Предыдущий | Оглавление

§ 4. Право как инструмент социализации личности

Интерпретация права в аспекте его роли в социализации личности и социальном контроле за отклоняющимся от нормы поведением не получила в советской науке большого распространения. Объясняется это, во-первых, пока еще незначительным развитием социологии в сфере действия права и, во-вторых, отрицательным отношением к попыткам такой постановки вопроса в буржуазной науке. Однако в настоящее время у нас резко активизировалась разработка социологических проблем права, особенно в области советской криминологии. Что же касается антинаучных положений, то они подлежат самой принципиальной критике, вовсе не исключающей интерес советской науки к изучению действия права на уровне поведения отдельных индивидов.

При решении проблем, связанных с преступностью и другими правонарушениями, с наказанием и предотвращением асоциального поведения, потребность в изучении возможностей влияния права и иных социальных факторов на сознание, волю, поступки людей особенно ощутима. Эта потребность становится просто актуальной в социалистическом обществе, где исчезли классовые антагонизмы и ликвидируются такие коренные причины антиобщественных проявлений, как эксплуатация масс, их нужда и нищета, где может быть вполне реально поставлена задача постепенного устранения эксцессов, связанных с конфликтами между отдельным человеком, обремененным асоциальными установками, и обществом, представляющим его общенародным государством.

Известно, что юридическая форма никогда не ограничивается общим закреплением соответствующего общественного строя, она способна настигать любого из субъектов права, особенно, когда возникают конкретные правовые отношения, споры о праве, правонарушения и юридическая ответственность, наказание. Это свойство права сделало суд в эксплуататорском обществе тонким и острым орудием господствующего меньшинства. Но в иных исторических условиях такое свойство правового воздействия (не только принуждения, но и поощрения, стимулирования, обеспечения) превращает юридическую форму, законодательство и правосудие в действенное средство положительного развития человеческой личности, ее воспитания и в орудие подлинного общественного контроля над теми, кто еще не способен сознательно и добровольно следовать правилам социалистического общежития.

О воспитательной роли права в советской литературе говорится часто, но не всегда в достаточной степени конкретно. Между тем это воспитание включает специфическое влияние правовой действительности на формирование членов социалистического общества, на их социальную установку и ценностные

Общая теория права. Явич Л. С. – Л., Изд-во ЛГУ, 1976. С. 281

ориентиры, на отношение человека к другим людям и обществу. Воспитательная роль права, рассматриваемая в конкретно-социологическом плане, и есть по своему существу проблема его роли в социализации человеческой личности. Ведь под социализацией индивида принято именовать процесс, выражающий связь личности и общества, усвоение человеком социальных норм, преобразование общественного опыта в собственные ориентации и ценностные установки[1]. Трактовка права как средства такой социализации никак не исчерпывает его сущности и значения в жизни общества, но является, как мы полагаем, одним из возможных аспектов его исследования.

С позиций марксизма, формирование личности лежит целиком в социальной сфере. Но одновременно с этим система ценностных ориентации личности не только просто социальна, но еще и индивидуальна, человек – неповторимая индивидуальность (генотип и фенотип). Это значит, что социальные факторы, преломляясь в индивидуальных особенностях человека и его жизненного опыта, могут стимулировать одни из его природных склонностей и инстинктов или ставить преграду другим. Наконец, и это особенно важно, человек не может рассматриваться только как некий объект воздействия на него социальных институтов. Личность – активный, деятельный участник общественной жизни и отношений.

Для марксистского понимания социализации человека главное состоит в признании того, что, только участвуя в общественной деятельности, изменяя окружающий мир, человек и сам изменяется, формируется как деятельная личность; «индивиды как физически, так и духовно творят друг друга»[2]. Социальная природа человека такова, что он стремится к коллективным формам жизнедеятельности (если это стремление не извращается или не пресекается строем эксплуатации). Подлинно человеческим является только общественное бытие личности[3]. И если невозможно общество без деятельных индивидов, то сама структура отдельной личности обусловлена в решающей мере структурой общества, которое составляют люди и их отношения.

Общение и вместе с тем обособление человека как личности – диалектически связанные стороны процесса социализации человека.

Социализацию индивида советские ученые понимают как процесс взаимодействия человека и социальной среды, процесс включения человека в общественно полезную деятельность, как процесс созидания индивидом условий своего существования и развития, одновременно – усвоения человеком под влиянием различных социальных факторов определенных эталонов мыш-

Общая теория права. Явич Л. С. – Л., Изд-во ЛГУ, 1976. С. 282

ления и действий, выработанных обществом, классом, данной социальной общностью и группой (микросредой).

Такое понимание социализации личности не имеет ничего общего с буржуазными концепциями социализации человека» предполагающими полное интегрирование человеческого индивида в господствующую систему общества, подчинение человека и подавление его инициативы, гарантирующее от его подрывных деяний. Помимо всего прочего, буржуазные концепции социализации исходят из антагонизма между личностью и обществом,, из того, что последнее противостоит биологической природе человека и подавляет его инстинкты насилием или угрозой. Э. Хаан справедливо замечает, что подобный подход отражает положение личности в условиях господства государственно-монополистического капитализма, безжалостно подавляющего человеческую личность[4].

Признавая возможность рассмотрения права в аспекте его роли в социальном контроле над отклоняющимся поведением, в то же время нельзя согласиться с буржуазной трактовкой такого контроля. Коль скоро проблема социализации личности и трактовки права как инструмента социального контроля едина,, то нельзя обойти молчанием широко распространенную на Западе концепцию социального контроля над отклоняющимся поведением, выдвинутую Т. Парсонсом.

Парсоновская концепция предполагает возможность социального подавления внутренних импульсов, в результате чего личность адаптируется к существующей ситуации и проявляет конформное поведение. Конформизм объявляется тем благом, в результате которого обеспечивается выживание человека и общества. Идеи Т. Парсонса, насколько можно о них судить по известным у нас в стране работам, сводятся к трем постулатам. Прежде всего – принцип сохранения, выживания и стабилизации как главный для существования общества. Далее – положение о том, что первостепенное значение для поведения индивида имеют общепризнанные символы достижения успеха, образующие целую иерархию типичных моделей поведения. В-третьих,, это утверждение, что среди отмеченной иерархии моделей существует стабильное ядро в виде институционализированных масштабов, определяющих ролевые функции субъектов и сильно подкрепленных групповым (решающим!) давлением[5].

В концепции Т. Парсонса любое из отмеченных положений сомнительно и с позиций исторического материализма вызывает самые резкие возражения (за исключением, быть может, самого стремления выяснить механизм превращения социальных норм в собственную установку личности). Начать с того, что принцип

Общая теория права. Явич Л. С. – Л., Изд-во ЛГУ, 1976. С. 283

сохранения не является для общества единственно актуальным, не менее решающее значение имеет принцип, который не является характерным для живой природы, но непременно должен выполняться при социальной форме движения материи,— речь идет о принципе историзма, развития, совершенствования общества на основе роста его производительных сил и прогрессивной смены способов производства и о принципе, выражающем стремление человека реализовать себя, наложить отпечаток на окружающую действительность, об органически связанном с самой природой человека стремлении к творческой активности. К тому же нельзя даже в самом общем социологическом аспекте отвлечься от того, что в течение многих и многих веков классовая борьба и классовые конфликты являлись самой существенной чертой человеческой истории.

Т. Парсонс стремится к надклассовой трактовке как отклоняющегося поведения, так и социального контроля (в том числе и права) в классово дифференцированном обществе, что уже само по себе несостоятельно. Более того, по Т. Парсонсу, стандартом поведения оказывается не сама социальная норма (скажем, закон государства), а норма и степень допустимого от нее отклонения, не нарушающего равновесия в той или иной социальной группе. Выходит, что не столько- право, сколько его интерпретация малой социальной группой является для личности решающим эталоном поведения. Мы не знаем экспериментов, подтверждающих подобное утверждение. Не отрицая значения малых групп в преобразовании общезначимых социальных норм в некоторые локально воспринимаемые требования и в формировании личности, ее социальных установок, нельзя и абсолютизировать их роль, а тем более противопоставлять структуре данного общества, в рамках которого существуют эти группы и особенностями которого они определяются. Классовую дифференциацию современного общества не следует подменять стратами, вернее давать анализ структуры современных классов.

Соблюдение законов, по мысли Т. Парсонса, является высшим проявлением конформизма индивида, а само право является лишь каналом, снимающим ситуацию социального напряжения, и средством утверждения солидарности личности и общества, средством «смягчения социальных конфликтов»[6]. Конечно, социализация личности продолжается так или иначе всю жизнь[7], но из этого вовсе не следует, что конформизм личности является решающим фактором общественного порядка в любом обществе и всегда обеспечивает высокий уровень социальной организации. Организованность и сознание общественного долга, с одной стороны, и творческая самостоятельность личности, ее активная дея-

Общая теория права. Явич Л. С. – Л., Изд-во ЛГУ, 1976. С. 284

тельность, с другой стороны, оказываются в непримиримом противоречии лишь в досоциалистических формациях, да и то главным образом, когда идет речь об индивидах, принадлежащих к эксплуатируемым массам.

Отвергая идеи, лежащие в основе парсоновской концепции, марксистская общая теория права способна сконструировать свою собственную идею социального контроля над поведением индивида, основанную на историческом материализме, признании классовой направленности права и проникнутую подлинным гуманизмом, исключающим признание необходимости навязывать личности пассивность и абсолютный конформизм.

При этом советская наука исходит прежде всего из того, что социализаторскую роль права нельзя сводить только к социальному контролю, а последний – к воздействию на нарушителя. Социализаторская роль права проявляется в первую очередь в обеспечении общих благоприятных общественных условий для развития человека и в юридическом гарантировании субъектам права меры возможного поведения, свободы выбора и действий, участия в творческом изменении условий жизни и получения соответствующей доли необходимых социальных благ.

Что касается социального контроля при наступлении юридической ответственности и наказании, то он выполняет двоякую роль: а) охраняет систему общественных отношений, соответствующих потребностям производства материальных и духовных ценностей, распределения и обмена, создавая общие условия для развития личности и поддержания общественности; б) восстанавливает право (поддерживает правопорядок), обеспечивает выполнение юридических обязанностей, оказывает превентивное воздействие на лиц, склонных к асоциальным поступкам.

Способность права принимать участие в социализации личности, в создании условий для ее развития, в охране возможностей и интересов членов общества тысячелетиями использовалась главным образом имущими классами, тем не менее подобное свойство права как таковое надо считать одним из значительных культурных завоеваний цивилизованного общества и размах социализаторской функции права, ее соответствие прогрессивной линии общественного развития можно полагать важным показателем социальной ценности той или иной правовой системы. Социализаторская роль права пробивала себе дорогу даже в условиях классово-антагонистических формаций при свойственных им острейших социальных конфликтах и противоположных интересах, но только при социализме создаются объективные условия для наилучшего выполнения правом этой задачи. Последнее обусловлено не только новой сущностью социалистического права, но и той обстановкой, в которой оно действует,— нельзя забывать, что человек формируется в первую очередь под воздействием господствующих фактических отношений, а не под влиянием права, морали и т.п.

Общая теория права. Явич Л. С. – Л., Изд-во ЛГУ, 1976. С. 285

Особое значение социализаторской роли права при социализме обусловлено тем, что без духовной зрелости людей коммунизм невозможен, как невозможен он без соответствующей материально-технической базы[8]. Вместе с этим именно с социализма начинают образовываться фактические отношения, благотворно влияющие на поведение людей в смысле устранения причин антиобщественных проявлений.

Ф. Энгельс писал, что создавая коммунизм, «мы уничтожаем антагонизм между отдельным человеком и всеми остальными, мы противопоставляем социальной войне социальный мир, мы подрубаем самый корень преступления»[9].

Только такой путь исключения из жизни общества преступности и других антиобщественных проявлений является реальным. Не только реальным, но и подлинно гуманным, соответствующим действительной социальной природе человека.

Нельзя забывать того, что свободное развитие каждого человека является непременным условием свободного развития всего общества, что искусственное подавление потенциальных возможностей личности приводит к подавлению прогрессивных творческих возможностей всей социальной общности. Более ста лет назад К. Маркс и Ф. Энгельс писали о грядущем коммунизме: «На место старого буржуазного общества с его классами и классовыми противоположностями приходит ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием свободного развития всех»[10]. Коммунисты верят, что в таком обществе не будет преступности, антиобщественные проявления будут редчайшими и легко устранимыми эксцессами, соблюдение основных правил всякого человеческого общежития станет привычкой каждого члена общества[11]. Но произойдет это не вследствие подавления человеческой личности, а на основе ее подлинного расцвета в социальных условиях подлинного равенства и справедливости.

Предыдущий | Оглавление



[1] Спиридонов Л. И. Социализация индивида как функция общества.— «Человек и общество».— Учен. зап. Ленингр. ун-та, 1971, вып. IX, с. 9 и сл.

[2] Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т 3, с. 36.

[3] См.: Маркс К. и Энгельс Ф. Из ранних произведений, с. 589.

[4] Xаан Э. Исторический материализм и марксистская социология. М.,1971, с. 105.

[5] См.: Parsons Т. Essays in Sociological Theory. N. Y.— L. 1965.

[6] Ом.: Parsons Т. The Law and the Social Control,—In: Law and Sociology. Qlencoe, 1962. Подр. критику см.: Право и социология, гл. XI.

[7] Шибутани Т. Социальная психология. М., 1969.

[8] См.: Материалы XXIV съезда КПСС, с. 83.

[9] Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 2, с. 537.

[10] Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 4, с. 447.

[11] См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч., т. 33, с. 102.










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.