.

Мельник В. В. Искусство доказывания в состязательном уголовном процессе. М., 2000.

Михеенко М. М. Доказывание в советском уголовном процессе. Киев, 1984.

Орлов Ю. К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. М., 2000.

Соловьев А. Б. Доказывание в досудебных стадиях уголовного процесса. М., 2002.

Спасович В. Д. О теории судебно-уголовных доказательств в связи с судоустройством и судопроизводством. М., 2001.

Теория доказательств в советском уголовном процессе / Отв. ред. Н.В. Жогин. М., 1973.

Шейфер С.А. Доказательства и доказывание по уголовным делам: проблемы теории и правового регулирования. Тольятти, 1998.

Предыдущий | Оглавление | Следующий










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.