Предыдущий | Оглавление | Следующий

Раздел одиннадцатый. ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

Глава 39. ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ: ПОНЯТИЕ, ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ

1. Правоприменительная деятельность как часть техники юриспруденции.

2. Юридическое познание. Его особенности при применении права.

3. Принцип объективной истины.

4. Юридическое дело.

5. Основные стадии применения права.

 

1. Правоприменительная деятельность как часть техники юриспруденции.

Применение права отличается сложностью, многоаспектностью.

Главное и определяющее в применении права – социально-политический аспект, характеризующий его в качестве важнейшего компонента правового регулирования (1.19.1.). Применение права, рассматриваемое с социально-политической стороны, конкретизированно, по отношению к данному случаю дополняет властность юридических норм своей властностью, обеспечивает реализацию норм права, доведение ее до конца, активно гарантирует, продолжает и завершает в индивидуально-правовом, поднормативном порядке регулирование соответствующих отношений[1].

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.317

На основании социально-политической характеристики раскрывается и другая сторона применения права – его организационный, технико-юридический аспект. С этой стороны применение права выступает в виде правоприменительной деятельности.

Правоприменительная деятельность представляет собой систему разнородных действий основного и вспомогательного характера, имеющих творческое, организующее содержание. По своей сути Правоприменительная деятельность состоит в разработке и фактическом осуществлении организационных мер, направленных на то, чтобы обеспечить претворение предписаний правовых норм в жизнь. Правоприменительный орган, распространяя юридические нормы на тот или другой конкретный жизненный случай, решает юридическое дело, принимает необходимые организационные меры по практической реализации норм права.

В соответствии с этим применение права представляет собой деятельность, осуществляемую в специальных, законом установленных формах (1.19.7.). В условиях режима социалистической законности применение права облекается в процедурно-процессуальные формы, которые обеспечивают достижение истины при реализации юридических норм, охрану прав заинтересованных лиц, защиту от возможных правонарушений[2].

Значение специально-юридического, технико-юридического аспекта применения права обусловлено тем, что здесь оно выступает в виде такой деятельности, которая относится к технике юриспруденции и потому самым непосредственным образом связана с практической работой юристов. Именно в этой плоскости в специальных юридических науках и в общей теории права сложился комплекс специальных вопросов применения права (о юридическом познании, доказывании, порядке вынесения решения и др.), которые и определяют содержание данного раздела курса.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.318

Рассматривая правоприменительную деятельность как часть техники юриспруденции, нельзя вместе с тем упускать главное и определяющее в применении права – его социально-политический аспект. Отсюда – качественное различие правоприменительной деятельности в эксплуататорском и социалистическом обществах.

В социалистическом обществе правоприменительные органы, осуществляя управленческие, социально-политические функции, выполняют также профилактические, воспитательные задачи. Хотя осуществление такого рода задач и выходит за рамки чисто правоприменительных операций, профилактическая, воспитательная деятельность компетентных органов накладывает отпечаток и на действия по применению юридических норм (например, в предмет доказывания входят существенные обстоятельства, выяснение которых вызывается необходимостью решения профилактических, воспитательных задач)[3].

Содержание правоприменительной деятельности так же, как и содержание права, может быть рассмотрено под углом зрения его интеллектуально-волевых характеристик.

Интеллектуальная сторона содержания правоприменительной деятельности состоит в том, что в процессе ее происходит отражение фактов объективной действительности и, следовательно, их познание. Последнее включает установление фактических обстоятельств дела, а также уяснение путем толкования содержания правовых предписаний, применяемых к данным обстоятельствам.

Волевая сторона содержания правоприменительной деятельности состоит в самом государственно-властном решении юридического дела. Наиболее ярко и выпукло она выражается в решениях, направленных на индивидуальное поднормативное регулирование общественных отношений (например, в приговорах по уголовным делам, содержащих конкретную меру наказания за совершенное преступление).

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.319

Обе стороны интеллектуально-волевого содержания правоприменительной деятельности взаимосвязаны. Познание фактов действительности дает необходимую информацию для принимаемого решения, которое всегда опирается на данные, полученные в результате познания фактов.

2. Юридическое познание. Его особенности при применении права.

Юридическое познание при применении права относится к специальному, т.е. такому, которое осуществляется в рамках практической деятельности и для нее (11.38.4.).

Юридическое познание не ставит своей целью выяснение закономерностей данных явлений, их социально-политической, экономической сущности; в то же время оно не является стихийно-случайным (бытовым), а имеет направленный характер, нацелено на изучение данных фактов, обстоятельств в связи с практическими задачами – применением юридических норм. Таким образом, юридическое познание имеет локальный предмет и сравнительно ограниченные задачи. Кроме того, этот вид познания (прежде всего судебное) характеризуется особыми способами, приемами, формами установления фактов, которые в той или иной мере получают регламентацию в законодательстве.

В социалистическом обществе, не будучи теоретическим (в строгом смысле слова), юридическое познание опирается на данные науки. Руководящее значение здесь, как и вообще в познании объективной действительности, имеет диалектический метод, марксистско-ленинская теория отражения. Использование диалектического метода обеспечивает уяснение содержания юридических норм, .исследование и оценку всех полученных фактических данных в их взаимной связи, выделение случайного и необходимого, разграничение существенных и формальных моментов и т.д.

Юридическое познание складывается из двух главных разновидностей: во-первых, из познания правовых предписаний, образующих юридическую основу применения (толкования -11.38. 1-4), и, во-вторых, из познания фактических обстоятельств дела. В своей совокупности они образуют один из общих, сквозных элементов применения права – интеллектуальную сторону его содержания.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.320

Юридическое познание может быть: а) непосредственным и б) опосредствованным[4].

Непосредственное познание (когда чувственно воспринимаемый объект является предметом прямого познания) в области применения права, в особенности в судебной деятельности, имеет узкое значение. Сюда может быть отнесено, например, установление факта противоправного деяния при наложении административным органом санкции на месте правонарушения, а в судебной деятельности – восприятие судом в процессуальных формах юридических фактов, которые продолжают существовать и в момент рассмотрения данного юридического дела и которые непосредственно познаются судом (например, непосредственное установление судом характера изолированности спорной комнаты, ее положения как проходной).

Определяющая роль в юридическом познании принадлежит опосредствованной деятельности. Так, при установлении фактических обстоятельств дела воспроизведение действительности происходит при помощи других фактических данных-доказательств. И это вполне понятно. Обстоятельства дела, устанавливаемые правоприменительными органами, относятся по большей части к прошлому. Они, как правило, могут быть воспроизведены при помощи определенной информации – отпечатков, следов, оставленных на вещах, и т.д. Опосредствованный характер имеет и юридическое познание правовых норм – толкование: оно осуществляется через словесно-документальную форму, форму юридического выражения воли законодателя (о доказывании см. 11.40.2.).

3. Принцип объективной истины.

Это – выраженное в социалистическом праве требование, согласно которому решение правоприменительного органа должно полно и точно соответствовать объективной действительности.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.321

Надлежащее (правильное) применение юридических норм обеспечивается тогда, когда юридическое познание осуществляется в строгом соответствии с принципом объективной истины. Непосредственным выражением этого принципа в социалистическом обществе является обязанность правоприменительных органов (судов, следственных органов, арбитража и др.) принять все необходимые и доступные меры для всестороннего, полного и объективного установления всех обстоятельств дела, прав и обязанностей субъектов, правового значения фактов.

Принцип объективной истины – общий принцип юридического познания. Не только судебные органы по уголовным и гражданским делам, но и все органы, деятельность которых связана с применением права, должны руководствоваться принципом объективной истины в качестве ближайшей цели разрешения юридических дел.

В социалистическом обществе принцип объективной истины, будучи юридическим принципом, с философской стороны обосновывается марксистско-ленинской теорией познания (отражения), в частности философскими положениями о познаваемости мира, о достоверности человеческих знаний, об их объективном характере, независимости ни от человека, ни от человечества. Понятие истины в юридических делах в полной мере соответствует такому общему философскому понятию объективной истины. Она понимается как правильное отражение в нашем сознании обстоятельств дела, включая их юридическое значение. С этой точки зрения вполне целесообразно применение для характеристики истины в юридических делах философского термина "объективная истина"[5].

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.322

Предметом истинных суждений при применении юридических норм являются все факты объективной действительности, связанные с юридическим делом. Понятие же объективной действительности охватывает не только сами по себе голые факты, но и их социально-правовое значение (в том числе общественную опасность противоправных деяний)[6]. К фактам объективной действительности относятся также самое право, права и обязанности субъектов[7]. Словом, предметом истинных суждений при применении права является все то объективное в наших знаниях, которое составляет интеллектуальную сторону содержания правоприменительной деятельности[8].

Вместе с тем в предмет объективной истины не входит волевая сторона содержания правоприменительной деятельности. Государственно-волевое решение право-применительного органа основывается на истинных суждениях о фактах объективной действительности, но само по себе оно выражает творчески-организующие (и, следовательно, субъективные) моменты применения права. Это относится, в частности, к волевой стороне решений, направленных на индивидуальное регулирование общественных отношений (например, при определении меры наказания по уголовным делам)[9].

Истина в юридическом деле должна быть полной, точной, действительной, т.е. объективной истиной в са-

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.323

мом строгом, философском значении этого слова; знания правоприменительного органа об обстоятельствах дела должны полно и точно соответствовать реальным фактам объективной действительности в их правовом значении[10].

Вместе с тем следует учитывать два существенных обстоятельства.

Во-первых, в соответствии с особенностями познания, осуществляемого в процессе применения права, объективная истина в юридическом деле носит ограниченный по предмету и содержанию характер. В отличие от теоретического познания здесь не ставится задача выявить все свойства, связи и опосредования фактов, установить объективные закономерности явлений, их социально-политическую, экономическую сущность. В литературе правильно обращено внимание на то, что истина в судебном исследовании с точки зрения содержания устанавливаемых в ней явлений имеет строго определенные, очерченные законом рамки и не является безграничной и всеобъемлющей[11].

Кроме того, известная ограниченность содержания объективной истины в области права обусловлена действием всей совокупности свойственных данной правовой системе принципов, правовых начал (например, действительный гуманизм социалистического права не допускает использования во имя истины таких средств, как пытка). В некоторых же областях права (в частности, гражданском процессуальном) в соответствии с принципом допустимости доказательств может случиться так, что действительный факт отвергается судом в связи с отсутствием доказательств определенного вида (например, письменных доказательств, удостоверивших факт заключения договора). И хотя в конечном счете, в правосудном, правоприменительком процессе в целом принцип объективной истины торжествует[12], в данном кон-

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.324

кретном случае перед нами все же определенное отступление от рассматриваемого принципа[13].

Во-вторых, в отдельных случаях возможны отступления от принципа объективной истины в силу определенных внешних и субъективных причин. Решающее здесь- социально-политический строй, характер и строгость требований законности.

Так, в эксплуататорских обществах судебные и другие правоприменительные органы во имя классовых интересов далеко не всегда стремятся доказать объективную истину по делу. В социалистическом обществе принцип объективной истины – основополагающее начало правоприменительной деятельности, выражающее гуманные основы социалистического строя, требования строжайшей социалистической законности.

Но даже в условиях строгой законности возможны случаи, когда отдельные работники правоприменительных органов могут проявить ненадлежащую тщательность при решении юридических дел. Порой отрицательно сказывается на результатах юридической работы то, что в отдельных областях применения права (например, в области административного процесса) еще нет достаточно четкой правовой регламентации, направленной на обеспечение принципа объективной истины. Все это может привести к ошибкам при решении юридических дел, к тому, что объективная истина не будет достигнута.

С учетом этого в советском законодательстве предусматриваются процессуальные гарантии, которые обеспечивают достижение в конечном счете объективной истины по каждому юридическому делу и которые, будучи

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.325

воплощены в деятельности суда, в значительной степени и объясняют особенности процессуальной формы, необходимость ее обособления от иных юридических процедур. К таким гарантиям относятся, в частности, установление строгой юридической обязанности правоприменительных органов принимать все необходимые меры для всестороннего, полного и объективного выяснения всех обстоятельств дела; уголовная ответственность свидетелей за заведомо ложные показания, экспертов – за заведомо ложные заключения и т.д.; институты обжалования и опротестования решений правоприменительных органов, а также пересмотра решений по вновь открывшимся обстоятельствам. В советском законодательстве предусмотрен порядок отвода судей, прокурора и некоторых других участников процесса, если они лично заинтересованы в решении дела.

В литературе, посвященной процессуальному праву, идет спор о природе объективной истины, устанавливаемой по юридическим делам. В самом деле, какова эта истина, если рассматривать ее с позиций общефилософского учения об абсолютной и относительной истинах. Абсолютная? Относительная?

Мнения ученых разделились (многие авторы считают истину в юридических делах абсолютной, но есть и такие авторы, которые склонны считать ее относительной). И это обстоятельство само по себе вынуждает задуматься над тем, не справедливо ли мнение ученых, полагающих, что категории "абсолютная истина" и "относительная истина" неприменимы к истине, устанавливаемой правоприменительными органами (судом).

В самом деле, познание, осуществляемое в процессе правоприменительной деятельности, относится к специальному познанию, имеющему строго определенные, сравнительно ограниченные практические задачи. Категории, же "абсолютная истина" и "относительная истина" выработаны применительно к теоретическому познанию. Они призваны отразить глубину познания объективной действительности, степень проникновения в закономерности явлений на данном этапе развития науки. Причем абсолютная истина – это истина, которая дает всестороннее, исчерпывающее знание окружающего нас мира "сразу, целиком, безусловно, абсолютно"[14].

Авторы, решающие рассматриваемый вопрос по принципу "или-или" (или абсолютная истина, или относительная истина), упускают из поля зрения помимо всего прочего те практические выводы, которые вытекают из отстаиваемых ими концепций. Если признавать истину в юридических делах абсолютной, то это не только противоречит ее характеру ("самая простая истина, самым простым, индуктивным путем полученная, всегда неполна, ибо опыт всегда незакончен"[15]), но и лишает какого-либо смысла

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.326

существование системы обжалования и опротестования юрисдикционных решений, требует от них того, чего они не могут дать да и не должны давать. Вместе с тем если считать истину в юридических делах относительной, то это явно подрывает авторитет юрисдикционных решений, дает основания предположить, что истина в юридических делах может быть неточной, приблизительной.

Видимо, если признать правомерной постановку вопроса об абсолютной и относительной истинах применительно к юридическим делам, то наиболее приемлем вывод, согласно которому истина по юридическим делам представляет собой диалектическое единство абсолютной и относительной истин[16]. Но такого рода вывод, по существу, снимает поставленную выше проблему (не говоря уже о том, что и здесь не учитывается своеобразие познания, осуществляемого в ходе применения права). Как писал Н.Г. Александров, при применении норм права речь идет не о решении философского вопроса о полной познаваемости мира, не о соотношении абсолютной и относительной истин в таком познании, а об объективной истине конкретного жизненного факта, который может и должен быть установлен именно с объективой достоверностью[17].

Есть еще один вариант использования категории "абсолютная истина" для характеристики юридического познания. Это вариант – признать, что самое понятие "абсолютная истина" имеет два значения: оно может пониматься не только в смысле философском, но и в смысле знания применительно к какому-либо фрагменту действительности, в смысле истины-факта[18]. Но и такой подход снимает указанную выше проблему, ибо абсолютная истина – факт в указанном втором значении есть не что иное, как знание, объективно верно отражающее факты действительности. И ничего больше. Стало быть, и здесь устраняется сама постановка вопроса о соотношении абсолютной и относительной истин, вопроса, который и вызвал к жизни понятие абсолютной истины.

Следует думать, что спор о природе истины в юридических делах имеет в значительной степени искусственный характер. Философские категории, выработанные в отношении теоретического познания, не всегда можно непосредственно распространять на частные случаи человеческой деятельности. С этой точки зрения, как отмечено в литературе, применение категорий абсолютной и относительной истин к результатам судебного познания, как и к частным результатам любого рода познания вообще, не оправдано[19].

С практической же стороны существенное значение имеет обоснование того, что истина по юридическим делам объективна,

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.327

что она правильно, объективно верно отражает действительность, т.е. является полной и действительной истиной по делу[20].

Прав Ю.К. Осипов в том, что в вопросе о характере истины в судебном процессе практически важно не то, является ли она абсолютной или относительной (такая постановка вопроса в данном случае практически вряд ли уместна), а то, что она является объективной истиной, т.е. представляет собой соответствие выводов суда, содержащихся в приговоре или решении, действительности[21].

4. Юридическое дело.

Для характеристики правоприменительной деятельности в отношении конкретного фрагмента действительности на практике и в советском законодательстве выработано особое понятие юридическое дело.

В соответствии с этим правоприменительная деятельность рассматривается обычно в качестве ведения юридического дела (производства по делу).

Юридическое дело – это жизненный случай, в отношении которого осуществляются правоприменительные действия, т.е. жизненная ситуация, которая не только нуждается в юридическом рассмотрении и, следовательно, уже получила оценку как юридическая, но и фактически стала предметом юридических действий со стороны правоприменительного органа. Под юридическим делом понимается также совокупность документов, фиксирующих факты и действия данного случая.

Как правило, при признании того или иного случая юридическим делом осуществляется его отраслевая привязка, т.е. решается вопрос об отраслевой принадлежности данного случая. Поэтому указание на юридическое дело обычно сопровождается упоминанием о соответствующей материальной отрасли права (законодательства) -уголовное дело, земельное дело, гражданское дело и т.д.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.328

5. Основные стадии применения права.

Это – относительно обособленные группы правоприменительных действий (операций).

Стадии применения права соответствуют стадиям любой управленческой деятельности. Они охватывают:

1) сбор и оценку информации, 2) принятие решения (команду), 3) обеспечение его реализации[22]. Вместе с тем здесь необходимо учитывать, что применение права представляет собой весьма специфическую, специализированную управленческую деятельность.

Прежде всего применение права – само лишь стадия сложного процесса реализации юридических норм. Его функции обеспечительные, индивидуально-регулятивные. Кстати сказать, поэтому фактические действия по реализации правоприменительного акта уже находятся за сферой применения: они входят в более широкое явление – в общий процесс реализации юридических норм, включаются в его завершающую фазу, состоящую в осуществлении прав и обязанностей субъектов[23].

Далее. Перед нами – применение права. Компетентный орган не просто принимает решение на основе определенной информации. Основной источник принимаемого решения – юридические нормы, в которых выражены решения общего значения. Поэтому исходным компонентом применения права является не просто познание его фактической основы – установление фактических обстоятельств, но прежде всего познание его юридической основы-действующей системы юридических норм.

Наконец, применение права представляет собой единый процесс. Здесь не всегда удается даже разделить отдельные правоприменительные действия во времени. На практике действия, совершаемые в процессе применения права, "очень близки друг к другу, взаимно переплетаются и обусловливают друг друга"[24]. Для того чтобы выбрать и проанализировать норму права, необходимо опираться на определенные факты. Круг же этих фактов может быть правильно установлен только тогда, когда уже известно, что они имеют юридическое

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.329

значение. И, таким образом, правоприменительные действия представляют собой непрерывный, все более углубляющийся и все более обогащающийся процесс юридического познания, в ходе которого происходит обращение то к фактам, то к юридическим нормам: на основе анализа норм возникает необходимость более глубоко исследовать фактические обстоятельства; анализ же фактических обстоятельств вынуждает вновь обращаться к нормам, уточнять отдельные юридические вопросы и т.д.

Вместе с тем логически не только возможно, но и необходимо подразделить правоприменительную деятельность на стадии, что позволяет обстоятельнее рассмотреть процесс применения права, подробнее изучить его детали.

Все правоприменительные действия можно подразделить на три основные стадии:

1) установление фактических обстоятельств (установление фактической основы дела). Сюда относятся действия, касающиеся анализа фактов-доказательств, процесса доказывания и др., т.е. информации о фактах;

2) выбор и анализ норм права (установление юридической основы дела). Эту стадию образуют действия с самими юридическими нормами – нахождение точного текста нормативного акта, проверка его юридической силы, толкование акта и др. К данной стадии примыкают действия, связанные с восполнением пробелов в праве;

3) решение дела, выраженное в акте применения права. Здесь на основе анализа фактов и юридических норм выносится решение по юридическому делу, которое выражается в правоприменительном акте. Решение облекается в определенную форму и практически проводится в жизнь.

Первые две из указанных стадий имеют в значительной степени подготовительный характер. Они выражают главным образом юридическое познание и образуют основу для применения права – фактическую (первая стадия) и юридическую (вторая стадия). Завершается процесс применения решением дела, которое и является, собственно, применением права как таковым.

Весьма интересно, что указанные основные стадии

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.330

в общем соответствуют структуре правового предписания. Два основных элемента правового предписания (гипотеза, с одной стороны, диспозиция или санкция- с другой) совпадают с двумя стадиями применения права подготовительного характера[25].

Кроме указанных основных стадий применения права, необходимо указать на дополнительные стадии. Ими являются, например, правовосполнительные действия правоприменительного органа при пробелах в праве.

Некоторые авторы рассматривают действия по исполнению правоприменительного акта в "одном ряду" с указанными выше этапами применения права[26]. Между тем в той мере, в какой исполнение решения правоприменительного органа вообще относится к применению права, оно неотделимо от итоговой, заключительной стадии правоприменительной деятельности – решения дела, выраженного в правоприменительном акте[27]. Особо ярко это проявляется в области правосудия, которое завершается вынесением правоприменительного решения. К тому же дополнительные действия по организации применения права нередко представляют собой особые, самостоятельные акты применения пра-

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. 2. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.331

ва[28]. В остальном же, как уже отмечалось, исполнение решения является обычной, выходящей за рамки правоприменения, реализацией права, осуществлением субъективного права, исполнением юридических обязанностей[29].

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] См.: Дюрягин И.Я. Право и управление. М., 1981.

[2] В последнее время в советской юридической литературе высказаны новые, весьма основательные соображения в пользу того, что необходимо с предельной четкостью выделять из всей массы разнообразных процедурных форм процессуальные формы в строгом смысле, которые концентрируют значительные юридические ценности, связанные с правосудием и неотделимые от "самого" права (см., в частности: Труды ВЮЗИ/Отв. ред. М.С. Шакарян. М., 1980).

[3] См.: Осипов Ю.К. Совершенствовать формы и методы профилактической работы по предупреждению гражданских правонарушений.-Сов, юстиция, 1967, № 9; Комиссаров К. И. Задачи судебного надзора в сфере гражданского судопроизводства, с. 73-75.

[4] См.: Курылев С.В. Доказывание и его место в процессе судебного познания.- Труды Иркутского Государственного университета. Т. 3. Серия юридическая. Иркутск, 1955, с. 38-54; Он же. Основы теории доказывания в советском правосудии. Минск, 1969, с. 9 и след.; Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика и доказывание. М., 1969, с. 12-13.

[5] В юридической литературе истина в юридических делах иногда обозначается иным термином – "материальная истина" (см., например: Строгович М.С. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе. М., 1955, с. 51; Он же. Курс советского уголовного процесса. М., 1968, с. 76 и след.). Хотя такая терминология имеет некоторые достоинства (здесь оттеняется тот факт, что истина в нашем праве не является формальной), она все же менее приемлема, чем термин "объективная истина". И не только потому, что последний из указанных терминов непосредственно связывает юридические категории с философскими, но и потому, что подчеркивает объективный характер наших знаний, получаемых при разрешении юридических дел.

[6] По мнению В.Н. Кудрявцева, установление истины по уголовному делу включает и решение вопроса о квалификации содеянного (см.: Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. М., 1972, с. 51).

[7] См.: Гурвич М.А. Принцип объективной истины советского гражданского процессуального права.-Сов. государство и право, 1964, № 9, с. 100-101. П.Е. Недбайло писал, что "юридическая значимость фактов общественной жизни является объективным их свойством, которое должно получить отражение в сумме знаний, составляющих объективную истину" (Недбайло П.Е. Применение советских правовых норм, с. 228).

[8] Авторы, которые относят принцип объективной истины только к самим по себе (голым) фактам, не учитывают того обстоятельства, что и социально-правовое значение фактов, и правоотношения, да и само право относятся к явлениям объективной реальности.

[9] Как полагает большинство авторского коллектива книги "Теория доказательств в советском уголовном процессе" (М., 1966), в содержание объективной истины по уголовному делу входят не конкретная мера наказания, а вид и характер наказания в пределах санкции, предусмотренной уголовным законом (с. 96).

[10] См.: Осипов Ю.К. К вопросу об объективной истине в судебном процессе -Правоведение, 1960, № 2, с. 123.

[11] См.: Старченко А.А. Проблемы объективной истины в теории уголовного процесса.-Вопросы философии, 1956, № 2, с. 111.

[12] Как писал М.А. Гурвич по рассматриваемому вопросу, угрозой отказа в судебной защите не оформленных надлежащим образом юридических действий достигается такое их в массовом масштабе оформление, при котором отказ в защите прав за их недоказанностью допустимым доказательством становится величиной, не подлежащей учету. Торжествует принцип объективной истины, а не исключительные по значению и ничтожные по количеству отступления от него (см.: Гурвич М.А. Принцип объективной истины советского гражданского процессуального права, с. 104).

[13] Кроме того, применительно к фактическим обстоятельствам дела факты в пользу подсудимого, а также некоторые другие обстоятельства могут быть установлены на основе вероятности (например, оправдательный приговор по уголовному делу по мотиву недоказанности). Причем вероятностные суждения, как показал С.В. Курылев, являются здесь не просто догадками, а формой .знаний о явлениях и связях объективной действительности (см.: Курылев С.В. Установление истины в советском правосудии. – Автореф. докт. дисс. М.. 1967, с. 13).

[14] Ленин В.И. Полн. собр. соч., т. 18, с. 123.

[15] Ленин В.И. Полн. собр. соч., т. 29, с. 162.

[16] См.: Чечот Д.М. Развитие принципа материальной истины в советском гражданском процессуальном праве. Материалы межвузовского научного совещания. Л., 1957, с. 54: Осипов Ю.К. К вопросу об объективной истине в судебном процессе.-Правоведение, 1960, №2, с. 127-129; Кудрявцев В. Н. Теоретические основы квалификации преступлений. М., 1961, с. 68.

[17] 17 См.: Александров И Г. Право и законность в период развернутого строительства коммунизма, с. 163.

[18] См.: Курылев С.В. Установление истины в советском правосудии. – Автореф. докт. дисс., с. 10.

[19] См.: Иванов О.В. Принцип объективной истины в советском гражданском процессе. М, 1964, с. 51.

[20] А. Ривлин справедливо отмечал, что истина в уголовном процессе представляет собой полное и правильное отражение в судебном приговоре фактов объективной действительности во всей их общественно-политической сущности, и в правовом значении, и тогда это объективная истина, либо не представляет собой такого отражения – и тогда это не истина вообще (см.: Ривлин А. Понятие материальной истины в советском уголовном процессе. – Соц. законность, 1951, № 11, с. 52).

[21] См.: Осипов Ю.К. К вопросу об объективной истине в судебном процессе.-Правоведение, 1960, № 2, с. 129.

[22] См.: Основин В.С. Основы науки социального управления. Воронеж, 1971, с. 141 и след.

[23] См.: Лазарев В.В. Применение советского права, с. 7, 36

[24] Пиголкин А.С. Толкование нормативных актов в СССР, с. 26.

[25] См.: Курылев С.В. Установление истины в советском правосудии, с. 6-7.

[26] См.: Михаляк Я.С. Применение социалистического права в период развернутого строительства коммунизма. М., 1963, с. 42; Коренев А.П. Применение норм советского административного права.-Автореф. докт. дисс. Л., 1971, с. 14.

[27] Здесь важно обратить внимание на то, что основные стадии призваны выразить главные стороны правоприменительной деятельности. Они представляют собой своего рода пункты сосредоточения разнообразных действий по применению права. Так, толкование (уяснение) юридических норм, несомненно, является самостоятельным действием в процессе воплощения правовых предписаний в жизнь. Однако оно входит в круг операций по выбору и анализу юридической нормы. Существенное значение в процессе применения права имеет юридическая квалификация фактов. Но и она не составляет основной стадии, так как юридическая квалификация – это существенный момент как на стадии выбора и анализа нормы, так и на стадии решения дела (причем в зависимости от того, к какой стадии относится юридическая квалификация, меняется и ее правовая природа).

Основные стадии выражают логику применения права – те узловые моменты, которые отражают и ее специально-юридические функции, и ее организующее, творческое содержание. См. по этому вопросу: Горшенев В.М. Способы и организационные формы правового регулирования в социалистическом обществе, с. 192.

[28] Аналогичного взгляда придерживаются В.М. Горшенев и И.Я. Дюрягин. Они пишут, что хотя "последующей организацией" обычно занимается сам орган, вынесший правоприменительный акт, тем не менее ее проводят и другие органы, которые в связи с выполнением предписаний первого акта нередко принимают новые правоприменительные акты (см.: Горшенев В.М., Дюрягин И.Я. Правоприменительная деятельность. – Сов. государство и право, 1969, № 5, с. 23).

[29] Не образует самостоятельной стадии толкование нормативных предписаний: оно включается в стадию выбора и анализа норм (см.: Элькинд П.С. Толкование и применение норм уголовно-процессуального права, с. 63).










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.