Предыдущий | Оглавление | Следующий

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. СУБЪЕКТИВНОЕ ПРАВО

§ I. Субъективное право юридическое право субъекта

Право не сводится к совокупности юридических норм, оно воплощено в правах участников общественных отношений. Это юридические (юрисдикцией обеспеченные) права – они общезначимы и защищены государством, им соответствуют юридические обязанности, которые вместе с правами записаны в общих нормах законодательства, в судебных решениях, сформулированы в правовых обычаях. Носители юридических прав (обязанностей) – субъекты права, вне деятельности которых нет и не может быть реальной правовой действительности. Общественные отношения могут выражаться в виде всеобщей социальной связи членов данного сообщества или в качестве непосредственного, прямого их общения. Соответственно и юридическая форма взаимодействия субъектов права заключается в общей правовой связи или в конкретных правоотношениях[1]. Юридические права субъектов именуют субъективным правом потому, что они принадлежат субъектам. Такое наименование выработано юриспруденцией, оно традиционно. Впрочем, вне вопросов связи с объективным правом можно обойтись термином право субъекта, если только не забывать, что у людей (организаций) есть и неюридические, т.е. социального свойства, права (например, моральное право, права членов общественных объединений и т.п.).

Юридические категории объективного и субъективного права не следует смешивать с философскими понятиями объективного и субъективного. Как и в случае подразделения юридической формы опосредования общественных отношений на правовые связи и правоотношения, категории объективного и субъективного права выработаны правоведением для того, чтобы глубже познать юридическую надстройку. Каждая наука вырабатывает свой категориально-понятийный аппарат, выработала его и юридическая наука. Категория объективного права отражает факт

Общая теория права. Явич Л. С. – Л., Изд-во ЛГУ, 1976. С. 160

объективации господствующей воли в общих юридических нормах. Категория субъективного права подчеркивает, что это – наличное право субъекта. В то же время зависимость субъективного права от субъекта относительна, коль скоро мера юридически гарантированного возможного поведения предопределена господствующим типом производственных отношений и выражает волю господствующего класса. Относительна и независимость объективного права от участников общественных отношений. Субъекты как представители господствующих классов принимают участие в формировании объективного права (в законодательной деятельности). С практической точки зрения, важна принадлежность субъективного права соответствующим субъектам, в то время как само по себе существование объективного права (юридических норм) еще не означает, что предусмотренные им юридические возможности действительно кому-либо принадлежат и могут быть использованы.

Философская проблема объективного и субъективного в праве не имеет прямого отношения к рассматриваемому вопросу в том смысле, что объективное и субъективное право в одинаковой мере являются надстроечными феноменами, относятся к субъективной стороне общественного развития, содержание которого дано материальным производством (объективный фактор социального движения). Если же судить по относительной близости к производственным отношениям, то окажется, что общие юридические нормы в принципе дальше от отношений собственности и обмена, чем права и обязанности субъектов этих отношений. Правовые связи и отношения непосредственно наполнены социальным содержанием, которое в нормах законодательства выражено в идеологизированной и абстрактной форме. Иной вопрос, что абстрактное право в соответствующих условиях способно достаточно точно выразить объективные тенденции общественного развития, оно обладает преимуществом всеобщности и в состоянии концентрировать в себе различные потребности господствующего способа производства. Если стремиться во всех случаях давать философскую интерпретацию юридических категорий, то в соотношении объективного и субъективного права скорее воплощены философские категории абстрактного и конкретного. В этом плане можно вспомнить ленинское замечание о том, что конкретное богаче абстрактного[2], что Гегель понимал развитие как движение от абстрактного к богатому конкретному[3]. Философы отмечают, что движение происходит не только от низшего к высшему, «но и от менее богатого, одностороннего и в этом смысле абстрактного содержания к все более и более богатому, многогранному конкретному содержанию»[4].

Общая теория права. Явич Л. С. – Л., Изд-во ЛГУ, 1976. С. 161

Сложность применения к объективному и субъективному праву философских положений о соотношении абстрактного и конкретного заключается в том, что в генетическом плане общие юридические установления оказываются результатом абстрагирования от конкретных казуальных правовых решений. В то же время юридические нормы, в свою очередь, воплощаются в жизни через конкретные права (обязанности), обогащаются их полнокровным и качественно различным социальным содержанием. Не является ли диалектическое противоречие между абстрактным и конкретным в формировании и в реализации права своеобразным, специфическим источником движения юридической формы? Да, это так, если не абсолютизировать это противоречие, не упускать, что у права есть и иные внутренние противоречия (между сущностью права и ее явлением, содержанием и формой права и т.п.).

Развитие производственных и иных фактических отношений влечет изменение потребностей, интересов, притязаний, что обусловливает формирование новых прав и обязанностей, требующих своего закрепления в объективном праве. Новые юридические нормы реализуются в правовых связях и отношениях, которые наполняются динамичным социальным содержанием, порождающим в дальнейшем потребность преобразования юридической формы. Практически происходящий процесс формирования общих норм права и их дальнейшей конкретизации в субъективных правах (обязанностях) отличен от абстрагирования в теории. Научное обобщение приводит к образованию понятий, формулирует законы правоведения, в то время как правообразование завершается законами государства. Но в идеале законодатель также должен открывать объективные законы права и общественных отношений, осуществляемый им процесс абстрагирования подобен созданию научных абстракций, хотя имеет непосредственно практическую задачу. Путь от абстрактного к конкретному в познании, как уже упоминалось, ведет к воспроизведению богатства конкретного в мышлении. Этот же путь на практике приводит к субъективному праву и его дальнейшей реализации в жизненных отношениях. Субъективное право и юридические обязанности, реальные правовые связи и правоотношения оказываются критерием истинности юридических норм и наших представлений о действующем законодательстве. Процесс теоретического (логического) усвоения права выступает аналогом практически-юридического усвоения фактических общественных отношений.

И. Сабо пишет, что «понятие права есть не что иное, как статическое выражение общих абстрактных динамических правоотношений»[5]. Мы бы сказали иначе. Объективное право может быть интерпретировано как абстрактное статическое выражение динамических конкретных прав и обязанностей, правовых

Общая теория права. Явич Л. С. – Л., Изд-во ЛГУ, 1976. С. 162

связей и правоотношений, а субъективное право – как конкретное динамическое проявление общих юридических норм. И. Сабо верно пишет, что его позиция неидентична требованию включения в понятие права индивидуальных правоотношений, но он ошибается, полагая, что в жизни есть абстрактные правоотношения. На самом деле имеет место абстрагирование правоотношений в нормах права, в их юридических моделях.

Правовое регулирование общественных отношений включает общенормативное и индивидуально-нормативное воздействие в их противоречивом единстве. Только синхронность между ними, т.е. между объективным и субъективным правом, дает результат или является одним из непременных условий его наступления. Абстрактный характер объективного права обеспечивает охват типичных отношений и повторяющихся ситуаций. Конкретность субъективного права дает возможность опосредовать определенное жизненное общественное отношение и неповторимую индивидуальную ситуацию в пределах, предусмотренных общей нормой. То, что право в собственном смысле есть единство объективного и субъективного, абстрактного и конкретного, является лишь юридическим отражением особого качества предмета правового регулирования. Право регулирует отношения соответствующего вида, типичные по своей структуре, но складывающиеся в результате индивидуально-определенной деятельности различных людей (организаций) в конкретных ситуациях.

Благодаря единству объективного и субъективного права правовое регулирование общественных отношений поддерживается контактом господствующей объективированной воли с индивидуальной волей участников общественных отношений, общенормативное воздействие смыкается с индивидуально-конкретным, особенно, когда законодательство дает известный простор усмотрению субъектов и предусматривает акты применения юридических норм. Общенормативное и индивидуально-нормативное правовое регулирование дополняют друг друга, одно без другого не обходится[6].

Связь объективного права с субъективным, правомочия с юридической обязанностью проводит четкую грань между юридическими правами людей и их моральными правами, а также иными притязаниями, не защищаемыми государственным принуждением и юрисдикцией. Исторический материализм отвергает идею естественных, вечных, неизменных прав человека и наряду с этим разоблачает позицию юридического позитивизма, не признающую прав людей вне законодательства. К. Маркс писал об открытых североамериканцами и французами в ходе борьбы против феодализма правах человека[7], он показал, что граждан-

Общая теория права. Явич Л. С. – Л., Изд-во ЛГУ, 1976. С. 163

ство и права граждан есть лишь аллегория действительного человека и его реальных прав социального свойства[8], результат развития в последние столетия политического государства, его правовых отношений с подданными. Права человека связаны с социальными и экономическими условиями жизни людей, в то время как права граждан отражают их статус в политически организованном обществе, носят формально-юридический характер, равноправием прикрывают фактическое неравенство. В буржуазном обществе существует глубокое противоречие между членом гражданского общества и его политической львиной шкурой[9]. Из контекста многих высказываний К. Маркса и Ф. Энгельса видно, что они уделяли серьезное внимание соотношению прав человека и прав граждан, провозглашаемых и защищаемых властью. В «Немецкой идеологии» мы читаем о недопустимости противопоставления правомочий правам человека, об отсутствии тождества между правом человека и благоприобретенным правом, «дарованным» государством, что истоки того и другого коренятся в социально-экономической основе[10]. Ф. Энгельс писал, что прошли целые тысячелетия, прежде чем «из первоначального представления об относительном равенстве был сделан вывод о равноправии в государстве и обществе», что диктуемые характером общественных отношений свобода и равенство «были провозглашены правами человека»11.

Само по себе противопоставление человека и гражданина, соответственно прав человека и гражданина, объяснял К. Маркс, является следствием и символом отчуждения личности и отделения политического государства от общества, политического человека (гражданина) от естественного человека. Он писал, что лишь коммунизм есть «положительное упразднение частной собственности, как присвоения человеческой жизни, есть положительное упразднение всякого отчуждения, т.е. возвращение человека из религии, семьи, государства и т.д. к своему человеческому, т.е. общественному бытию»[11]. Тогда с отмиранием государства естественный и политический человек сольются в единое целое, сольются также права человека и права гражданина, юридическое обеспечение прав людей будет ненужным. Это будет истинное царство свободы, и создадутся условия для универсального развития личности[12].

С практически-политической стороны решающим моментом, определяющим в дальнейшем слияние прав человека и гражданина в единых правах и свободах членов коммунистического

Общая теория права. Явич Л. С. – Л., Изд-во ЛГУ, 1976. С. 164

общества, является экспроприация экспроприаторов, ликвидация частной собственности и эксплуатации человека человеком, обобществление на деле средств производства и установление политической власти трудящихся, реальный суверенитет трудового народа в государстве. Уже социализм должен снять и снимает противоположность между правами человека и гражданина, ведет к слиянию естественного и политического человека.

Тем не менее социализм еще нуждается в государственной организации общества, в гражданстве и в юридическом закреплении важнейших прав трудящихся, в правовом статусе граждан страны. Поэтому проблема субъективного права остается тут одной из важнейших социально-политических проблем, а нигилистическое отношение к юридическому закреплению возможностей отдельных лиц, учреждений и организаций недопустимо.

Одной из особенностей субъективного права является его обеспеченность корреспондирующими юридическими обязанностями соблюдения этого права всеми гражданами, учреждениями, должностными лицами и государственными органами, а также обязанность выполнения соответствующих требований управомоченного, благодаря чему он может за защитой своего права обратиться к соответствующему государственному органу, осуществляющему юрисдикционную деятельность.

О связи субъективного права и юридической обязанности придется подробнее говорить при рассмотрении многих проблем. В данном случае по этому вопросу надо сделать ряд общих, предварительных замечаний. Мы бы обратили внимание прежде всего на то, что, с социологической точки зрения, регуляция поведения, основанная на запретах и обязанностях, может в принципе и не быть связанной с определением гарантированных обществом мер возможного поведения, с установлением конкретных прав. Уже отмечалось, что тик, очевидно, и было на заре человеческого общества. Однако предоставление соответствующих прав трудно себе представить без одновременного возложения обязанностей не нарушать это право. Во всяком случае, это невозможно в классовом обществе, и до тех пор, пока люди не будут претендовать на исполнение обязанностей перед обществом, как на свое собственное право, что реализуется лишь на высшей фазе коммунизма. И второе. При юридической регламентации поведения зависимость между правами и обязанностями настолько жесткая, что без юридических обязанностей исчезает и само субъективное право.

Здесь уместно напомнить и то, что вытекающие из общих юридических норм обязанности также теряют социальный смысл, если нет субъектов, имеющих право требовать их исполнения и заинтересованных в том, чтобы реализовать свое право. Азбучной истиной является утверждение, что право обеспечено государственным принуждением. Но это принуждение осуществляют лица, управомоченные охранять правопорядок. Откиньте право

Общая теория права. Явич Л. С. – Л., Изд-во ЛГУ, 1976. С. 166

определенного круга должностных лиц осуществлять предусмотренные законом санкции, и юридические обязанности в лучшем случае превратятся в моральный долг. Но из этого следует, что право субъекта общественных отношений является юридическим лишь тогда, когда оно есть или может стать требованием, предъявляемым к юридически обязанным лицам, а юридические обязанности остаются таковыми до тех пор, пока на их исполнение кто-то имеет право притязать. Связь прав и обязанностей субъектов заложена в юридической норме, в объективном праве так же, как реальное бытие общих норм покоится на субъективном праве участников общественных отношений требовать исполнения юридических обязанностей.

В советской и зарубежной социалистической литературе нет общего мнения по поводу проблемы соотношения человека и гражданина, прав человека и гражданских прав. Одни признают наличие прав человека неюридического характера[13], исследуют их генезис в экономической сфере[14], проводят грань между понятиями прав человека, гражданина, лица[15], а другие считают различие между человеком и гражданином иллюзией буржуазного общества, не видят разного содержания в правах человека и гражданина[16], прямо пишут, что «социальные права реально существуют только в юридической форме»18. И. Сабо признает различие между правами человека и гражданина лишь применительно к капиталистическому обществу[17]. Весьма интересно, но несколько иначе ставит вопрос Г. Кленнер[18]. В происходящих дискуссиях можно обнаружить и терминологические недоразумения, связанные с тем, что их участники не всегда четко оговаривают, о какой разновидности прав и обязанностей идет речь. Между тем никто ведь из них не отрицает, что права граждан – это всегда юридические наличные права. Они конкретны по своей принадлежности субъектам и социальному содержанию, но могут быть всеобщими в смысле принадлежности каждому гражданину государства или индивидуально принадлежащими только субъектам соответствующих правоотношений. Существо же проблемы можно надеяться решить, лишь избегая крайних позиций. Нет никаких оснований ни для безоговорочного отождествления прав человека и гражданина, ни для непре-

Общая теория права. Явич Л. С. – Л., Изд-во ЛГУ, 1976. С. 166

ценного противопоставления прав человека юридически фиксированным правам граждан.

Право .рождается в сфере отношений производства и обмена, но не все притязания субъектов этих отношений получают официальное признание в позитивном законодательстве, и нельзя полагать, что социальные права реальны, а юридические – не имеют значения. Не больше причин и для того, чтобы реальными правами считать только то, что закреплено в законе. Моральные права также реальны. И тут не годятся метафизические крайности. Правовые системы и правосудие должны быть справедливы, но не всегда таковыми являются, не порождены моралью и идеями справедливости. Объективная необходимость юридической защиты комплекса прав людей коренится в господствующей системе производственных отношений, а не в самих социальных правах и их осознании. Реализация такой необходимости обусловлена настоятельностью экономической потребности, состоянием классовой борьбы, типом, государства. Процесс формирования субъективного права нельзя отрывать от формирования объективного права, он сложен и диалектичен, не может игнорировать рождающихся социальных прав, но и не сводится к их простой констатации в законодательстве. При известных исторических условиях вопрос о соотношении прав человека и гражданина может оказаться актуальным, политически важным, он должен разрабатываться и в науке, но его не следует ни игнорировать, ни абсолютизировать и искусственно раздувать. Противопоставление субъективному праву неюридических прав может быть использовано не только в прогрессивной борьбе за расширение демократических свобод граждан, но и реакционными силами для оправдания произвола. К сказанному добавим, что субъектами права во многих случаях являются организации, учреждения, должностные лица, государство, народ. Их правовой статус никак не может быть непосредственным юридическим выражением прав отдельных людей. Социальная и юридическая природа субъективного права требует самостоятельного изучения и описания.

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] Проблема соотношения социальных связей и отношений до сих пор не разработана научной социологией. Ее решение имело бы для науки права большое значение.

[2] См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч., т. 29, с. 212.

[3] См. подр.: Гегель. Соч., т. VI, с. 315.

[4] Шептулин А.П. Система категорий диалектики, с. 319.

[5] Сабо И. Основы теории права, с. 32.

[6] О значении индивидуального регулирования см.: Сборник аспирантских работ. Вып. 17. Свердловск, 1974, с. 3—46.

[7] См.: Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 400—406.

[8] См.: Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 399.

[9] См.: Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 391.

[10] Маркс К. и Энгельс Ф. Соч, т. 3, с. 318—319.

[11] Маркс К. и Энгельс Ф. Из ранних произведений. М., 1956, с. 589

[12] См.: Маркс К. Критика политической экономии (черновой набросок) – «Вопросы философии», 19bb, № 10, с 124

[13] Кечекьян С.Ф. Правоотношения в социалистическом обществе. М., 1959, с. 20.

[14] Мамут Л.С. Вопросы права в «Капитале» К. Маркса.— «Советское государство и право», 1967, № 12.

[15] Фарбер И.Е. Права человека, гражданина и лица в социалистическом обществе.— «Правоведение», 1967, № 1.

[16] Мальцев Г.Б. Социалистическое право и свобода личности. М, 1968; Матузов Н. И. Личность. Права. Демократия. Саратов, 1972. 18Правотворчество в СССР, с. 304.

[17] Сабо И. Социалистическое право. М., 1964.

[18] KlennerH. Die marxistische Menschenrechts-Konzeption. Dimensio-nen des Rechts. Berlin, 1974.










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.