Предыдущий | Оглавление | Следующий

Глава XI. СООТНОШЕНИЕ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

§ 1. Постановка проблемы

§ 2. Тип соотношения государства и права

§ 3. Некоторые методологические аспекты соотношения государства и права

§ 4. Конкретное понимание соотношения государства и права

 

§ 1. Постановка проблемы

Связь государства и права в ее конкретных проявлениях – применение права, правотворчество, законность, формы реализации права, правообразование, толкование права, правовые основы деятельности госаппарата и др. – очень подробно исследованы в юридической литературе. Анализ этих проблем, конечно, дает достаточно развернутую картину взаимодействия государства и права. Однако интересно проследить этот процесс и с позиций более общего характера, не наблюдая их взаимодействие по конкретным связям, каналам, формам, а прослеживая их отношения как двух целостных, самостоятельных, в известной степени самодостаточных образований. Такой подход имеет и общеметодологическое значение. Очевидна вся сложность оперирования такими обобщениями, имеющими громадную теоретическую и практическую значимость. В подобных случаях всегда подстерегает опасность скатиться к весьма общим, «глобального» характера рассуждениям, к слишком абстрагированным от практического процесса взаимосвязи государства и права понятиям. Но желание разобраться в этих общих положениях, найти тот искомый методологический ключ слишком велико, чтобы бояться этой опасности.

Общепринято, что универсальная связь явлений есть принцип, всеобщий закон. В нем, правда, не отражены конкретные особенности бесчисленных форм взаимосвязи в различных сферах объективного мира, но он отражает то общее, что живет в отдельных проявлениях взаимодействий. Изучение принципа универсальной связи необходимо для выработки мировоззренческих, общефилософских представлений, а анализ конкретных связей служит основой научного исследования конкретных явлений. Другое дело, что нельзя останавливаться только на взаимосвязи явлений, удовлетворяясь при этом лишь описанием их как непосредственно данных, не прибегая к теоретическим поискам. Иначе говоря, нельзя, по мысли Гегеля, ограничиваться одним понятием взаимодействия.

§1 Постановка проблемы    315

По интересующей нас проблеме в юридической литературе чаще всего фигурируют такие понятия, как «отношение», «связь», «взаимодействие», «причинно-следственная зависимость», «функциональная зависимость». Однако эти понятия неоднозначны. И дело вовсе не в каких-то тонкостях, которые настолько «тонки», что в ином случае на них можно было бы и не обратить внимание. Они различны как по своему содержанию, так и по тем реальным связям, которые они отражают. Речь идет о различных формах и степенях конкретных взаимосвязей между конкретными объектами. Наиболее общее из них – «отношение», под которым чаще всего понимается любая совместная определенность нескольких объектов (членов отношения). «Связь» – это вид «отношения». Она определяется как отношение зависимости, при котором изменение одного из взаимосвязанных явлений предполагает изменение другого. Понятие «связь», конечно, очень близко к понятию «отношение», однако они не полные синонимы. Отношение не сводится к связи, хотя и предполагает ее. Оно охватывает помимо связи между реальными явлениями их раздельность, изолированность, отграничение, известную независимость друг от друга. Существо последней не в общности явлений, что характерно для связи, а в их раздельности. Взаимоотношение в отличие от взаимосвязи не предполагает, что изменение одной вещи влечет определенное изменение другой вещи. В понятии «связь» отражается зависимость явлений друг от друга, соответствие изменений одного явления изменениям другого.

Особый вид взаимосвязи представляет собой категория взаимодействия, которая выражает более глубокие отношения. Не всякая связь и, естественно, не всякое отношение может выступать как взаимодействие. Взаимодействие предполагает, что данное явление реализует свою специфическую природу только через свое взаимоотношение с другим и вне взаимодействия не способно существовать как определенное явление. Во взаимодействии (оно имеет многоплановый характер) оба явления выступают и как активные, и как пассивные. Его главная черта – взаимные изменения явлений, которые не пассивно соотносятся между собой, а воздействуют друг на друга.

Причинно-следственная связь предполагает порождение, «производство» одного явления другим. Понятие причинной связи в известном смысле выражает односторонность воздействия, дополняет понятие взаимодействия. При этом неверно резкое противопоставление взаимодействия и причинности (детерминации). Взаимодействие выражает единство встречных детерминаций, односторонних воздействий друг на друга соотносящихся явлений, которые при взаимном детерминировании сливаются во взаимодействии.

316       Глава XI Соотношение государства и права

 

Известны самые различные классификации связей, взаимодействий, причинно-следственных отношений, которые (классификации) не всегда совпадают по содержанию, но показывают всю сложность и многообразие данных явлений. Различают, к примеру, следующие типы связей: а) внутренние и внешние; б) непосредственные и опосредованные; в) прямые и обратные; г) устойчивые и неустойчивые; д) существенные и несущественные; е) простые и сложные; ж) бинарные и многочисленные и др. Среди основных видов причинности выделяют: а) внутренние; б) внешние; в) статические; г) механические; д) психические; е) социальные и др. Связи взаимодействия, в частности, делят на: а) связи порождения; б) связи преобразования; в) связи развития и др.

§ 2. Тип соотношения государства и права

Какой же тип связи характерен для соотношения государства и права? Думается, что здесь точнее всего будет говорить о взаимодействии, а не об отношении, которое отражает ту или иную степень определяемости или неопределяемости явлений друг другом, не о связи, констатирующей только зависимость одной вещи от другой, соответствие изменений одного объекта изменениям другого. Не будет, конечно, ошибки, если при этом пользоваться понятием «отношение» или «связь». Однако в силу своей большей общности и абстрактности (односторонности), чем понятие «взаимодействие», они менее адекватно и менее приближенно отражают реальные контакты между государством и правом.

В своем движении государство и право вступают в различные связи со многими социальными, духовными, экономическими, политическими факторами, в которых (связях) так или иначе проявляются их природа и сущность. Но их взаимодействие друг с другом имеет свою специфику. Государство и право в лице социально-экономической и духовной структуры общества имеют единую причину, которая, так сказать, вообще очень плодовита и не может однажды исчезнуть, исчерпав свои возможности. Социальные и духовные потребности (и по своему содержанию, и по времени существования), экономические основания, вызвавшие и вызывающие к жизни государство и право и определяющие их дальнейшее развитие в рамках данной общественной системы, одни и те же. В этом плане государство и право «изготовлены» из одного материала, из цельного куска, в котором не было трещины. Потребности функционирования общества, необходимость организации материального и духовного производства, политического

§ 2 Тип соотношения государства и права          317

управления, поддержания и укрепления порядка в общественной жизни, регулирования отношений между людьми, установления связей между общественными и политическими институтами, отношения с иными государственными системами – вот основные факторы, определяющие главное во взаимодействии (сущность, характер, масштаб) государства и права. Последние – это материализованное следствие реализации разнообразных общественных потребностей и интересов. Они образуют собой единую сферу, распадающуюся в процессе деятельности на два самостоятельных, но взаимодействующих явления. В рамках же политико-юридической системы – соответствующие институты, идеи, нормы, ценности, отношения – государство и право выступают в качестве составных элементов, связи между которыми и их деятельность во многом определяют сущность и основные тенденции развития данной системы. Государство и право сами по себе, видимо, обладают меньшей самостоятельностью, чем их соединение в нечто единое целое.

Являются ли причинные связи, отношения стороной, частью взаимодействия между государством и правом? Нередко на этот вопрос дается отрицательный ответ, исходя при этом из того факта, что государство и право сами являются производными от одной, общей для них причины. Однако, как представляется, это несколько упрошенное решение проблемы. В строго детерминистском плане, конечно, государство и право – не причина и следствие друг для друга. Если же взглянуть на проблему причинности шире, то на поставленный вопрос можно ответить положительно, рассматривая в данном случае причинные отношения только как один из аспектов детерминации. В процессе «производства» государства и права имеет место не простое причинение, предполагающее порождение одной причиной одного следствия (данная абстракция значительно упрощает действительную ситуацию). Обычно (и не без оснований) говорят о внешних и внутренних причинах, о сумме причин, об условиях-факторах, без которых не может возникнуть следствие.

Поверхностное рассмотрение отношений государства и права может привести к выводу, что первопричиной возникновения и развития, например, права есть государство, что именно правотворческая деятельность государственных органов – подлинный и единственный источник права. Так выглядит эта связь на первый взгляд. Более глубокий анализ показывает: право возникает и существует не потому, что есть государство, что есть государственные законодательные органы, а потому, что определенные общественные отношения, потребности, интересы не могут быть выражены, структурированы, реализованы

318       Глава XI. Соотношение государства и права

нормально вне и помимо правовых форм. Они являются первой объективной и исторически-логической причиной возникновения, существования и функционирования права.

Право, однако, настолько сложное явление, что оно не может иметь только одну-единственную причину, например, в лице экономики. Для его возникновения объективно необходим еще ряд причин и условий социального, духовного, политического, идеологического характера, среди которых выделяется государство. Последнее не является причиной, не прибавляющей к праву ничего нового, кроме того, что произведено, например, экономикой или социальной структурой общества. Нельзя сказать, что государство только юридически оформляет определенные общественные потребности и интересы. Это «только» порой имеет решающее значение во всем сложном и противоречивом процессе правообразования. Государство непосредственно творит право, его нормотворческая деятельность есть источник права, которое в этой деятельности приобретает свои формы, а в самом государстве – гарантию своей реализации.

«Материал», из которого «делается» право, – воля, интересы, мотивы, цели, идеи, доктрины, общественное мнение, ценности – государство обрабатывает, систематизирует, «подгоняет», «шлифует», придает ему нужную форму, определяет его юридическую силу (закон, подзаконный акт) и, наконец, предлагает вновь это обществу, напомнив заодно о государственном принуждении, если последует отклонение от нормы права. Социальные и иные отношения можно охарактеризовать как внешнюю причину (это вовсе не означает ее второстепенность) права в том смысле, что они есть нечто отдельное, внешнее по отношению к нему. Государство – внутренняя причина права, если их рассматривать как составные элементы политико-юридической системы общества.

Если во взаимодействии общественных отношений – причины и права – следствия рассматривать государство как опосредствующее звено, то оно не является поводом, провоцирующим фактором или своего рода спусковым крючком, способствующим появлению права – следствия. Государство, видимо, можно по такой схеме считать условием, так как «обусловленность» – это вид детерминации. Оно также, если не наравне (а такое вполне возможно), то наряду с внешними причинами, продуцирует право, обусловленное по отношению к государству-условию. Без последнего право не может возникнуть и сформироваться. В ходе совместного применения со стороны общественных отношений и государства право приобретает известную независимость. Вообще весь процесс становления права есть процесс приобре-

§ 3. Некоторые методологические аспекты соотношения государства и права 319

тения им относительной самостоятельности. Государство в своем развитии, естественно, может изменяться (например, его форма), в то время как его социально-экономическая основа остается относительно постоянной. Но изменение в нашем примере формы государства обязательно повлияет на содержание права. Здесь будет иметь место тот случай, когда государство-условие непосредственно меняет характер права-следствия, минуя причину.

В юридической литературе отношение между государством и правом иногда характеризуют как функциональную связь. Все-таки функциональная зависимость не тождественна причинной связи (последняя выражает более глубокую зависимость), так как она не указывает причину изменения действия, не выражает временную последовательность, а просто устанавливает факт зависимости равноправных явлений, выясняя главным образом количественную сторону их соотношения. Характерная для данного типа связи, в частности, точная количественная определенность не присуща как отношениям между государством и правом в целом, так и их свойствам. Нельзя, например, делать такую характеристику государства, как властность, или права, как нормативность, переменной величиной. Они не могут быть властными или нормативными больше или меньше. Считать же связь государства и права функциональной потому, что их функции в общем-то подчинены единым целям и задачам, что сама реализация функций одного невозможна без функционирования другого, – это, как представляется, облегченный подход к решению проблемы. Вероятно, подлинная познавательная ценность в данном случае состоит не в противопоставлении, но в правильной комбинации и соподчинении причинно-следственных и функциональных связей.

§ 3. Некоторые методологические аспекты соотношения государства и права

Является ли отношение между государством и правом сущностным? Позволяет ли положительно ответить на этот вопрос очевидный факт их единства как с внешней стороны (единая социально-экономическая основа, общность задач и целей, общий объект воздействия), так и с внутренней (невозможность функционирования друг без друга, взаимооформление, взаимоупорядочение, неспособность существовать в качестве системы вне взаимодействия друг с другом)? Если не понимать сущностные отношения в формально-логическом плане (как количественно преобладающие отношения), то позволяет. Непосредственно в данном сущностном отношении каждый раз резюмиру-

320       Глава XI. Соотношение государства и права

 

ется сложный процесс развития, проявления сущности, назначения взаимодействующих, сосуществующих явлений. Сущностное отношение определяет содержание и характер всех других отношений, в которые соотносящиеся явления вступают вообще. Во взаимодействии государства и права, в любом его проявлении (правотворчество, законность, деятельность правоохранительных органов, реализация прав, свобод и обязанностей личности и др.) их сущность раскрывается наиболее ярко. Как самостоятельные явления, государство и право могут вступать и вступают в самые разнообразные отношения с другими явлениями социальной, духовной, материальной, политической сфер жизни общества и человека, но в высшей степени характерными для них являются их собственные связи. Они во многом определяют движение государства и права, систему их связей. Отношение между государством и правом – это не отношение между идеями, понятиями государства и права, а категория связи, соответствующей реальному миру, и, таким образом, оно имеет онтологический характер.

Анализ соотношения вещей имеет самые различные аспекты. Можно, например, попытаться установить, являются ли они друг для друга целью. Думается, что право и государство целью друг для друга не являются. Государство возникает не для того, чтобы создавать правовые нормы, а право – чтобы регламентировать деятельность государственного аппарата. В праве государство находит для себя наиболее рациональную и эффективную форму осуществления своих функций, установления контактов с обществом, регулирования работы своего механизма. Для права же государство является непосредственно «производящим» право и обеспечивающим его реализацию органом. В юридической литературе справедливо не выделяют в самостоятельную функцию у государства его нормотворческую деятельность, а у права – его регулирование деятельности государственных органов.

Правоведы и философы иногда высказывают тезис, согласно которому право (законодательство) есть признак или свойство (атрибут) государства (государственной власти); право – существенная сторона, черта, принцип государственности; право (правовая организация) входит в политическую организацию общества. Если оставить в стороне проблемы государственности, государственной власти, политической организации (это, на наш взгляд, самостоятельные и отдельные научные проблемы), то понимание права как признака, свойства (атрибута) государства является спорным.

Соотношение государства и права – это не соотношение вещи и ее признака, свойства, а соотношение двух самостоятельных, взаимодействующих явлений, каждое из которых обладает присущими только

§ 3. Некоторые методологические аспекты соотношения государства и права 321

ему признаками, свойствами. Вообще свойство характеризует предмет со стороны качества. Оно всегда относительно. Свойства, признаки не способны существовать сами по себе. Нельзя противопоставить вещь как конкретное признаку, свойству как рядоположенному. Саму правотворческую деятельность, а не ее результат можно понимать как свойство (атрибут) государства, без которого оно не может ни существовать, ни мыслиться. В обществе существует не одно явление – государство, которое с помощью своего признака или свойства – права организует общественные отношения, а две взаимодействующие, сорегулирующие в определенных сферах общественную жизнь системы. Еще один аспект взаимодействия государства и права представляет, по крайней мере, теоретический интерес. Речь идет о так называемом примате государства над правом или права над государством. Вступить во взаимоотношение могут совместные, соизмеримые вещи, имеющие что-то тождественное, что объединяет их. Различные во всех отношениях вещи не могут вступить во взаимосвязь, которая, однако, возможна лишь при известном различии между вещами. Государство и право отвечают этим требованиям. Они имеют нечто общее, но в то же время являются различными социально-политическими факторами и в этом смысле неравны. Это различие не относится к типу различий между «деревом» и «Марсом», которые Гегель называл «неистинными» различиями. Данное различие таково, что оно позволяет государству и праву взаимодействовать друг с другом. Мысль о ведущем положении государства в его отношениях с правом чаще всего подкрепляют аргументами: государство творит правовые нормы, государство своей принудительной силой обеспечивает исполнение права, стабильность правопорядка. Все это верно. Однако столь же очевидно и значительное воздействие права на государство. Способность творить право не распределена равномерно по всему государственному аппарату: одни органы принимают только законы, другие – подзаконные нормативные акты. Право же воздействует на государственный механизм в целом. Оно закрепляет форму государства, структуру государственного аппарата, что, конечно, в буквальном смысле не связывает государство «по рукам и ногам», но позволяет государственному механизму быть организованным, целеустремленным и действовать с большей эффективностью. Право вносит меру в осуществление государственной власти и управления. Велика роль законности в реализации государством своих функций. Желание уложить деятельность государства в правовые рамки – это не прихоть, не стремление общества получить страховой полис на случай возможного произвола со стороны государства. Это объективно необходимое условие, ведущее к организованности, упо-

322       Глава XI Соотношение государства и права

 

рядоченности, согласованности действий общества, государства, человека во всех сферах, в том числе и в сфере политико-правовой.

В обществе не существует никакого, так сказать, нелегального правотворчества, осуществляемого без ведома государства. Право не может находиться в «подвешенном» состоянии (в подобном случае это не право), оно нуждается в обеспечении со стороны государства, которое в данном случае является не дополнительной, а первой, главной силой. Не существует наиболее или наименее защищенной отрасли права. Но, с другой стороны, право оформляет государство, упорядочивает его деятельность, без него государство в известном смысле бессильно и не может существовать. Право, приобретая самостоятельное бытие, фиксируется в своей действительной природе по отношению к государству как нечто внешнее, но не отчужденное, мистифицированное. Имея в лице государства свой непосредственный источник, право, однако, не является его продолжением в иной форме. Отношения между ними при этом не костенеют, не погашаются, не стираются. Государство и право не становятся индифферентными друг другу. Нет между ними и какой-то конвенции или сепаратизма, что лишало бы объективного характера их взаимодействие.

Укладывая свою деятельность в большей ее части в нормы права, государство не оказывается в абсолютно связанном положении, не лишается возможности изменяться. При этом, однако, оно не может по своему субъективному усмотрению «отложить» право в сторону, если не хочет быть разрушенным. Представляется, что правильнее будет говорить о взаимодействии государства и права как взаимодействии равных сторон. Вообще всякое резкое противопоставление соотносящихся моментов, стремление определить абсолютно первичное и абсолютно вторичное всегда и познавательно, и практически малоэффективно, если речь идет не о ситуативном подходе, а об оценке конкретных исторических обстоятельств. Стремление отдать предпочтение государству или праву в их соотношении вовсе не означает стихийный или сознательный выбор позиции этатизма, правового государства или господства права. Хотя такое вполне, естественно, возможно. Как представляется, здесь мы имеем дело с чисто визуальным способом доказывания, когда берется лишь внешнее сцепление обстоятельств, которое с этой своей стороны может произвести именно такое впечатление.

§ 4 Конкретное понимание соотношения государства и права           323

§ 4. Конкретное понимание соотношения государства и права

Здесь была предложена предельно общая и абстрактная схема (односторонняя, неполная) теоретической реконструкции проблемы. Если же необходимо получить конкретное, т.е. полное, развернутое, целостное научное представление по данной проблеме, то эта схема с неизбежностью должна дополняться суммой знаний и понятий, например: об исторически реальных типах государства, права, общества (в частности, от так называемого азиатского способа производства, общества с элементами кастовой структуры, традиционного общества, индустриального общества и др.); временных и содержательно-сущ-ностных стадиях движения общества, государства, права (становление, развитие, кризис, деградация, переходный период, принципиальная смена исторических моделей их существования и функционирования и т.д.); идеологических и мировоззренческих ориентациях и ценностях общества, его социальных и политических структурах (религиозные системы, те или иные профили идеологических систем, набор политических институтов и принципов и т.д.).

В настоящее время очевидно усиление интеграционных процессов (континентального и межконтинентального масштаба) различного свойства– политического, институционального, экономического, финансового, правового, военного и др. Без учета данного глобального характера факта (ясно, что он может усиливаться или ослабляться, тормозиться или прекращаться) тоже нельзя составить конкретное теоретическое понимание проблемы соотношения государства и права. Во всяком случае, значение прежде всего практического свойства таких вещей, как международные правовые стандарты (права человека, определенные класс нормативных актов, набор правовых установок в различных сферах жизни общества и человека), своего рода международные государственные стандарты (принцип разделения властей, набор демократических институтов, процедур и технологий), весьма велико для построения и оценки соотношения исторически и социально-конкретного государства и права.

Последние упомянутые обстоятельства – интеграционные процессы, международные правовые и государственные стандарты, складывающиеся и действующие явно или неявно уже достаточно долгое время, – заставляют учесть в рамках интересующей нас темы и роль преемственности. При этом преемственность как некий практический и идеологический процесс воспроизводства тех или иных государственно-правовых институтов, процедур, технологий, форм, идей объективно свойственна как внутреннему историческому движению обще-

324       Глава XI Соотношение государства и права

 

ства, так и межнациональным, межгосударственным взаимосвязям. Теоретически описанная и «сконструированная» модель социалистического государства и права и их соотношения, рожденная в XIX в. в странах Западной Европы, нашла, например, свое предметное воплощение уже в XX в. в России, ряде стран Восточной Европы и Азии. Дальнейшие судьбы этих государственно-правовых систем, их влияние на современное государственно-правовое развитие в названных регионах, в том числе на соотношение государства и права нельзя понять без учета фактора преемственности. Заметим, что это имеет место не только в современных нам исторических условиях. Подобного рода факторы характерны и для прошлых времен. Многократно описано и показано влияние, например, политических идей Т. Гоббса (XVII в.) на государственно-правовые процессы стран Европы последующих десятилетий.

Отметим еще одно обстоятельство, необходимое для конкретного осмысления соотношения государства и права. Речь идет о характерной в определенной степени для современной историософии идее столкновения цивилизаций (по А. Тойнби, в основе истории лежит вызов). Можно по-разному относиться к этой идее, но отрицать данный факт и его влияние на взаимодействие государства и права нельзя. Реакция мира на исторический вызов Запада (будь то в форме открытости, изолированности, дозированного заимствования) в конечном итоге заканчивается модернизацией мира или, по мысли А. Тойнби, его вестернизацией. Еще раз заметим, что отношение к данной идее неоднозначно, но закрывать глаза на такого рода практические исторические глобальные процессы (они, конечно, могут не состояться до конца) нельзя, если мы хотим составить адекватное представление о соотношении государства и права в конкретной стране.

Содержание, характер, тенденции, формы соотношения государства и права, конечно, могут определяться свойствами, особенностями, спецификой социальной, экономической, духовной структур общества, сменой исторического типа жизни общества, поиском альтернатив исторического развития (например, капитализм или социализм). Однако не только этим. Истоки данного соотношения могут содержаться в самой государственной власти, в системе государственных механизмов и правотворчества, в природе правовых образований. Как показывает разновременная и разнонациональная историческая практика, государство, государственная власть могут настолько дистанцироваться от общества, человека, что становятся замкнутой системой. Иначе говоря, возможна реальная ситуация, когда государство, если пользоваться словами Т. Гоббса, «имеет право на все». Достаточно привести

§ 4 Конкретное понимание соотношения государства и права           325

такие примеры, как Россия времен Петра I, СССР времен Сталина, Германия времен Гитлера, Камбоджа времен Пол Пота. И речь здесь идет не об относительной или гипертрофированной самостоятельности государства, а скорее всего, о распаде системных связей государства, общества, человека. В таких ситуациях соотношение государства и права, конечно же, настолько своеобразно, что не подпадает даже под самую удачную теоретическую схему вопроса. Иначе говоря, сложившаяся государственная, политическая машинерия настолько искусственна и чужда, что она вместе с правовыми установлениями органически не совпадает со своими социальными, человеческими, духовными основами.

Другой вариант. По оценке многих западных социологов, политологов, психологов, историков, современное капиталистическое общество, раскрепостив человека, предоставив ему широкий набор свобод, сделало его придатком экономических, политических, информационных технологий, лишив тем самым возможности реализовать свой духовный потенциал. Современное западное потребительское общество, потеснив нравственные начала и ценности на периферию, переживая духовный кризис, оказалось в тупике, в то время как государственно-правовые механизмы, соотношение государственных и правовых институтов достаточно отлажены и формально стабильны. Однако и в данном варианте анализ соотношения государства и права необходимо должен дополняться анализом реальных социально-экономических и духовно-нравственных процессов в таком обществе.

Теоретический анализ соотношения государства и права (на уровне абстрактной схемы или на уровне взаимодействия реальных государственно-правовых структур) должен учитывать и такое обстоятельство. Когда мы имеем дело с государством и правом, то имеем дело пусть с противоречивыми, сложными, но органическими, живыми, меняющимися системами, явлениями, созданными социально-духовным творчеством (противоречивым, длительным, порой запутанным и ошибочным) людей. А это означает, что здесь не может быть однажды раз и навсегда четко зафиксированных измерений, показателей, формул, параметров соотношения государства и права. Социально-экономическая динамика, которая нередко может сопровождаться и успехом, и кризисом, и дезорганизацией, и деградацией (вплоть до полного распада), самым решающим образом оказывает влияние на соотношение государства и права. В свою очередь, особенности государственно-правовых структур могут быть таковыми, что они могут привести к кризису и даже гибели социально-экономической системы.

326       Глава XI. Соотношение государства и права

 

Применительно к соотношению государства и права невозможно выстроить систему предельно четких показателей, раскрывающих всю сложность и переменчивость данного соотношения. Ни более или менее определенность демократических институтов, процедур, систем, ни законодательный процесс, ни наличие или отсутствие конституции, ни принцип разделения властей, ни количество и соотношение по юридической силе нормативно-правовых актов и т.д. не могут служить достаточными аргументами в пользу той или иной оценки соотношения государства и права. Именно в силу данного обстоятельства здесь нельзя определить максимальный или минимальный набор показателей. Еще сложнее в таких случаях осуществлять тот или иной прогноз.

И еще один момент. Широко обсуждаемые в отечественной юридической литературе идеи правового государства не могут исчерпать проблему соотношения государства и права ни как теоретическая попытка описать реальное положение вещей, ни как стремление сформулировать цели и перспективы государственно-правового развития Российской Федерации. Набор признаков или черт (он различен и в научных исследованиях, и в учебной литературе) правового государства нередко составляется в зависимости от степени демократизма или практической значимости научных усилий автора. И верховенство закона, и законность, и взаимная ответственность государства и личности, права и свободы человека и др., как чаще всего упоминаемые в литературе признаки правового государства, дополненные условием построения «гражданского общества», взятые вместе, напоминают некую программу политико-юридического и социального свойства, которую необходимо реализовать обществу, чтобы стать совершеннее. Иными словами, здесь мы имеем дело с определенными идеологического профиля пожеланиями, нежели с теоретико-критическим осмыслением проблемы, которая, на наш взгляд, на разных стадиях развития общества, его противоречивого (а это не болезненное, не патологическое состояние) исторического движения может и пониматься, и решаться нестандартно.

Предыдущий | Оглавление | Следующий










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.