Предыдущий | Оглавление | Следующий

Глава 14. ЗАКОННОСТЬ

1. Законность – важная сторона марксистско-ленинского подхода к праву, к правовой действительности.

2. Понятие законности (общая характеристика; элементы).

3. Законность и демократия (буржуазная).

4. Основные требования законности.

5. Право и законность.

6. Социалистическая законность.

7. Требование исключительности закона при социализме.

8. Гарантии социалистической законности.

9. Социалистический правопорядок.

 

1. Законность – важная сторона марксистско-ленинского подхода к праву, к правовой действительности.

Понятие "законность" характеризует правовую действительность, взятую под углом зрения практического осуществления права, идейно-политических основ правовой системы, ее связи с основополагающими общественно-политическими институтами, с политическим режимом данного общества.

Этот угол зрения принципиально важен для марксистско-ленинской общей теории права в нескольких отношениях.

Во-первых, понятие законности выражает реалистическое отношение к праву, к его общеобязательности, к его силе и ценности. В рамках буржуазной юридической идеологии зачастую правовые лозунги и формулы преимущественно сами по себе играют служебную роль ("юридически освещая" фактическое господство эксплуататорского меньшинства). С позиций же марксистско-ленинских взглядов право рассматривается главным образом в плоскости его реальных функций, его действительной общеобязательности, а значит, в реальном, осуществляемом виде. Именно поэтому в трудах В.И. Ленина, в документах Коммунистической партии, в законодательных актах правовые вопросы довольно часто характеризуются в качестве вопросов законности.

Во-вторых, с точки зрения марксистско-ленинской правовой теории, существенную ценность имеет принцип, идея законности. Не абсолютизируя этот принцип (в условиях революционной борьбы, ожесточенных классовых битв он может быть использован отживающими классами в реакционных целях), нужно постоянно иметь в виду, что применительно к социалистическому строю, идея законности непосредственно выражает глубоко гуманистический характер марксистско-ленинского учения, подлинно народную природу социалистической общественной системы, ее нацеленность на обеспечение и охрану прав личности, ее несовместимость с произволом и бесправием личности.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.217

Понятно в связи с этим, что выдвижение в первые же дни Великой Октябрьской социалистической революции принципа строжайшей социалистической законности не только выражает одну из существенных сторон ленинского плана государственно-правового строительства после завоевания власти трудящимися, но и носит программный характер, раскрывая гуманистическую, действительно нравственную природу марксистско-ленинского мировоззрения и социалистического строя.

В-третьих, понятие законности позволяет еще раз – после рассмотрения собственно права и правосознания – обратиться в рамках проблематики к высокозначимым общественно-политическим вопросам. Освещение законности как особого, самостоятельного общественно-политического явления определенным образом характеризует данную правовую систему, позволяет увидеть связь законности с природой социального строя, с особенностями свойственного стране политического режима, раскрыть ее значение как составной части, элемента классово определенной демократии.

2. Понятие законности (общая характеристика; элементы).

Законность – явление политико-правовой жизни, принцип политической системы.

В законности непосредственно проявляются единые политические, государственно-юридические закономерности политико-юридической надстройки в целом, да притом так, что право, государство, демократия, законность выступают в виде существующих в качестве элементов единой системы, тесно взаимодействующих друг с другом, взаимопроникающих социально-политических явлений. А это, помимо всего прочего, свидетельствует о весьма высоком науковедческом статусе вопросов законности, о том, что они представляют собой предмет не только юридического, но и философского, общесоциологического осмысления.

Однако указанное значение законность может приобрести лишь тогда, когда она, так сказать, развернулась, в полной мере обрела свойственные ей черты особого, самостоятельного общественно-политического феномена. С этой точки зрения важно выделять в законности следующие три элемента, логическая обусловленность и историко-временная последовательность между которыми довольно точно соответствует друг другу. Какие это три элемента?

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.218

Исходный, первый элемент законности – аспект общеобязательности права. Здесь законность является только проекцией, специфическим выражением свойств и регулятивных качеств права. Ведь право таково по самой своей природе, что мыслимо лишь в состоянии, когда образующие его нормативные предписания реально, фактически проводятся в жизнь. В данной плоскости, коль скоро есть право, значит, существует и законность, т.е. такой порядок, при котором участники общественных отношений должны строго соблюдать и исполнять нормативные предписания.

Следующий, второй элемент законности (и в исторической очередности фактов правовой действительности он на самом деле был вторым) – это идея законности, т.е. формирующаяся в правосознании (в первую очередь – в правосознании трудящихся, борющихся с эксплуататорами, в правосознании прогрессивных социальных сил) идей о целесообразности и необходимости такого реально правомерного поведения всех участников общественных отношений, при котором не оставалось бы места для произвола, фактически достигалась всеобщность права, действительная реализация субъективных прав. А такого рода идеи неизбежно "выходят" на вопросы социального строя, политического режима, словом, на категории политического сознания. В соответствии с этим идея законности, охватываемые ею начала (равенство всех перед законом, отсутствие привилегий, высшая сила закона, неотвратимость юридической ответственности за правонарушение и др.) выступают, прежде всего, по своей сути в качестве идеи политического сознания, начал политической демократии.

Третий, конститутивный, наиболее важный элемент законности заключается вот в чем. Законность как особое, отличное от собственно права самостоятельное явление складывается лишь тогда, когда отмеченные выше идея и начала воплощаются в особом режиме общественно-политической жизни, в системе требований законности. Причем весьма отчетливо проявляется тесная связь законности с правом как институционным образованием: именно потому, что право конституируется через закон (и иные формы), данный режим и именуется законностью.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.219

На рассматриваемый пункт хотелось бы обратить специальное внимание. Мысль о законности как об особом режиме общественно-политической жизни, высказанная в свое время И.С. Самощенко[1], ныне стала в социалистической правовой науке господствующей, ясно продемонстрировала свою жизненность, конструктивность. Но из чего складывается этот режим? Можно ли свести его к состоянию юридической правомерности общественных отношений, как полагает П.М. Рабинович[2]. По-видимому, нет, так как состояние правомерности выражает итоговую характеристику осуществления идеи законности, оно фиксирует реально достигнутое в общественных отношениях, то, что, скорее, относится к правопорядку[3]. Между тем режим – это всегда активное, действенное явление, подчиняющее себе поведение людей.

Вот почему представляется более правильным рассматривать в качестве составных частей содержания законности, ее субстанции то, что именуется требованиями законности. При этом, однако, нужно видеть в данных требованиях не идеи, не принципы правосознания, а политико-юридические реальности, воплощающие соответствующие идеи, принципы. Они представляют собой политико-юридические нормативные начала, входящие в состав данного политического режима. Объективируются требования законности в праве, в свойственных ему механизмах, в правовой системе, а также во всех иных общественно-политических институтах, в их организации и деятельности.

Предложенная трактовка законности ориентирует на то, чтобы рассматривать законность (коль скоро видеть в ней режим общественно-политической жизни) в качестве активной политико-юридической силы в обществе. Именно потому, что законность складывается из политико-юридических требований, утверждение в обществе режима законности означает наличие таких активных реальных нормативных; факторов (требований), которые призваны распространять на общественные отношения состояние юридической правомерности, строгое соответствие поведения людей предписаниям юридических норм, все то, что требует данный исторически определенный режим законности, в том числе обеспечение и охрану прав личности, ограждение ее от произвола и самочинных действий (включая действия государственного аппарата).

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.220

Принципиально важно, что при рассматриваемом подходе к законности, возможно, проводить ее конкретно-исторический, классовый анализ. Законность при таком подходе вообще оказывается "величиной" переменной и даже неоднозначной. В тех или иных общественных системах она может существовать только в виде аспекта общеобязательности права. В других – к этому первичному элементу присоединяется утверждающаяся в общественном сознании идея законности. В обществах же, где законность сформировалась как особый общественно-политический феномен, ее "величина" выражена в составе, глубине, характере тех требований, из которых законность складывается.

Можно проследить прямую зависимость состава и характера элементов законности (следовательно, ее "величину", смысл, значение в жизни) от политического режима. В наиболее элементарном виде "законность" предстает в обстановке антидемократических режимов. В условиях политических режимов буржуазной и социалистической демократии она обретает весь набор элементов и выступает в виде особого политико-юридического явления. Но и здесь опять-таки ее сущность различна: формальная при буржуазно-демократическом режиме, она при режиме социалистической демократии формируется в виде реальных, в интересах трудящихся существующих и осуществляемых политико-юридических требований

В связи с понятием законности в литературе поставлен вопрос о том, можно ли рассматривать ее в качестве общественно-политического явления, свойственного любому классовому обществу или же только обществу с исторически определенным демократическим режимом. Более того, ряд авторов, склоняющихся ко второму из указанных вариантов решения данного вопроса (И.С. Самощенко, В.В. Борисов и др.), высказали взгляд, в соответствии с которым законность возникает в условиях режима буржуазной демократии, когда в законодательстве воплощены мысли идеологов революционной буржуазии о верховенстве закона, о равенстве всех перед законом и т.д.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.221

Думается, однако, что сама постановка рассматриваемого вопроса не может быть признана достаточно точной. Она не учитывает сложный по своему содержанию, многоэлементный характер законности. Действительно, исторически момент, когда законность развернулась, обрела полный, хотя только формально выраженный набор элементов, можно отнести ко времени формирования режима буржуазной демократии. Но это вовсе не исключает того, что и в эпоху рабовладельческих и феодальных обществ, а также при недемократичных политических режимах не существовало и не может существовать известного "минимума законности"[4]. Прав М.С. Строгович, утверждающий, что "в том или ином виде законность (или ее элементы) можно видеть и в тех эксплуататорских государствах, где демократии вовсе не было"[5].

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.222

Прежде всего, в любом классово организованном обществе, разумеется, существует исходный элемент законности, который выражает общеобязательность права и состоит в требовании неукоснительного соблюдения и исполнения юридических предписаний. В данном отношении, т.е. с точки зрения своего исходного элемента, законность вообще выступает в виде метода деятельности государства[6].

В эксплуататорских государствах могут формироваться и становиться политико-юридической реальностью некоторые требования законности (например, требование верховенства закона, неотвратимость юридической ответственности за совершенное правонарушение). Еще в большей мере такое накопление элементов законности касается социальных механизмов, обеспечивающих взаимоотношения внутри господствующего класса, его полновластие; здесь, в частности, утверждаются и начала юридического равенства, и требование реального осуществления субъективных прав.

Словом, к вопросу о возникновении и развитии законности нужно подходить конкретно-исторически, дифференцированно, различая элементы законности, фиксируя их формирование и постепенное накопление, свойственные всем этим процессам сложные противоречивые тенденции. "Отображая исторически прогрессивную смену типов государства и права, – пишет П.М. Рабинович, – законность развивалась, обогащалась новыми элементами, вбирая в себя – главным образом под влиянием правовых требований и классовой борьбы эксплуатируемых трудящихся масс – все наиболее демократические свойства и черты, формирующиеся в периоды ее прогрессивного развития"[7].

3. Законность и демократия (буржуазная).

Хотя те или иные элементы законности складываются в условиях различных социальных систем и политических режимов, все же в полном, развернутом виде, обретя полный набор элементов, законность выступает в качестве органического элемента демократии (потому-то и возможно обозначить законность с полным составом элементов термином "режим" – термином, используемым и при обозначении демократии).

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.223

Утверждение законности как особого, самостоятельного общественно-политического феномена в условиях буржуазной демократии сопряжено с деятельностью идеологов революционной буржуазии, с обоснованием, провозглашением и стремлением воплотить в политической жизни идею законности, причем именно в такой ее интерпретации, когда она трактуется в качестве органической части общих представлений о политической демократии.

Конечно, демократия как социально-политический режим – всегда явление классовое. Поэтому и законность, развертывающаяся в рамках демократии того или иного классового типа, вбирает в себя черты и особенности последнего, выступает в качестве строго классовой законности (рабовладельческой, феодальной и т.д.). В соответствии с этим и буржуазная законность, в той или иной мере воплотившая в своих требованиях идеалы и представления идеологов революционной буржуазии и отличавшаяся более полным по сравнению с прошлым набором свойственных ей элементов, является законностью формальной, урезанной и потому обеспечивает всевластие капитала над трудом, достаточно широкие возможности для произвола, для подавления трудящихся, для расправы над революционными, прогрессивными силами. К. тому же в условиях империализма даже такая, формальная, законность оказалась помехой для монополистической буржуазии, и мир стал свидетелем кризиса буржуазной законности, ее разрушения, разложения.

И все же именно в условиях буржуазной демократии законность обретает достаточно четкое собственное бытие, свойства самостоятельного общественно-политического феномена, элемента демократического политического режима. Ведь демократические права и возможности, прежде всего, права и возможности личности как важнейший компонент демократии, становятся реальным явлением общественной жизни через субъективные юридические права, их реализацию, а значит, через законность. Именно в этих условиях, когда законность обретает свое собственное бытие, она в качестве режима общественно-политической жизни способна воплотиться в виде особого принципа в самое содержание права, стать принципом государственной деятельности, принципом и элементом политической системы.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.224

4. Основные требования законности.

Собственное содержание, субстанция законности выражена в системе политико-юридических требований – нормативных начал политико-юридической жизни.

Основные требования законности, проявляющиеся в условиях демократических политических режимов, это:

- всеобщность права, т.е. необходимость развитого, совершенного законодательства – такого, при котором все общественные отношения, нуждающиеся в юридическом опосредствовании, регулируются законом, а не произволом, усмотрением, чьей-либо прихотью; в законодательстве нет таких существенных пробелов и таких несовершенств, которые бы давали возможность для произвольных действий;

- верховенство Конституции и закона, т.е. подчиненность всех иных нормативных и индивидуальных актов действующим законам, а всех законов и других актов государственных органов – Конституции;

- равенство всех перед законом, предъявление всем участникам общественных отношений одинаковых требований, отсутствие у кого-либо привилегий;

- наличие социальных и юридических механизмов, обеспечивающих реализацию права (строжайшее соблюдение и исполнение обязанностей; беспрепятственные возможности для использования субъективных прав);

- гарантированное, "качественное" применение права, активная и решительная борьба с правонарушениями, неотвратимость юридической ответственности для всех, кто нарушил закон;

- стабильность, устойчивость правопорядка, эффективная работа всего механизма правового регулирования.

Эти требования в действии и образуют законность; в своей совокупности они призваны исключить из общественной жизни произвол, бесконтрольность, в том числе и при обеспечении, охране прав личности, и в конечном итоге привести в соответствии с заложенными в законности идеалами к тому, чтобы "записанное" в юридических нормах могло стать реальностью, переключиться в фактическое поведение участников общественных отношений, в действительную правомерность общественных отношений, в строгий правопорядок[8].

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.225

Понятно, что указанные выше политико-юридические требования законности – своего рода идеальный "максимум"; в условиях буржуазной демократии они не только урезаны, усечены, но и, что самое главное, выступают в основном в формальном виде как начала законодательства, лишь в малой степени соответствующие или вовсе не соответствующие реальной политической и правовой практике буржуазных государств. Кризис, крушение требований законности на империалистической стадии развития буржуазных государств, полный отказ от них в фашистских государствах – закономерный результат развития политической системы в странах капитала, перехода от либерализованных буржуазно-демократических политических режимов к авторитарным, военно-бюрократическим, фашистским, к реакции по всем линиям.

5. Право и законность.

Сам факт существования и функционирования законности как особого, самостоятельного общественно-политического феномена ставит перед общей теорией права ряд непростых вопросов, в том числе касающихся соотношения законности и права. С точки зрения общепринятых представлений о номенклатуре правовых явлений право – центральное звено в указанном соотношении. И действительно, без права законности нет. Более того, если видеть в законности только аспект общеобязательности права (исходный элемент законности), то особой проблемы в данной плоскости вообще не возникает: законность здесь – только проекция права, т.е. явление, от права всецело производное, от него зависимое.

Но когда законность обрела полный набор свойственных ей требований, представляет собой особое, самостоятельное общественно-политическое явление, элемент демократического политического режима и, значит, обособлена от собственно права, то как они соотносятся друг с другом?

Одно из возможных решений поставленного вопроса заключается в том, что законность в качестве элемента политического режима, принципа политической системы можно рассматривать в виде принципа права. Ведь законность проявляется и объективируется как особое, самостоятельное общественно-политическое явление, хотя не исключительно, но и через право. И в этом отношении ее характеристика в качестве принципа права, а значит, его нормативного, руководящего начала, к тому же являющейся частью режима демократии, не только научно обоснованна, но и имеет в высшей степени важное конструктивное значение (следовательно, вполне оправданно, во всяком случае, в ракурсе юридической науки, определять понятие законности через понятие принципа).

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.226

Нетрудно заметить, что уже при указанной интерпретации рассматриваемых категорий право и законность как бы меняются местами: второе (законность), выступающее в виде принципа, руководящего начала, становится в какой-то мере определяющим по отношению к первому (праву).

И это вполне закономерно. Законность – элемент политического режима, принцип политической системы; по своему статусу в политической жизни она не менее значима, чем собственно право. И хотя функционально, по самому своему непосредственному содержанию законность связана с правом, его содержанием и реализацией, взаимодействие между ними должно быть охарактеризовано как встречное взаимное влияние однопорядковых обществено-политических явлений.

Здесь обнаруживается решающее влияние на рассматриваемое соотношение классовых особенностей социального строя, типа демократии, характерных черт законности. Отмеченная глубинная взаимосвязь права и законности в полной мере характерна именно для права социалистического типа, где законность является конститутивным элементом социалистических правовых систем, определяет специфику их структурного построения.

И вот в отношении правовых систем, для которых свойственно столь тесное, органичное взаимодействие права и законности, возникает предположение: не являлся ли законность наряду со всей совокупностью правовых принципов (а также дозволениями и запретами) особым глубинным элементом структуры права? Для такого предположения есть, надо думать, веские основания. Тем более, законность для права – большее и более значимое, и в то же время более близкое, органичное, чем "просто" правовые принципы. Законность, утвердившаяся в качестве особого, самостоятельного явления, проникает в самую плоть правовой материи, определяет ее функционирование и развитие.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.227

Быть может, в особом соотношении законности, всей совокупности принципов права, дозволений и запретов, в соотношении этих (и, возможно, еще других) глубинных элементов структуры права лежит ключ к пониманию наиболее важных черт такого специфического явления социальной жизни, как право.

Рассмотрение законности как особого и в то же время нераздельно связанного с правом политико-юридического феномена требует нового подхода к характеристике соотношения законности и государственной дисциплины. Видимо, недостаточно точна мысль, которой ранее придерживался автор этих строк, о том, что государственная дисциплина представляет собой лишь аспект законности. В последнее время в литературе показано, что и государственная дисциплина – особое, самостоятельное социально-политическое явление[9]. Действительно, государственная дисциплина, близкая по ряду моментов к законности и, возможно, являющаяся ее аналогом в иной системе понятий, органически сопряжена не непосредственно с правом, а с государством, входит в "орбиту" государственных (в узком смысле) понятий. Думается, в связи с этим прямое сопоставление законности и государственной дисциплины, входящих в особые, свои системы понятий, не может быть признано достаточно корректным; и, следовательно, данное понятие нужно рассматривать в качестве органической части категориального аппарата, входящего в состав сугубо государствоведческой проблематики.

6. Социалистическая законность.

Неуклонное упрочение законности – закономерность социализма. Из самой сути марксистско-ленинской идеологии, из самой глубинной природы подлинно демократического, социалистического строя с безусловной непреложностью вытекает необходимость строжайшей социалистической законности.

Причем с первых же дней социалистической революции не только в виде ее исходной предпосылки – общеобязательности норм нового, социалистического права – и ив только в виде идеи политического и правового сознания, но и, прежде всего в виде реального общественно-политического феномена, органического элемента социалистической демократии.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.228

Более того, в условиях социалистической революции, казалось бы, логика становления элементов, из которых складывается законность, условно говоря, нарушилась, да, причем так, что в этом проявилась подлинная логика истории. Сразу же, с первых же дней социалистической революции, вместе с подлинной, реальной демократией, демократией для трудящихся возникает подлинная, фактическая, для трудящихся социалистическая законность как особый общественно-политический феномен. Предпосылки же законности как особого общественно-политического явления нуждаются еще в развитии, не всегда в силу ряда объективных и субъективных причин адекватном требованиям социальной жизни. Новая нормативно-законодательная система в ходе революции складывается, как известно, по мере развертывания правотворческой деятельности социалистического государства. Сложный, длительный, противоречивый путь становления проходит также идея строжайшей законности. В полной мере соответствующая марксистско-ленинскому мировоззрению, эта идея в то же время и в СССР, и в других социалистических странах пробивала себе дорогу в условиях неприятия в общественном мнении "всего юридического", настроений правового негативизма, противоречивого развития правовой мысли, вызванных обстановкой революционной борьбы, некоторыми другими социальными, историческими обстоятельствами (1.9.2.).

Законность же как особый, впервые в истории реальный общественно-политический режим, состоящий в политико-юридических требованиях фактического проведения в жизнь невиданных ранее прав и свобод для трудящихся, недопущения произвола и насилия над трудовым народом[10], возникла в социалистической революции сразу, в качестве органического неотъемлемого элемента социалистической демократии, основы решающего конститутивного элемента принципиально новой правовой системы.

Из социально-политических факторов, обусловливающих органический для социалистического строя характер законности, вытекает также необходимость ее неуклонного упрочения, которая имеет в условиях социализма значение объективной закономерности. Разумеется, эта закономерность не автоматически действующая: она нуждается в активной, целенаправленной деятельности Коммунистической партии, государства, других субъектов политической системы. Указанная закономерность[11] проявляется в сложных, противоречивых условиях социальной жизни в качестве тенденции. Но главное то, что при социализме она имеет неодолимый характер и потому в ходе социалистического и коммунистического строительства неуклонно развертывается, все более и многообразнее проявляется во всех сферах жизни общества.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.229

Не касаясь всех сторон содержания и механизма упрочения социалистической законности (в литературе существенные моменты данного процесса получили довольно полное освещение)[12], необходимо обратить внимание на следующее. При социализме в отличие от всех предшествующих формаций в соответствии с реальным, подлинным характером социалистической демократии, прежде всего, преимущественно упрочивается законность как особое общественно-политическое явление- то, что служит интересам трудящихся, подлинно народной политической власти, интересам строительства социализма и коммунизма[13]. Эта сущностная линия в упрочении законности является доминирующей, непрерывной, все более возрастающей; эта линия неизменно подчеркивается в руководящих партийно-политических документах и твердо, энергично проводится на практике. На ее основе, в связи с данной линией происходит "подтягивание" других элементов законности, ее предпосылок – законность все более раскрывается во всем своем многообразии, осуществляется развитие и совершенствование законодательства, а в политическом и правовом сознании становится все более господствующей, непререкаемой идея социалистической законности, развивается правовая культура, все большее общественное признание получают правовые ценности.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.230

В полном объеме, во всем богатстве своих многообразных элементов и проявлений социалистическая законность развертывается в развитом социалистическом обществе, когда отпали объективные обстоятельства, определявшие в переходный период "границы законности" в революции, и были устранены субъективные факторы (условия культа личности), которые в прошлом приводили к нарушениям ленинских принципов законности.

Вот почему в Материалах XXIV, XXV, XXVI съездов КПСС, в ряде других руководящих партийно-политических документов, в Конституции СССР 1977 года социалистическая законность провозглашена в качестве важнейшего начала общественно-политической жизни, основы деятельности государства, всех его органов, а ее всемерное укрепление – общегосударственным, общепартийным делом. "Хороших законов, товарищи, у нас принято немало, – говорил Л. И. Брежнев на XXVI съезде КПСС. – Теперь дело, прежде всего за их точным и неуклонным осуществлением. Ведь любой закон живет только тогда, когда он выполняется – выполняется всеми и повсеместно"[14].

7. Требование исключительности закона при социализме.

В социалистическом обществе, в особенности в условиях зрелого социализма, получило развитие политико-юридическое нормативное требование законности – требование исключительности закона.

Требование исключительности – более значимое и весомое, чем требование просто верховенства закона (последнее, строго говоря, представляет собой одно из проявлений исключительности). Суть требования исключительности закона заключается в том, что закону и иным юридическим источникам, содержащимся в них правовым нормам принадлежит ведущее значение среди социальных регуляторов и потому их действие отличается приоритетом, при котором в принципе исключается все, что подрывает, умаляет их действие.

Вполне понятно, что уровень и мера выражения исключительности закона – один из наиболее надежных показателей законности в обществе, классовой природы данного социального строя, его демократизма.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.231

В эксплуататорских формациях, даже в условиях относительно прогрессивного развития общественно-политического строя в тех или иных странах, требование исключительности закона по большей части не выходит за пределы его верховенства и по самому существу своему подрывается: действие закона на практике как бы отступает под давлением целесообразности, иных соображений, в случаях, когда такое отступление продиктовано интересами господствующих, эксплуататорских классов. В социалистическом же обществе в соответствии с подлинно демократической, глубоко человечной природой социального строя требование исключительности получает полное и всестороннее развитие.

Наиболее отчетливо рассматриваемое требование проявляется при социализме в соотношении законности с: а) целесообразностью и б) моралью.

Обращаясь к соотношению законности и целесообразности, существенно важно подчеркнуть, что высшая социальная целесообразность выражена именно в законах, в нормативных юридических актах социалистического государства. Поэтому недопустимо отступление от требований закона, по каким бы то ни было соображениям, т.е. по мотивам целесообразности, пользы и т.д., сколь бы весомыми они ни казались тому или иному лицу. В Отчетном докладе ЦК КПСС XXIV съезду партии было подчеркнуто: "Любые попытки отступления от закона или обхода его, чем бы они ни мотивировались, терпимы быть не могут"[15].

В то же время учет целесообразности, пользы и т.д. весьма важен при применении юридических норм. Тем более что нормы социалистического права нередко предусматривают возможность решения некоторых юридических вопросов в порядке индивидуального поднормативного разрешения (при назначении конкретной меры наказания за преступления, при определении объема алиментов и т.д.). Но во всех случаях соображения целесообразности учитываются на основании и в рамках закона, т.е. опять-таки в условиях строжайшей законности.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.232

С аналогичных же позиций решается вопрос о морали и законности в социалистическом обществе. Известно, что мораль и право тесно взаимодействуют, взаимопроникают. Высшие нравственные идеалы, передовая социалистическая мораль находят свое выражение, свою жизнь именно в нормах социалистического права.

Однако в соответствии с требованием исключительности закона недопустимо какое-либо отступление от начал социалистической законности по тем соображениям, что осуществление прав и исполнение обязанностей, по мнению того или иного лица, не согласуется с моральными представлениями. Помимо иных соображений, обусловливающих требование исключительности закона, здесь следует учитывать специфическое положение права и морали в системе нормативного регулирования – их известную разнопорядковость, самостоятельную ценность, суверенность (1.11.8.).

Отступление от установленных законом общих правил по моральным соображениям возможно лишь в случаях и по основаниям, которые тоже предусматриваются законом. Одно из таких оснований – злоупотребление правами, осуществление прав в противоречии с их назначением в социалистическом обществе в период строительства коммунизма (ст. 5 ГК РСФСР). Следовательно, несоблюдение моральных норм, выраженных в использовании права в противоречии с его назначением, может повлечь за собой отказ в защите права именно потому, что такого рода последствия указаны в законе. Судебные и иные правоприменительные органы, кроме того, могут принять во внимание при решении юридического дела соображения морального характера (например, при назначении конкретной меры наказания). Но опять-таки это происходит потому, что суду или иному правоприменительному органу предоставлена законом возможность осуществлять в известных пределах индивидуальное поднормативное регулирование.

8. Гарантии социалистической законности.

Слово "гарантия" довольно широко используется в литературе. Постановка вопроса о юридических гарантиях прав граждан, о гарантиях применения правовых норм[16] стала в литературе весьма распространенной. Между тем, как убедительно показал С.Н. Братусь, все то, что в литературе относят к юридическим гарантиям прав и применения права, – "это самое право, как таковое, в его многообразных проявлениях, а не нечто, что лишь гарантирует действенность права"[17].

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.233

Понятие "гарантии" при рассмотрении законности используется в ином значении, чем то, о котором только что упоминалось. Исходя из того, что законность представляет собой особое, самостоятельное общественно-политическое явление, вполне оправданна постановка вопроса об условиях, при которых режим законности возможен, реально раскрывается, а также о специальных механизмах, призванных поддерживать режим законности. Эти условия и специальные механизмы и охватываются понятием "гарантии законности". Оправданно с данной точки зрения говорить и о юридических гарантиях законности, понимая под последними те специально-юридические средства, внутренние юридические механизмы, которые нацелены на то, чтобы обеспечить реальное осуществление требований законности.

Важнейшей особенностью законности в социалистическом обществе является как раз то, что она гарантирована, т.е. существует в условиях (экономических, идеологических, политических, нравственных), делающих ее реальной; она оснащена действенными политическими, правовыми, нравственными и иными средствами, которые дают возможность эффективно бороться за фактическое проведение ее в жизнь.

Характеризуя с этих позиций специальные юридические гарантии социалистической законности, надо исходить из главного: сама специфика социалистического права как особой структурной общности выражена в господстве начал законности, в их определяющем значении для содержания правовой системы при социализме.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.234

Поэтому сам "строй" социалистического права, присущие ему механизмы, а также работа юридических органов подчинены тому, чтобы требования законности реально "работали", фактически осуществлялись. Отсюда такие важнейшие специальные юридические гарантии:

- совершенство, развитость правовой системы в целом, отработанность законодательства, его полнота, непротиворечивость; высокий уровень развития и авторитет юридической культуры;

- эффективная система надзора и контроля за законностью, направленная на предупреждение правонарушений;

- действенные меры государственного принуждения (меры юридической ответственности и меры защиты), призванные восстанавливать нарушенное правонарушением состояние, оказывать воздействие на нарушителя юридических норм;

- качественная и эффективная работа юридических органов – правотворческих и правоприменительных, которые обеспечивают на практике функционирование всех юридических механизмов, – и постоянное совершенствование законодательства, и действенный надзор за законностью, и применение к правонарушителям законных государственно-принудительных мер.

9. Социалистический правопорядок.

Непосредственным итогом правового регулирования, венцом действия права является правопорядок.

Это – состояние фактической упорядоченности общественных отношений, выражающее реальное, практическое осуществление требований социалистической законности.

Понятия "законность" и "правопорядок" близки друг к другу; они обычно употребляются в одном ряду (или даже как взаимозаменяемые). Но все же между ними есть четкая грань. Правопорядок – результат законности, характеризующий степень осуществления ее требований. Если законность представляет собой режим общественно-политической жизни, который вводит известные требования, то правопорядок – это уже фактическое состояние упорядоченности общественных отношений[18], та нормальная жизнь, которая наступает в результате реализации требований законности. Режим законности, выраженный в виде системы политико-правовых требований, на уровне правопорядка как бы материализуется в системе реальных да к тому же фактически осуществляемых правовых отношений[19].

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.235

Являясь венцом, итоговым результатом действия права, правопорядок как бы замыкает цепь основных общественно-политических явлений из области правовой надстройки (право – законность – правопорядок).

Основные черты правопорядка, существующего в данной общественной системе, рельефно и ярко выражают особенности соответствующей правовой системы, правовой надстройки в целом.

Основные черты социалистического правопорядка: господство закона в области отношений, регулируемых правом; полное и своевременное соблюдение и исполнение всеми субъектами юридических обязанностей; строгая общественная дисциплина; обеспечение максимально благоприятных условий для использования субъективных прав; четкая и эффективная работа всех юридических органов, всех юридических служб; неотвратимость юридической ответственности для каждого совершившего правонарушение. Словом, реальное, полное и последовательное осуществление всех требований социалистической законности.

Социалистическому правопорядку свойствен высокий уровень гарантий личных прав и свобод трудящихся, предусмотренных в Конституции, в других законах. Среди этих гарантий следует указать на фактическое действие таких институтов, как неприкосновенность личности, недопустимость привлечения к уголовной ответственности без достаточных к тому оснований, презумпция невиновности.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.236

Прочность социалистического правопорядка – реальное выражение действенности социалистической законности. Коммунистическая партия, социалистическое государство постоянно уделяют внимание упрочению социалистического правопорядка, принимают меры по его дальнейшему укреплению. В настоящее время эти меры в СССР осуществляются в соответствии с решениями XXVI съезда КПСС (обновление советского законодательства, его дальнейшее совершенствование, прежде всего в области руководства народным хозяйством, осуществления конституционных прав граждан, завершение издания общесоюзного Свода законов, повышение ответственности в работе органов юстиции, суда, прокуратуры, советской милиции и др.).

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.237

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] См.: Самощенко И.С. Охрана режима законности Советским государством. М., 1960, с. 15 и след.

[2] См.: Рабинович П.М. Упрочение законности – закономерность социализма, с. 68, 125 и др.

[3] См.: Борисов В.В. Правовой порядок развитого социализма. Саратов, 1977. Автор пишет, что правопорядок – завершающий этап всех правовых процессов и процедур (с. 68).

[4] См.: Чечот Д.М. Социальные корни режима законности в сфере государственного управления. – В сб: Человек и общество Вып. XII. Л., 1973, с. 42, 47.

[5] Строгович М.С. Основные вопросы советской социалистической законности. М., 1966, с. 227.

[6] Этого не учитывает П.М. Рабинович, отрицающий самую возможность такой ситуации, когда первоначально (уже на базе первичных элементов) существует законность как метод осуществления политической власти (см.: Рабинович П.М. Упрочение законности- закономерность социализма, с. 143).

[7] См.: Рабинович П.М. Упрочение законности – закономерность социализма, с. 92.

[8] См: Кудрявцев В.Н. Право и поведение, с. 118 и след.

[9] См: Корельский В.М. Демократия и дисциплина в развитом социалистическом обществе, с. 91-93.

[10] См : Ленин В.И. Полн. собр. соч. , т 37, с. 499.

[11] См: Строгович М.С. Основные вопросы советской социалистической законности, с. 72.

[12] См : Рабинович П.М. Упрочение законности – закономерность социализма, с. 175 и след.

[13] По мнению В.М. Горшенева, в современных условиях основной определяющий смысл социалистической законности реально "сводится к тому, что соблюдение законов и иных нормативных актов в деятельности органов государства и особенно должностных лиц должно обеспечивать в конечном счете создание обстановки рсеобщего благоприятствования личности" (Горшенев В.М. Теория социалистической законности в свете Конституции СССР 1977 г.- Сов. государство и право, 1979, № 11, с. 16).

[14] Материалы XXVI съезда КПСС, с. 64.

[15] Материалы XXIV съезда КПСС, с. 81. 232

[16] См., например: Недбайло П.Е. Система юридических гарантий применения советских правовых норм. – Правоведение 1971, № 3, с. 45.

[17] См.: Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность. М., 1976, с 80. Как справедливо отмечает автор, критически анализируя суждения о гарантиях прав и применения права, красной нитью проводится идея, что правовые нормы сами по себе бессильны, необходимы некие правовые гарантии, т. е другие правовые нормы, для того, чтобы первые могли бы быть применены и реализованы на практике (там же, с. 78-79).

[18] Характеристику правопорядка как итоговое состояние действия права см.: Борисов В.В. Правовой порядок развитого социализма, с. 68-69, 360 и след.

[19] П.М. Рабинович, использовав понятие "состояние" при определении законности, тем самым усложнил стоящую перед ним задачу отграничения законности от правопорядка. И хотя автор верно рассматривает правопорядок в качестве результата законности, предложенные им трактовки того и другого (законность – "состояние юридической правомерности общественных отношений", правопорядок – "структурная упорядоченность, организованность общественных отношений"), по сути дела, являются тождественными (см.: Рабинович П.М. Упрочение законности – закономерность социализма, с. 68).










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.