Оглавление | Следующий

Роль традиций философии права в формировании правовой культуры личности

Формирование правовой культуры современного российского общества требует переосмысления сложившейся системы ценностей, нравственно-правовых идеалов. Сегодня гуманитарные науки, и правовая наука в том числе, Могут развиваться, лишь опираясь на духовный опыт народа, сконцентрированный в его вере, нравственных ценностях, особенностях правосознания. Этот опыт нашел свое отражение и осмысление в русской философии права. Ее возрождение должно стать важной предпосылкой целенаправленного формирования правовой культуры личности и общества. Необходимость этого осознается как философами, так и юристами, причем последними даже в большей степени. В этом видится возможность преодоления десятилетиями господствовавших в нашей науке юридического позитивизма и догматизма, а также возрождения традиций отечественной юридической науки. Русская культура – через православие и Византию – прямая наследница культуры античной. В русской философии права (речь, однако, вовсе не идет о всех ее представителях) мы находим действующими ее основные принципы, которые уже прошли через горнило последующих философских школ и традиций и преображены в свете исторического опыта христианства.

 Понятия античных философов о связи справедливости и права, об общественной жизни личности как одном из условий осуществления ею своей свободы, о роли семьи в государстве и ряд других обретают новый – глубочайший – смысл в пространстве христианской духовности. Как для христианского, так и для античного мыслителя важно показать «посюсторонность» всеобщего, истинного бытия. Хотя Бог мыслится как трансцендентное бытию начало, он все же не чужд ему. Boг, бытие, отдельные виды бытия (природа, материя, жизнь, сам человек) не противостоят друг другу, хотя их место и различно в иерархической структуре мироздания.

 Такой взгляд требовал, как показала история мысли, научиться достигать единое бытие в качестве бытия, способного к саморазличению. He осознав единства всех граней бытия и себя самого в этом единстве, человек будет ощущать весь мир чуждым ему, а значит, рано или поздно, – враждебным миром. Знание же единства бытия внут-

История философии права. Под ред. Керимова Д. А.  – СПб., Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. С.3

ренне примиряет человека с миром, позволяет преодолеть трагический разлад с ним. Это единство христианская Церковь учит постигать через единство Бога, в своем единстве различающего себя на отдельные моменты, ипостаси.

Святые Отцы и Учителя Церкви, прежде всего Василий Великий, Григорий Богослов, Иоанн Дамаскин, Епифаний Кипрский, обосновывая целостное понимание Бога и природы бытия, многократно усилили то, что можно было бы назвать этическим аспектом древней онтологии, т.е. понимание всеобщего бытия как абсолютного добра или блага, зримым выражением которого являются христианское государство и право. Конечно, эта идея не чужда и языческой философии (скажем, Платону), но именно в христианской традиции она получает доминирующее звучание, объединяясь, к тому же, с идеей свободы. Жизнь человека только тогда является бытием, когда суть ее составляет свобода. Поэтому из принципов единого бытия, постигаемого как абсолютное добро, должна быть дедуцирована система условий и форм бытия человеческой свободы. Эта система и есть то, что в христианской европейской традиции понималось как система права (или подразумевалось под ней). Она не представляет собой некоторую совокупность произвольных установлений людей, но есть результат постижения ими воли Бога и вечного смысла бытия. Право, при таком понимании,– это система свободы, укорененная в бытии абсолютного добра и освященная Божественной Благодатью.

В восточной патристике, идеи которой веками питали культуру русского человека (включая и правовую культуру), мы не найдем развернутой теории права. Однако если мы захотим развивать последнюю, как это делали представители русской философии права, оставаясь в лоне христианской традиции, то обязательно должны будем исходить из того понятийного пространства, которое очерчивается христианской философской мыслью и складывается из взаимосвязи проблематики добра и зла, вопросов, касающихся порядка бытия и его отношения к воле Бога, затруднений, связанных со свободой воли человека.

Можно утверждать, что за пределами правового сознания Запада осталось многое из того содержания, которое было достигнуто в ходе размышлений как античных, так и христианских мыслителей о бытии, о свободе и о человеке. Право Запада развивалось, скорее, как право закона, а не как право Благодати. Фома Аквинский, учение которого о праве стало основной парадигмой юридического мышления Запада в эпоху «высокого» Средневековья и Нового времени, дедуцировал его из установленного Богом порядка бытия, в котором различаются закон вечный и закон «естественный». При этом последний трактуется как форма включения человека в пределы вечного закона. Естественный закон раскрывается разуму в различении добра и зла. Установления этого закона образуют систему естественного права, на которой, в свою очередь, должны основываться все законы людей. Фома является продолжателем святоотеческой традиции (в ее западном варианте, конечно), поскольку он укореняет право во всеобщей природе бытия

История философии права. Под ред. Керимова Д. А.  – СПб., Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. С.4

(естественный закон). Если это и правильно, то все же недостаточно глубоко, ибо сам естественный закон понимается Аквинатом несубъективно, недуховно. Духовное начало человека, принцип свободы, остается вне содержания естественного закона и, что особенно важно, за пределами его формы.

В Новое время нравственный смысл естественного права легко подменялся механистической концепцией общественного договора (Т. Гоббс, Дж. Локк) или натуралистическими концепциями Просвещения (Ж.-Ж. Руссо). И в том, и в другом случае в основе права лежала предпосылка, исключавшая духовное начало бытия. Теория естественного права была поднята до истинно научного уровня лишь благодаря усилиям -классиков немецкой философии – И. Канта, И. Г. Фихте и особенно Г. В. Ф. Гегеля. Основа права стала определяться ими не как некий всеобщий закон бытия (естественный закон), отчужденный от человека и внешний ему, а как духовно постигнутое бытие, как дух,

 Думаем, что в трудах классиков немецкой философии русских юристов прежде всего привлекало сочетание строгой научности изложения с непременной ориентацией на идею свободы, которая занимала центральное место в философско-правовых системах Канта, Фихте, Шеллинга, Гегеля. В их философских учениях рассматривались онтологические и персоналистические предпосылки понятия свободы, разворачивая содержание которого, они приходили к определению понятия права. Это понятие позволяло выделить собственно правовой аспект Ю всего многообразия общественных взаимосвязей человека.

 Так, например, Кант трактовал свободу прежде всего как независимость человека от принуждения и произвола. И поскольку свобода может быть совместима со свободой каждого другого человека, соответствующей «всеобщему нравственному закону», именно свобода должна рассматриваться как единственное первоначальное право, присущее каждому человеку в силу его принадлежности к человеческому роду. Исходя из этого; Кант определяет, что право – это совокупность условий, при которых произвол одного лица совместим с произволом другого лица с точки зрения всеобщего закона свободы.

Фихте также рассматривал право как внешнее условие реализации человеком себя, в качестве свободной личности. Важнейший вклад Фихте в философию права состоит в попытке вывести, дедуцировать всеобщие принципы права, исходя из единого высшего принципа, которым является абсолютная свобода.

Гегель, определяя предмет философии права, утверждал, что этим предметом является понятие о природе свободы вне зависимости от того, что признано, от представления данного времени[1].

Разумеется, далеко не все из идейного наследия немецких классиков было воспринято у нас (как, впрочем, и в других странах). Зачастую Фихте или Гегеля понимали поверхностно или даже прямо неверно.

История философии права. Под ред. Керимова Д. А.  – СПб., Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. С.5

Так, Гегеля, скажем, совершенно несправедливо упрекали в логицизме (т.е. в стремлении подгонять факты действительности под априорную логическую схему) или в принижении индивидуального начала личности перед всеобщим началом, воплощенным в обществе и государстве. К сожалению, и сегодня продолжает сохраняться упрощенный взгляд, сформировавшийся под влиянием идей позитивистов и не в последнюю очередь К. Поппера, приписывавшего концепциям Гегеля и марксизма тоталитарный характер, источники которого он видел чуть ли не в философии Гераклита и Платона[2]. Работы гегелеведов последних лет показывают, что действительное осмысление глубин мысли великих немецких философов еще только начинается и что совершенно устарели подобные упрощенные оценки классического наследия, с которыми на Западе можно было встретиться несколько десятилетий назад (а у нас они распространены и поныне). Сегодня творческое наследие Канта, Фихте, Шеллинга и Гегеля на Западе внимательно изучается многочисленными научными коллективами. Особенно больших успехов достигают коллективы, чьи научные интересы связаны с подготовкой их трудов к переизданию. И этот опыт неплохо было бы перенять нам и в отношении западной философско-правовой традиции, и особенно – в отношении традиции нашей, отечественной.

В. С. Соловьев вслед за Шеллингом развивает понятие всеединства, учение о единстве истины, добра и красоты в Абсолюте. На этой онтологической основе строится его учение о праве как минимуме осуществленного добра. Гегелевскую мысль о реализации идеи свободы в объективном мире развивает Б. Н. Чичерин, строя систему учения об основных формах осуществления свободы: личность и общество; право и нравственность; общественные союзы. В «Энциклопедии права» E. H. Трубецкой конкретизирует выдвинутое его предшественниками понятие права с нравственно-философских позиций, трактуя его как внешнюю свободу, предоставленную и ограниченную внешней нормой. Предметом философии права, по Трубецкому, является свобода, вечные ценности, отношение права и нравственности. Важное место в философии права, согласно Трубецкому, занимает вопрос о природе естественного права. И. А. Ильин видел смысл философии в познании Бога и божественной основы мира, в изучении истины, в постижении добра и красоты как сущностей, исходящих от Бога. Ильин объяснял духовный упадок в обществе недостаточной твердостью веры в народе, высказывая надежду на будущий подъем православия. Стремясь ко всеобъемлющему синтезу в философско-правовой науке, Ильин вслед за своим учителем П. И. Новгородцевым пытался в своей интерпретации права совместить традиционно, противопоставляемые правовые идеи Канта и Гегеля: идею личной свободы, духовной самостоятельности человека и идею духовного единства людей. Согласно Ильину, философия права должна усвоить сущность права, свободы личности, морали, нравственности,

История философии права. Под ред. Керимова Д. А.  – СПб., Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. С.6

добродетели и государства, раскрыть их духовное значение и назначение и указать им их место в ряду «самоосвобождения духа».

Философия права являлась одним из ведущих направлений русской общественной мысли конца XIX–начала XX вв., но, возможно, в силу ее сложной специфики она до настоящего времени остается все еще не интегрированной в систему современного юридического образования. Опыт трактовки и изучения предмета философии права, исследования его отношения к положительному праву, к вопросам становления личности и культуры, накопленный русской философско-правовой мыслью, обязательно должен быть востребован.

На сегодняшний день в нашей правовой науке в целом сложилось два основных подхода к трактовке философии права и ее предмета. Одни полагают, что философия права представляет собой распространение общей философии на проблемы права. Такой подход представляется неправомерным, поскольку ведет к схематизму, к навязыванию абстрактных философских схем и аксиом живой правовой действительности. Это положение является своеобразной «калькой» с известного в прошлом сталинского определения исторического материализма в качестве результата распространения принципов диалектического материализма («общей философии») на область социальной жизни.

Второй подход – философия права есть часть теории права, специализирующаяся на проблемах методологии. Здесь мы видим традиционную точку зрения позитивизма, который либо вообще отрицал значение философского знания, либо стремился свести роль философии к подчиненному положению, ограничив его методологической функцией. Разумеется, философия права призвана разрабатывать методологию исследования, так как обладает несравненно в большей мере, чем любая другая отрасль юридического знания, теоретико-методологической значимостью. Но к методологической функции отнюдь не сводится роль философии права. Не следует забывать о мировоззренческой, теоретико-познавательной, аксеологической и праксеологической функциях философии вообще и философии права в частности. Реализовать эти важные функции философия права может лишь в том случае, если она имеет свой собственный предмет познания.

Иногда можно встретить точку зрения, согласно которой предметом философии права является естественное право. На наш взгляд, это неверно, так как любая философская дисциплина лишь тогда является философией, когда она раскрывает важнейшие философские вопросы о всеобщих первоосновах бытия, об отношении мышления и бытия, о месте человека в мире. Предметом же теории естественного права являются не всеобщие первоосновы бытия и мышления, а особый вид права, а именно: вечное, божественное, неписаное право, в котором воплощается идея справедливости и абсолютного добра. Это вечное, «естественное» право противопоставлялось «писаному», положительному, временному праву. Конечно, сам факт существования такого вечного права нуждался в философском обосновании, которое давала философия права. Однако от этого теория положительного права сама вовсе

История философии права. Под ред. Керимова Д. А.  – СПб., Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. С.7

не становилась философией, продолжая оставаться именно позитивной наукой о праве, даже несмотря на то, что она анализировала вечные категории справедливости, права, добра, нравственности. Философия права как самостоятельная наука имеет свой собственный предмет, который не может отождествляться с учением о естественном праве.

Сложившийся в русской традиции подход к определению философии права, ее предмета вытекал из понимания сущности философского знания. Его удачно выразил И. В. Михайловский: «И как общая философия стремится познать не только абсолютные первоосновы мира, но и тот порядок, в котором эти первоосновы проявляются, способ реализации их в мире, так и философия права должна показать те общие пути, те принципы, при помощи которых абсолютная идея права как часть общемирового этического порядка реализуется в окружающей нас среде и в истории культуры»[3].

Сегодня, говоря об отношении философии и теории права, нельзя представлять себе дело так, будто речь идет о синтезе двух в равной мере сформировавшихся, противостоящих друг другу областей знания. Подобный подход был бы очень серьезным упрощением, искажающим суть их взаимосвязи. Бесспорно, что философия первична по отношению к любой положительной науке о природе, человеке и обществе, как первична сама мысль, созидающая науку. Поэтому «вхождение» науки о праве в область философии может быть понято лишь как ее неизбежное возвращение к собственным теоретическим истокам (которые в пределах самого правоведения, как и во всякой положительной науке, никогда не могут быть отрефлексированны). Ведь именно философия и философское познание сущности бытия составляют действительный исторический и генетический источник формы научного знания.

Познание берет свое начало в человеческом духе, который является единственным в своем роде, и это создает очевидную внутреннюю связь между философией и теорией права. Человеческое знание представляет собой единство, которое имеет органический и систематический характер и внутренне дифференцировано. Значит, вместе с указанием на единство необходимо установить также и границы между правовой и философской науками, а именно – для объяснения ее различных предметов и задач и в дальнейшем для познания различия источников, из которых следует черпать знания, чтобы создать каждую отдельную область знания.

Философия права, таким образом, обладает по отношению к теории права независимостью и самостоятельностью. Но между ними существует и необходимость взаимопроникновения: так, если у теории права есть потребность в философии права, в силу того, что она заимствует у нее ведущие положения, то и философия права должна принимать во внимание историческую действительность, которая раз-

История философии права. Под ред. Керимова Д. А.  – СПб., Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. С.8

рабатывается теорией права. Любая научная теория, в том числе и теория права, включает в себя историческое и логическое содержание (следует различать принятое разделение учебных дисциплин и внутреннее деление научной теории в соответствии с понятием права). Это содержание должно быть вписано в совокупную картину общего юридического знания. Таким образом, теория права и философия права могут и должны существовать друг с другом, и философия права не может не признавать важность отдельных юридических наук, как и наоборот – отдельные юридические науки не признать значимость философии.

Философия права составляет методологическое и мировоззренческое основание теории права, формируя правовую культуру личности. Этим определяется ее практическое значение. Однако философия права не может подменить собой эту теорию, призванную заниматься анализом эмпирического материала, который заключен в исторически сложившихся нормах права, в переплетении случайного и необходимого в правовой действительности, в сравнении правовых систем различных народов. Не следует ожидать от философии права также и обобщения этого материала, что должно быть делом самой правоведческой науки. Философия права имеет свой собственный предмет, связанный с предметом философии в целом, но не тождественный ему.

Философия познает всеобщую сущность бытия. В этом познании всеобщее бытие, бытие как таковое раскрывает свои существенные грани, как бы высвечиваясь в бытии человека, природы, государства... Эти стороны знания бытия формируются в отдельные науки: о природе, об обществе и др., включая и философию права. Философия права изучает сущность государства и права в связи с философским учением о всеобщем бытии, разрабатывая вопросы правовой онтологии и методологии, охватывая, следовательно, широкий и сложный круг вопросов, к числу которых относятся такие вопросы, как историко-логическое познание права, волевая природа права, познание цели права, познание свободы и ее реализация правом и ряд других[4]. Философия права не может подменяться ни компендиумом специальных наук о праве, ни теорией естественного права. Философия права рассматривает более глубокие, фундаментальные основы этих сущностей в общей структуре мироздания и мышления человека. Философия права конкретизирует тем самым «первую философию» (Аристотель), показывая, каким образом всеобщая сущность мироздания заключает в себе возможность (и необходимость) бытия личности, бытия права. Это позволяет отделить принципы естественного права, укорененного в бытии, от мертворожденных норм. Последние (пусть даже они утверждены государством или случайно закреплены традицией) все равно имеют лишь видимость бытия. Эти мертворожденные нормы, имитируя

История философии права. Под ред. Керимова Д. А.  – СПб., Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. С.9

форму права, становятся, однако, совершенно неотличимыми от истинных правовых норм, поскольку в области права существенна именно формальная сторона дела. В жизни ложные нормы обличает суд истории. В сфере же теоретического мышления такую возможность дает только философия права, без которой теория права слепа.

Поэтому не является исторической случайностью также то, что важнейшие основы теории государства и права развивали именно философы. Различия в понимании природы бытия, обусловленные национальными и историческими особенностями, а также общим уровнем развития философии, определили также различия теорий философии права. Учения Аристотеля и Локка, Руссо и Канта, отражая характер своего народа и его правовой культуры, дух своей эпохи, стали базой для разработки конкретных правовых концепций. К ним мы обращаемся поэтому всякий раз, когда хотим понять суть той или иной правовой концепции. Но этим не исчерпывается значение философско-правового наследия великих мыслителей прошлого. Их учения являются этапами в понимании человеком самой сущности правовых отношений и поэтому имеют непреходящее значение. Только изучив труды великих философов, мы можем понять истинную сущность государства, права, справедливости.

Тесная связь имеет место также между теорией права, философией права и этикой, которая исследует принципы человеческих действий как, например, идеи свободы, долга, добра и зла. Между этими областями знания существует в действительности постоянная параллель. При исследовании права мы всегда находимся в соприкосновении с моралью, с проблемами добра и зла. Чтобы определить право логически, мы должны поэтому прежде всего отличать его от морали и нравственности[5], так как речь идет о понятиях, которые внутренне взаимосвязаны. Все это – проблемы, которые обходил стороной «юридический позитивизм», господствовавший в советский период нашей истории. Он оставлял немного места для проблем, составлявших круг интереса классической философии права. Если право трактовалось как выражение воли господствующего класса, а законодательная деятельность в основном должна была служить защите общественного строя, сложившегося исторически, а потому преходящего, то вопросы об абсолютном в праве, об отношении права к вечным ценностям бытия человека – к вере, истине, справедливости и др. – обречены были оставаться на периферии правосознания. Не случайно и то, что сделанное в области философии права за восемьдесят лет после Октябрьской революции невозможно сравнивать с тем, что сделано за те же годы до нее. Упущение тем более досадное, что на «позитивистски мыслящем»

История философии права. Под ред. Керимова Д. А.  – СПб., Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. С.10

Западе философия права глубоко интегрирована в систему правоведческих наук, ее идеи весьма существенны как для юридического образования, так и для формирования правосознания. Достаточно указать на влияние феноменологической школы права (М. Шелер, Ю. Хабермас) или, к примеру, скандинавского «правового реализма», опирающегося на принципы аналитической философии (А. Хагерстрем, К. Оливекруна, B. Лундстедт).

Развитие отечественной философии права – задача совершенно необходимая, если мы действительно хотим создавать правовое государство, продолжающее национальные и духовные традиции русского народа. И важнейшим шагом на пути к ее решению должна стать актуализация традиций и идей отечественной философии права.

Следует осваивать и возрождать традиции нравственно-правового уклада России, позволившего ей сохранить здоровье нации, наращивать державность в течение столетий до тех пор, пока процесс развития не был искуственно прерван, пока революционные реформаторы не стали изменять соборный дух русских людей в сторону классовой нетерпимости и уравниловки. Любой радикальный поворот в сторону бездуховности не замедлит дать свои результаты в правовой сфере. А именно: будет нарастать криминализация общества, десоциализация личности, деформация правовой культуры. Это наглядно показывает как опыт прошлого, так и опыт сегодняшних дней.

Возрождение традиций русского права, правовой культуры и правосознания невозможно без глубокого и всестороннего изучения русского философско-правового наследия.

Авторы выражают благодарность А. А. Ермичеву, Д. А. Керимову, А. С. Колесникову, Э. В. Кузнецову, Д. И. Луковской, А. В. Полякову,

C. А. Сидорову, Г. Н. Хону, познакомившимся с работой в рукописи и высказавшим ряд ценных замечаний.

При подготовке материалов существенную помощь оказали А. С. Качуев, К. Т. Ростов, Т. В. Соснина, О. Ф. Хлебосолова, администрация и сотрудники Российской национальной библиотеки, которым мы также искренне признательны.

При подготовке этой книги были использованы справочные и библиографические материалы, а также следующие издания:

Замалеев А. Ф. Лекции по истории русской философии. СПб., 1994.

Замалеев А. Ф., Осипов И. Д. Русская политология: Обзор основных направлений. СПб., 1994.

Зеньковский В. В. История русской философии. Т. 1–2. Л., 1991.

История политических и правовых учений. М., 1985–1989.

История философии: Запад–Россия–Восток (книга первая – вторая). М., 1996.

Керимов Д. А. Основы философии права. М., 1992.

История философии права. Под ред. Керимова Д. А.  – СПб., Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. С.11

Лосский Н. О. История русской философии. М., 1991.

Коркунов Н. М. История философии права. СПб., 1896.

Кузнецов Э. В. Философия права в России. М., 1989.

Новгородцев П.И. Политические идеалы Древнего и Нового мира. Вып. 1–2. М., 1913–1914.

Нерсесянц В. С. Философия права. М., 1997.

Осипов И. Д. Философия русского либерализма (XIX–начало XX в.). СПб., 1996.

Русская философия: Словарь / Под общ. ред. М. А. Маслина. М., 1995.

Русская философия права: философия веры и нравственности / А. П. Альбов, Д. В. Масленников, А. И- Числов, С. В. Филиппова; Под ред. В. П. Сальникова. СПб, 1997.

Сурия Пракаш Синха. Юриспруденция. Философия права: Краткий курс. М., 1996.

Тихонравов К. В. Основы философии права. М., 1997.

Хёффе О. Политика. Право. Справедливость. Основоположения критической философии права и государства. М., 1994.

История философии права. Под ред. Керимова Д. А.  – СПб., Санкт-Петербургский университет МВД России, 1998. С.12

Оглавление | Следующий



[1] Гегель Г. Философия права М., 1990. С. 384.

[2] Popper К. The Open Society and Its Enemies. Vol. 2. London. P. 27

[3] Цит. по: Русская философия права: философия веры и нравственности / А. П. Альбов, Д. В. Масленников, В. П. Сальников, А. И. Числов, С. В. Филиппова. СПб., 1997. С. 235.

[4] Подробнее см.: Керимов Д. А. Основы философии права. М., 1992; Нерсесянц В. С. Философия права. М., 1997.

[5] Юридическая наука должна иметь в виду существующее в классической философии права различие между моралью, относящейся к области субъективного в системе духовных ценностей, и нравственностью, которая объединяет нормы и ценности, воплощенные и закрепленные в сфере объективных отношений (семья, общественные отношения и связи, социальные институты).










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.