Предыдущий | Оглавление | Следующий

Пребывание Петра в Париже

Мы не знаем, в какое время Петр решил отправиться в Париж. Рассказывали, будто Петр еще при жизни короля Людовика XIV изъявил желание видеть Францию, но что король не желал приезда царя [1]. Мы видели, что Людовик XIV не раз возобновлял попытки сблизиться с Россией. После кончины этого короля малолетний Людовик XV в весьма учтивом письме к царю сообщил ему о случившейся во Франции перемене [2]. Многие обстоятельства, между прочим польские дела, мешали сближению обеих держав. Зато Пруссия заботилась о дружеских отношениях между Францией и Петром [3]. Царь первым условием союза с Францией поставил гарантию с ее стороны всех завоеваний, сделанных Россией в Северную войну. Хотя Франция и не соглашалась на это условие, Петр все-таки мог надеяться через посещение французской столицы найти новое средство для достижения желанной цели, для заключения выгодного мира с Швецией.

Французское правительство во все время путешествия царя в 1716 году искало случаев вступить в сношения с Россией. В Петербург был отправлен дипломатический агент де Лави, что, между прочим, сильно не понравилось шведам. Было намерение

Брикнер А. Г. История Петра Великого: В 2 т. Т. 2. — М.: ТЕРРА, 1996. C.154

отправить в Пирмонт во время пребывания там царя, графа де ла Марка для переговоров, однако кратковременность пребывания царя в Пирмонте помешала исполнению этого намерения [4].

Царь выехал из Голландии в конце марта. О его отношениях к республике в донесениях Прейса сказано между прочим: «Полагают, что царь уже более не возвратится сюда, обстоятельство, которое всеми толкуется как признак неудовольствия на штаты. Не подлежит сомнению, что его нынешнее пребывание отличалось от прежнего меньшей к нему предупредительностью и не представляло много приятностей. Вообще, здесь стали теперь отзываться о царе с гораздо меньшим уважением» и проч.[5]

Пребывание Петра в австрийских Нидерландах, где всюду царю был оказан торжественный прием, не имело особенного политического значения. В Антверпене он осмотрел весьма тщательно достопримечательности города. В Брюсселе еще ныне против фонтана, из которого царь выпил воды, возвышается памятник, состоящий из колонны с бюстом Петра [6].

Отправившись через Брюгге и Остенде во Францию, Петр, вступив на французскую землю, подвергся значительной опасности. Его любопытство все видеть, эта господствующая, по выражению австрийского наместника маркиза де Приё, страсть Петра, едва не стоила ему жизни. Пользуясь отливом, он захотел объехать дюнкирхенскую банку и отправился на нее в карете. Вдруг поднялся сильный ветер; прилив начался с необыкновенной быстротой, и вода покрыла дорогу, на которой находился царь; он едва имел достаточно времени, чтоб отпрячь одну из лошадей и ускакать верхом от грозившей ему опасности [7].

Во Франции были приняты меры для того, чтобы встретить

Брикнер А. Г. История Петра Великого: В 2 т. Т. 2. — М.: ТЕРРА, 1996. C.155

всюду царя с подобающей ему честью, хотя им было выражено желание путешествовать инкогнито [8]. Однако на пути в Париж он нигде долго не оставался. Франция, как кажется, не произвела на него благоприятного впечатления. После посещения им самых богатых тогда в Европе стран, голландских и австрийских Нидерландов, его поражала бедность населения во Франции [9].

В Париже были приготовлены для царя два помещения: в Лувре и в доме Ледигиер (Lesdiguieres), принадлежавшем маршалу Виллеруа. Петр предпочел поместиться в доме Ледигиер. На другой день после приезда Петра у него был с визитом герцог Орлеанский, причем царь держал себя несколько гордо. Герцог Орлеанский после разговора, в котором участвовал князь Куракин, служивший переводчиком, с похвалой отзывался об уме царя. Два дня спустя сам король, семилетний Людовик XV, навестил царя и при этом случае весьма ловко сказал затверженную им речь. Царь казался восхищенным, целовал короля и брал его несколько раз на руки. Когда на другой день, 30 апреля, Петр отправился с визитом в тюильрийский дворец, юный король с министрами и маршалами встретил Петра на нижнем крыльце. Петр взял его на руки и, неся по лестнице, как рассказывали впоследствии, сказал: «Всю Францию на себе несу» [10]. Этот анекдот подлежит сомнению, так как в современных французских мемуарах и журналах не упомянуто о таких подробностях [11].

Весьма тщательно Петр занялся осмотром достопримечательностей города Парижа. Он был в обсерватории, в анатомиче-

Брикнер А. Г. История Петра Великого: В 2 т. Т. 2. — М.: ТЕРРА, 1996. C.156

ском институте, на гобеленовой фабрике, в картинной галерее, в библиотеке. Затем он смотрел мастерскую, где делались статуи, гулял в тюйлерийском саду, наблюдал за строением моста, был в опере, в «Hotel des invalides», в разных замках, например, в Мёдоне, в С.-Клу, в Исси, Люксембургском дворце, в Версале, Трианоне, Марли, Фонтенбло, Сен-Жермене и др. В Сен-Сире он осмотрел знаменитую женскую школу, заведенную г-жой Ментенон, и без церемонии пошел в комнату, где г-жа Ментенон, желая избегнуть встречи с царем, легла в постель. Подойдя к постели, он, не сказав ни слова и не поклонившись ей, посмотрел на нее и затем преспокойно опять вышел из комнаты [12].

На монетном дворе в присутствии царя была выбита медаль в честь Петра, на которой была представлена при восходящем солнце от земли парящая и проповедующая трубным гласом Слава со стихом из Виргилия вокруг: «Vires asquirit eundo» [13].

Петр был и в Сорбонне, где с ним заговорили о соединении восточной и западной церквей, причем, однако, он держал себя осторожно и сдержанно [14]. Далее он осматривал королевскую типографию, был в коллегии, основанной кардиналом Мазарини, присутствовал при экзерцициях французской гвардии, в заседании парламента, был в Академии наук и проч.

Петр сделался членом Академии наук. Во Франции особенно ценили его географические познания. Карта Каспийского моря, которую он в Париже показывал ученому Делилю, изменила совершенно понятия, существовавшие на Западе относительно формы этого моря.

Нет сомнения, что на царя парижская жизнь произвела глубокое впечатление. Некоторые меры, принятые Петром после возвращения в Россию, свидетельствуют об этом. Сюда относятся, например, указ об «ассамблеях», печатание разных книг, меры к открытию Академии наук и проч.

Брикнер А. Г. История Петра Великого: В 2 т. Т. 2. — М.: ТЕРРА, 1996. C.157

Впечатление, которое Петр произвел на современников своим пребыванием во Франции, было весьма благоприятное. Он поражал французов простотой своей одежды: чрезмерная роскошь в одежде, господствовавшая во Франции, не понравилась царю. Особенно изумляла всех любознательность Петра. Чрезвычайно выгоден отзыв о Петре герцога Сен-Симона, который был в восхищении не только от способностей, но и от личности царя.

Оставляя Францию, как говорят, Петр заметил: «Жалею о короле и о Франции: она погибнет от роскоши» [15].

Современники утверждают, что французское правительство не очень обрадовалось приезду царя, особенно потому, что Франция в то время находилась в весьма близких отношениях к Англии. Далее Франция находилась в союзе со Швецией и любила покровительствовать Польше. Спрашивалось, могло ли при таких обстоятельствах состояться то сближение между Россией и Францией, которого желал Петр и которое было главным поводом его путешествия в Париж.

Царь надеялся расторгнуть союз Франции со Швецией и заключить союз с Людовиком XV; он хотел этим укрепить за собой завоеванные им у Швеции владения. Регент герцог Орлеанский поручил вести переговоры маршалу Тессе под руководством маршала Юкселя (d'Huxelles), президента совета иностранных дел. Царские министры предлагали взаимную дружбу между обеими державами и союз, заключение оборонительного договора, коим царь и король прусский гарантировали бы Франции Баденский и Утрехтский договоры, а Франция, с своей стороны, гарантировала бы царю завоевания и поручилась бы, что не будет помогать шведам ни прямо, ни косвенно, деньгами или войском. При переговорах возникли разные затруднения. Когда русские министры намекнули на субсидии, которое Россия могла бы ожидать от Франции, Тессе уклонился от переговоров по этому вопросу, пока не истечет срок обязательствам, которые Франция взяла на себя перед Швецией. Маршал Юксель в особой записке говорил, что до окончания срока договора со Швецией в 1718 году Франция по вопросу о

Брикнер А. Г. История Петра Великого: В 2 т. Т. 2. — М.: ТЕРРА, 1996. C.158

посредничестве должна ограничиться общими обещаниями дружбы и союза в будущем [16].

Во Франции были люди, умевшие ценить значение союза с Россией. Герцог Сен-Симон писал тогда в своих мемуарах: «Ничто более сего не могло благоприятствовать нашей торговле и нашему весу на севере, в Германии и в целой Европе. В руках сего монарха находилась торговля Англии (sic), а король Георг сильно его опасался из-за своих германских владений. Голландии, равно как и императору римскому, он умел внушить к себе уважение; словом, бесспорно, что он был весьма важное лицо в Европе и в Азии и что Франция много выиграла бы от тесного с ним союза. Он не любил императора и желал мало-помалу избавить нас от влияния Англии, и именно сей последней стране обязаны мы тем, что самым неприличным образом отвергли его предложения, деланные нам еще долго после его отъезда. Тщетно настаивал я не раз по этому делу у регента; тщетно представлял я ему самые дельные и неопровержимые доводы... С тех пор уже неоднократно приходилось нам раскаиваться в последовании пагубным внушениям Англии и в безумном пренебрежении предлагаемых нам Россией условий» [17].

Есть основание думать, что именно во время пребывания Петра в Париже Франция с разных сторон получала предостережения относительно Петра. Нет сомнения, что польские агенты действовали наперекор видам России. Так, например, Сен-Симон замечает, что саксонский дипломат Лос всюду следовал за царем, не столько в качестве дипломата, сколько в качестве лазутчика [18]. Новейшие историки, не отрицая, что образ действий царя и его министров обнаруживал необычайную ловкость, утверждают, что чувство собственного достоинства, высокое понятие о значении России и даже некоторое чванство были главным образом заметны в приемах Петра во время переговоров.

Брикнер А. Г. История Петра Великого: В 2 т. Т. 2. — М.: ТЕРРА, 1996. C.159

Эти переговоры во время пребывания Петра в Париже ни к чему не привели. Покидая Францию, Петр уполномочил барона Шафирова, Толстого и Куракина заключить союз с Францией. Договор был подписан только 4 августа, в Амстердаме, где Петр находился в то время.

В силу этого договора царь и короли, французский и прусский, обязались поддерживать мир, восстановленный трактатами Утрехтским и Боденским, также охранять договоры, которые имеют прекратить Северную войну. Если один из союзников подвергнется нападению, то другие обязаны сначала мирными средствами потребовать ему удовлетворения от обидчика; но если эти средства не помогут, то по прошествии четырех месяцев союзники должны помогать войсками или деньгами; царь и король прусский обязуются принять медиацию короля французского для прекращения Северной войны, причем король французский не должен употреблять никакого понуждения ни против какой стороны; король французский обязуется также по истечении срока договора, существующего между Францией и Швецией (в апреле 1718 г.), не вступать ни в какое новое обязательство со Швецией [19].

Непосредственным следствием заключения этого договора было отправление в Россию французского посла Кампредона и французского консула Вильярдо (Villardeau) [20]. Царь был главным виновником такого сближения России с Францией. Пребывание в Париже положило основание более близким дипломатическим сношениям между обеими державами.

Спа. Амстердам. Берлин

Во время пребывания Петра во Франции считали вероятным, что и прусский король отправится в Париж для переговоров о мире со Швецией [21]. Однако эта поездка не состоялась.

Брикнер А. Г. История Петра Великого: В 2 т. Т. 2. — М.: ТЕРРА, 1996. C.160

9 июня Петр выехал из Парижа. В тот же день Данжо заметил в своем дневнике, что царь, уезжая, обещал герцогу Орлеанскому вывести свои войска из Мекленбурга и что английский король просил регента произвести некоторое давление на царя в этом смысле. Мы не знаем, насколько этот рассказ соответствует фактам. Нельзя, однако, сомневаться в том, что и во Франции с некоторым опасением следили за развитием могущества России [22].

Как бы то ни было, во время пребывания Петра в Спа, где он лечился в продолжении четырех недель [23], были им приняты меры для удаления русских войск из Мекленбурга. Сам герцог Карл Леопольд просил царя об этом, и герцогиня Екатерина Ивановна писала в этом смысле к Петру.

Город Спа весьма многим был обязан царю. Репутация минеральных вод, возросшая со времени пребывания там царя, привлекала уже в1718 и 1719 годах гораздо большее число больных, чем прежде. В память пребывания Петра в Спа в 1856 году представлен в главной колоннаде у источников великолепный бюст царя, вышедший из мастерской знаменитого ваятеля Рауха и подаренный городу князем Анатолием Демидовым.

В Амстердаме, куда Петр приехал в конце июля, приходилось вести весьма важные переговоры. Для этой цели Куракин прибыл в Голландию несколько ранее, чем царь. В конференции с Куракиным известный приверженец Карла XII генерал Понятовский сообщил, что граф Герц отъезжает к королю в Швецию и что лучше всего объявить ему об условиях царского величества, для передачи их Карлу XII. Куракин заметил на это, что условия царя давно объявлены и что напрасно упущено драгоценное время. В другой конференции Понятовский объявил, что виделся с Герцем, который предлагает такой способ переговоров: король шведский пошлет своих уполномоченных в Финляндию на съезде с царскими министрами. Когда договор будет заключен, король сам пожелает видеться с царским величеством. Как видно, обе стороны искренно желали мира, но до мира было еще далеко. В третьей конферен-

Брикнер А. Г. История Петра Великого: В 2 т. Т. 2. — М.: ТЕРРА, 1996. C.161

ции, в которой участвовал и шведский дипломат Прес, Куракин объявил, что царь согласен на предложение Герца отправить своих министров в Финляндию и желает, чтобы съезд был на острове Аланде. Наконец, 12 августа в Лоо происходило свидание Куракина с Герцем, где подтвердили все то, что было условлено с Понятовским и Прейсом. На вопрос Герца, можно ли допустить французского посла графа де ла Марка к участию в переговорах, Куракин отвечал: «Зачем впутывать в дело постороннюю державу? Особенно нужно остерегаться графа де ла Марка, которому поручено примирить английского короля, как курфюрста ганноверского, с шведским королем». Герц согласился с этим мнением [24].

Хотя все это происходило в секрете, но все-таки тотчас же распространились слухи о желании царя заключить сепаратный мир со Швецией [25].

В то же время происходили переговоры между английскими и русскими министрами. Норрис и Витворт имели конференцию с Куракиным о заключении союза и торгового договора, о мерах к заключению мира со Швецией и о турецких делах. Относительно мира со Швецией царские министры заметили, что «по нынешним конъюнктурам и по всегдашнему жестоковству короля шведского без принуждения его царское величество не видит к тому способа» и проч.[26] Скоро после этой конференции Норрис имел аудиенцию у царя и был принят весьма благосклонно. Немного позже англичане узнали все подробности сношений царя и Куракина с Гёрцом [27].

Что касается отношений Петра к Голландии во время последнего пребывания его в этой стране, то вопрос о Данциге, захват голландцами шведского судна, взятого русскими каперами, и опасения голландцев на счет чрезмерно быстрого развития русской торговли и промышленности мешали установлению более тесной дружбы. Все старания заключить торговый договор меж-

Брикнер А. Г. История Петра Великого: В 2 т. Т. 2. — М.: ТЕРРА, 1996. C.162

ду Россией и Нидерландами оказались тщетными [28]. К тому же отношения Куракина к Герцу сделались известными в Голландии, что также произвело неблагоприятное впечатление на генеральные штаты. Все это, разумеется, не мешало взаимным любезностям и соблюдению внешних форм учтивости и приветствия. Город Амстердам во время присутствия там царя сделался местопребыванием многих политических деятелей, министров, дипломатов, которые побывали с визитами у царя. Жители города устраивали празднества разного рода [29]. Магистрат старался угождать царице Екатерине, оставшейся в Амстердаме во время пребывания Петра во Франции и в Бельгии.

Петр в Голландии в 1717 году особенно занимался изучением всего того, что относилось к торговле. Поэтому-то его интересовал коммерческий флот голландцев. Далее, он находился в близких сношениях с художниками и учеными, покупал картины и книги, осматривал разные коллекции и проч.

Из Амстердама осенью Петр через Магдебург отправился в Берлин, где в продолжение всего этого времени происходили переговоры об условиях мира со Швецией и где еще за несколько дней до приезда царя происходили конференции между русскими и прусскими министрами.

У современников ходили разные слухи о странностях Петра во время его пребывания в Берлине. Он отличался особенной бережливостью [30]. Что касается политических дел, то был учинен концерт. Гавельбергский договор был возобновлен и утвержден во всех пунктах таким образом, что если кто из северных союзников заключил бы отдельный мир со Швецией, по которому

Брикнер А. Г. История Петра Великого: В 2 т. Т. 2. — М.: ТЕРРА, 1996. C.163

шведы остались бы опять в Германии, или если кто-нибудь стал бы принуждать короля прусского к уступке Штетина с округом, то Россия и Пруссия препятствуют этому вооруженною силой, соединив свои войска. Царь, сообщив королю, что он сам начал вести переговоры со Швецией о мире, обязался о всех этих сношениях немедленно и верно сообщать находящемуся при его дворе прусскому министру и проч.[31]

Петр не долго оставался в Берлине и через Данциг, Ригу, Пернаву, Ревель и Нарву возвратился в Петербург.

Путешествие царя продолжалось более двадцати месяцев. Никогда царь так долго не был в отсутствии. Не на отдых, впрочем, вернулся царственный работник. Накопилось множество дел. В разных письмах из Петербурга за это время говорится о беспорядках, происходивших в России вследствие продолжительного отсутствия царя [32]. Нужно было заняться разбором множества случаев злоупотреблений, судом над царевичем, приготовлением дипломатического съезда на Аландских островах и на всякий случай разными мерами для продолжения войны.

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] Scheltema, II, 33.

[2] Lamberty, IX, 619—620.

[3] См. беседы Ильгена с Головкиным у Соловьева, XVII, 68—74.

[4] См. разные документы, свидетельствующие о старании Франции сблизиться с царем в Сб. Исторического общества, XXXIV, 490—517.

[5] Чтения, 1877, 11, 10—11.

[6] См. подробности об этом памятнике в моей статье «Путешествия Петра и проч.» в «Русском Вестнике», CLI, 644.

[7] Gachard в Bulletin de 1'Acad. Roy. 1, 522.

[8] После собрания мною множества данных о путешествии Петра во Францию — см. мою статью в «Русском Вестнике» — появился целый ряд деловых бумаг, относящихся к этому предмету в «Сб. Исторического общества», XXXIV.

[9] Письма российских государей, I, 66.

[10] Голиков, V, 318, по рассказу Ив. Ив. Неплюева.

[11] См. некоторые подробности в «Журнале Данжо», в мемуарах герцога Сен-Симона, в мемуарах Дюкло и в документах, напечатанных в «Сб. Исторического общества», XXXIV, а также статью Полуденско-го в «Русском архиве», 1865, III, 67 и след.

[12] Dangeau, 101 и 104. Saint-Simon, 234. Иначе у Штелина, I, 54.

[13] См. Иверсена «Medaillen», 48.

[14] Pierling. «La Sorbonne et la Russie», Paris, 1882.

[15] Соловьев, I, 254.

[16] См. Hassan, «Histoire de la diplomatic francaise», IV, 445—459, и записку Ледрана в Сб. Исторического общества, XXXIV, стр. XXVI до XXXVIII.

[17] «Mem. du due de S. Simon». Paris, 1872, IX, 236 и 237.

[18] [18] «Mem. du due de S. Simon». Paris, 1872, IX, 254.

[19] ПСЗ, № 3098. Lamberty, X, 109—112.

[20] Flassan, IV, 459—461.

[21] Донесение Прейса в «Чтениях», 1877, II, 11.

[22] Dangeau, 114.

[23] Albin Body. «Pierre le Grand aux eaux de Spa», Bruxelles, 1872.

[24] Соловьев, XVII, 79.

[25] Lamberty, X, 117.

[26] Материалы для истории флота, IV, 141—145.

[27] Неггшапп. «Peter d. Gr.», 193. Письмо Робетона от 8—19 октября 1717 г.

[28] Scheltema, II, 58—65, 313—315; Lamberty, X, 113, 117.

[29] Особенным оживлением отличались празднества в честь Петра, устроенные русским резидентом в Голландии, Брантом, в загородном его доме, названном им «Петербургом».

[30] В записках сестры Фридриха Великого, маркграфини Байрейтской, рассказывается о пребывании Петра в Берлине множество нелепостей, которые, однако, перешли в разные сочинения о Петре. В моей статье о путешествиях Петра указано («Русский Вестник», CLII, 97 и след.) на некоторые подробности.

[31] Соловьев, XVII, 92.

[32] Неrrmann. «Peter d. Gr», 95 и 102.










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.