Предыдущий | Оглавление | Следующий

Глава 10. ПРАВО И КОММУНИЗМ

1. Проблема "право и коммунизм", ее место и значение в общей теории права.

2. Методологические и общетеоретические предпосылки решения проблемы.

3. Право и коммунизм: общие положения.

4. Судьба права при переходе к коммунизму.

5. Формирование коммунистической системы общественного регулирования и закономерности развития общенародного права.

6. О дальнейшем изложении общетеоретических вопросов в курсе.

 

1. Проблема "право и коммунизм", ее место и значение в общей теории права.

Эта проблема:

во-первых, выражает отношение марксистско-ленинского мировоззрения к праву, к законности, к направлениям и перспективам развития правовой надстройки социалистического общества;

во-вторых, позволяет дать под углом зрения вопросов, имеющих принципиальное значение для юридической науки, оценочную, качественную характеристику социалистической и коммунистической общественных систем, их важных черт и прежде всего их органической противоположности всему тому, что относится к произволу, беззаконию, насилию над личностью, над человеком;

в-третьих, органически связана с самими подходами к вопросам социальной свободы, ответственности, прав и возможностей личности при социализме и коммунизме.

Отсюда следует, что проблема права и коммунизма – одна из центральных, ключевых в общей теории права, таких, которые дают надежный ориентир при рассмотрении основных общетеоретических вопросов. Она имеет и более широкое, общенаучное, методологическое звучание. К тому же по только что указанным основаниям она, как и проблема демократии, относится к ответственным и острым участкам современной идеологической и политической борьбы – именно к тем участкам, где буржуазная антикоммунистическая идеология стремится опорочить марксистско-ленинское мировоззрение, теорию и практику реального социализма.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.151

Весьма симптоматично, что буржуазные идеологи, в особенности авторы, специализирующиеся на "критике" коммунизма, с предельной настойчивостью проводят идею о якобы существующей несовместимости коммунизма и права. Основной "довод" здесь – взятый из литературных источников, прежде всего из работ 1920 и 1930-х годов (в особенности, работ Е.Б. Пашуканиса[1]), и произвольно интерпретируемый тезис об отмирании права при переходе к коммунизму. Нетрудно увидеть, как из этого тезиса путем несложных словесных упражнений делается глобальный для коммунистической системы вывод: коль скоро коммунизм – общество без права, значит, это – общество бесправия, произвола.

Конечно, сама по себе опасность подобных словесных ухищрений в отношении отстаиваемых нашей наукой теоретических положений не должна дискредитировать последние. Тем более, что в современных научных исследованиях тезис об отмирании права на высшей фазе коммунизма получает достаточно четкую и научно основательную трактовку, исключающую ее произвольное истолкование; да и вообще на всех этапах разработки рассматриваемой проблемы положение об отмирании права в будущем рассматривалось в единстве с положениями о высокоорганизованном характере общественной системы высшей фазы коммунизма – общественного строя, по самой своей природе исключающего бесправие и произвол в социальной жизни.

Однако ясно, что антикоммунистическая идеология неспроста с таким постоянным упорством, игнорируя все, что не согласуется с подобным подходом, приписывает марксистско-ленинскому мировоззрению и политической жизни реального социализма отрицательное отношение к праву и законности. Ее представители отчетливо осознают, что подобным путем (тем более, с опорой на некоторые факты из истории социалистической правовой мысли и случаи нарушения законности в условиях построения социализма) можно нанести, по их расчетам, внешне эффектный и болезненный удар по научному коммунизму, дискредитировать реальный социализм, повлиять в антикоммунистическом духе на умы и чувства не очень осведомленного в тонкостях теории жителя Запада. Любопытно при этом наблюдать, как по данному вопросу смыкаются в сущности позиции буржуазных идеологов, правых и "левых" ревизионистов: если правые ревизионисты вслед за буржуазными идеологами говорят о недооценке, по их представлениям, права марксизмом-ленинизмом, то "левые" их коллеги ту же самую, в – сущности, мысль выражают в обвинениях нашей теории в том, что, признавая право, его ценность, она якобы отступает от подлинного марксизма.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.152

В этих условиях массированного наступления антикоммунизма на правовом участке фронта идеологической борьбы задача нашей науки – не только давать решительный отпор попыткам подобного рода, но и самим позитивным развитием марксистско-ленинской общей теории права, основанным на исследовании реальных закономерностей развития правовой действительности социалистического общества, совершенно исключить самого возможность упомянутых теоретических спекуляции – использования развиваемых в нашей науке положений в антикоммунистических целях, прежде всего для "обоснования" будто бы существующей несовместимости права и коммунизма.

2. Методологические и общетеоретические предпосылки решения проблемы.

Исходное методологическое значение при решении проблемы права и коммунизма имеет сама суть марксистско-ленинского мировоззрения, его глубоко гуманистический характер.

Марксизм-ленинизм – подлинно научная система взглядов о таком коренном преобразовании жизни людей, которое в соответствий с высшими гуманными идеалами человечества обеспечивает действительный расцвет личности, человека, его возможностей, полное удовлетворение его возрастающих потребностей. Коммунизм, следовательно, на первом месте среди ценностей ставит человека, труженика, его действительную свободу, его интересы, права и возможности.

Важная методологическая предпосылка – это марксистско-ленинские взгляды на закономерности формирования общественной системы высшей фазы коммунизма. Коммунизм вбирает и на новой, подлинно человеческой основе развивает все позитивное, все социально ценное, что выработано в социальной жизни в интересах людей, в обеспечение их прав и возможностей на протяжении многовековой истории человечества. Отсюда – идея о таком формировании социальных институтов социалистического общества, при котором творчески используются элементы социально ценного, существовавшего в досоциалистическую эпоху, и в процессе этого происходит постепенное перерастание данных социальных институтов в соответствующие институты высшей фазы коммунизма.

В связи с этим должно быть обращено внимание на выводы нашей науки о многогранности и противоречивости права. Сложившееся в условиях эксплуататорского общества для обеспечения политического, классовое господства эксплуататоров право имеет ряд черт и особенностей, чуждых коммунизму. В то же время, праву как общесоциальному регулятору, институционному выражению социальной свободы, форме социальной активности присущи такие свойства и особенности, относящиеся и к его специально-юридическому содержанию, и к технико-юридическому инструментарию, которые являются значительными достижениями нормативно-регулятивной культуры, обладают немалым позитивным, социально ценным потенциалом.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.153

Первостепенное значение для решения вопросов данной главы имеют вытекающие из марксизма-ленинизма положения о системе нормативного регулирования второй фазы коммунистического общества – правилах коммунистического общежития. Эта система, утратив во второй фазе коммунизма черты политического, государственно-принудительного социального явления, выступит вместе с тем в виде высокосовершенного, развитого нормативного регулятора. Охватывая нормы коммунистической морали, коммунистические обычаи, организационные нормы органов коммунистического самоуправления, правила коммунистического общежития окажутся способными эффективно опосредствовать многообразные связи сложного общественного организма. Самое же важное заключается в том, что правила коммунистическою общежития в соответствии с особенностями высшей фазы коммунизма призваны выполнять функции высокосовершенного регулятора, всемерно обеспечивая в то же время действительную свободу, великие права и возможности членов коммунистического общества.

И еще одна предпосылка. Это – методологические и общетеоретические выводы, вытекающие из практики социалистического и коммунистического строительства, из фактов и реальных процессов существования и развития социалистического общества. Главные из этих фактов и процессов – значительная роль права и законности в жизни социалистического общества, их закономерное и неуклонное усиление и в особенности формирование общенародного права, которое, утратив черты орудия классового господства, в полной мере раскрылось в качестве мощного общесоциального регулятора, действенного инструмента строительства коммунизма.

В высшей степени важное, фундаментальное значение для понимания развития правовой надстрой социалистического общества имеет сам факт положения общенародного права в качестве значимого элемента общественной системы зрелого социализма. Из этого, в частности, со всей непреложностью следует, что так же, как и для других органических элементов общественной системы зрелого социализма, для общенародного права характерно закономерное восходящее развитие – процесс, в ходе которого в полной мере развертывается позитивный, социально ценный потенциал сложившейся при социализме правовой формы общественного регулирования.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.154

3. Право и коммунизм: общие положения.

Главный вывод, который вытекает из изложенных выше методологических и общетеоретических предпосылок, состоит в следующем.

Проблема права и коммунизма нуждается в дифференцированном решении.

С той стороны своей сущности, которая выражает специфику права как орудия политического, классового господства, стороны, доминирующей в обществе с антагонистическими классами, право и коммунизм представляют собой явления социально чуждые, несовместимые. И право, рассматриваемое в данной плоскости, в развитом коммунистическом обществе станет ненужным, оно исторически обречено, итог его развития здесь соответствует буквальному смыслу, который выражен в марксистско-ленинской формуле об отмирании государства на второй фазе коммунизма.

С той же стороны своей сущности, которая характеризует право как мощный общесоциальный регулятор, как институционное выражение социальной свободы, стороны, которая приобрела доминирующее значение в развитом социалистическом обществе, право и коммунизм не антиподы, они представляют собой явления не чуждые, в принципе совместимые. Направления и перспектива развития общенародного права требуют такой диалектически глубокой трактовки формулы об отмирании, которая и дана в ленинских работах, в теоретических документах КПСС на основе практики социалистического и коммунистического строительства.

Более того, – и на этот пункт хотелось бы обратить специальное внимание – общенародное право, т.е. право, в котором развернулись, приобрели доминирующее значение его качества как общесоциального регулятора, внутренне, органически соответствует идеалам и ценностям высшей фазы коммунизма, согласуется с ними.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.155

Именно применительно к праву развитого социалистического общества на XXIV съезде КПСС была подчеркнута нетерпимость каких бы то ни было нарушений законности, прав личности, ущемления достоинства гражданина и сказано в связи с этим: "Для нас, коммунистов, сторонников самых гуманных идеалов, это – дело принципа"[2]. Дело принципа! Значит, такое дело, которое относится к принципиальной стороне марксистско-ленинского мировоззрения, к его основополагающим идеям.

Ведь общенародное право в рассматриваемой плоскости – не просто мощный регулятор, но как раз такой регулятор, который уже сейчас как бы приспособлен для обеспечения сложнейших организационных проблем развитого коммунистического общества: обеспечения всеобщности регулирования, его стабильности и др., да притом именно так, как это и нужно будет коммунизму, – на базе широкой, невиданной доселе социальной свободы, великих прав и возможностей членов коммунистического общества.

Теоретическое положение о внутреннем, органическом соответствии общенародного права идеалам и ценностям высшей фазы коммунизма не только самим своим содержанием выявляет лживость и теоретическую беспомощность проповедуемого антикоммунистической пропагандой противопоставления права и коммунизма, но и позволяет раскрыть многогранное значение подлинно научного решения рассматриваемой проблемы. Именно соответствие общенародного права идеалам и ценностям развитого коммунизма показывает глубинные, закономерные основы, стратегическую направленность правовой политики в социалистическом обществе, нацеленной на всемерное совершенствование права, упрочение законности, на все большее утверждение правовых начал в жизни общества. Притом все это в условиях, когда, как это было отмечено на XXVI съезде КПСС, определилось такое развитие общественной системы, в соответствии с которым становление бесклассовой структуры произойдет в главном и основном в исторических рамках зрелого социализма.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.156

Отсюда же вытекает существенный момент ценностной, качественной характеристики социалистической и коммунистической общественных систем, их высокогуманного характера, их несовместимости с произволом, бесправием, насилием над личностью, над человеком. Становится очевидным в связи с этим и то, что вопросы социальной свободы, прав и возможностей личности как раз в условиях социализма и коммунизма получают полное и последовательное решение, обеспечиваются не только благоприятными социальными условиями, но и соответствующими регулятивными и охранительными механизмами.

4. Судьба права при переходе к коммунизму.

Теоретическое положение об органическом соответствии общенародного права идеалам и ценностям высшей фазы коммунизма согласуется с выводами марксистско-ленинской науки о направлениях и перспективах развития политической системы развитого социализма.

Эти выводы основаны на диалектически глубокой трактовке формулы об отмирании государства, выработанной в ленинских работах, в теоретических документах Коммунистической партии на основе практики социалистическою и коммунистического строительства. Их сущность состоит в том, что при переходе к высшей фазе коммунизма происходит всестороннее развитие политической системы социалистического общества, выраженное в укреплении, совершенствовании всех ее звеньев и ее постепенном перерастании в неполитическую организацию коммунистического общественного самоуправления и нормативную систему регулирования развитого коммунизма.

Перерастание означает постепенное накапливание, рост и обогащение в политической системе развитого социалистического общества, в государстве, праве таких черт, которые свойственны коммунистическому общественному самоуправлению и нормативному регулированию коммунистического общества. Вместе с тем перерастание – это трансформация, преобразование, превращение государственных и юридических институтов в неполитические институты социального управления и регулирования, сохраняющие весь позитивный потенциал, все в перспективном отношении социально ценное, что свойственно социалистической государственности и социалистическому праву.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.157

В соответствии с этим будущее социалистического права[3] – это постепенная, по мере созревания необходимых социальных условий, трансформация институтов общенародного права в высокоразвитую, совершенную неполитическую систему нормативного регулирования высшей фазы коммунизма и, следовательно, восприятие этой системой всего того позитивного, социально ценного, что свойственно общенародному праву и сообразуется с потребностями развитого коммунистического общества.

5. Формирование коммунистической системы общественного регулирования и закономерности развития общенародного права.

Формирование развитой, высокосовершенной системы социального регулирования высшей фазы коммунизма происходит и будет происходить через все разновидности социальных норм.

Причем хорошо просматривается генетическая связь между этими разновидностями и разновидностями правил коммунистического общежития. Свой вклад в систему социального регулирования высшей фазы коммунизма внесут и нормы социалистической нравственности, и корпоративные нормы общественных организаций, и новые социалистические обычаи, причем не только содержанием норм, но и в не меньшей степени свойственными им началами регулирования, в частности характерной для обычаев привычкой соблюдения элементарных правил общежития.

Первостепенное значение в формировании системы общественного регулирования высшей фазы коммунизма, в особенности ее, надо полагать, ведущего компонента – организационных норм, призвано сыграть право развитого социалистического общества, которое, сохраняя достоинства нормативно-правовой формы, представляет собой принципиально новый социальный феномен, находящийся, условно говоря, на полпути к коммунистическому общественному регулированию. Два обстоятельства, обосновывающие такое значение социалистического общенародного права, являются решающими.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.158

Во-первых, именно общенародное право отвечает одной из главных особенностей общественного регулирования высшей фазы коммунизма – осуществлению регулирования в условиях всесторонней, действительной свободы людей, их высочайшей социальной активности. И, следовательно, через право, его развитие и совершенствование проходит путь формирования институтов, которые указанную особенность будут выражать, проводить в жизнь. Основной из этих институтов – субъективные права, причем такие, которые имеют богатое содержание, четко очерченные границы, реально обеспеченный характер – все то, что в качестве предпосылки и ближайшего источника характерно как раз для субъективных юридических прав (отличающихся, помимо всего иного, единством, нераздельной связью с обязанностями).

Во-вторых, именно общенародное право отвечает высокосовершенному характеру общественного регулирования высшей фазы коммунизма, нацеленному на то, чтобы обеспечивать высшую организацию общественной жизни коммунистического общества, гармоничное и скоординированное течение свойственных ей многообразных, сложных и тонких процессов. И, следовательно, через право, его развитие и совершенствование проходит путь формирования отработанного, достаточно сложного, четко и безотказно действующего нормативно-регулятивного инструментария, при помощи которого общественное регулирование будет обеспечивать высшую организацию социальной жизни. Можно уверенно предположить, что указанный инструментарий воспримет на новой основе многое из достижений нормативно-регулятивной культуры, из правовых ценностей, которые выражают правовой прогресс, воплощенный ныне в общенародном праве. Наряду с системными нормативными обобщениями, специализацией регулирования и другими все более развивающимися правовыми ценностями следует выделить юридические механизмы, обеспечивающие органическое сочетание нормативного и индивидуального регулирования. Многие элементы этих механизмов, несомненно, пригодятся при регулятивном обеспечении принципов высшей фазы коммунизма, в том числе принципа "от каждого – по способностям, каждому – по потребностям", который отличается как раз высшей всеобщностью и в то же время ориентировкой на максимальный учет индивидуального, конкретного.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.159

Закономерности перерастания общенародного права в соответствующие институты высшей фазы коммунизма не представляют собой что-то особое, отличное от общих закономерностей, которые свойственны развитию права в зрелом социалистическом обществе. Это – общие закономерности, выражающие социально-политический и специально-юридический генезис права (упрочение законности, укрепление правовой основы государственной и общественной жизни; все больший перенос центра тяжести в юридических механизмах на субъективные права; повышение уровня нормативных обобщений и др.), т.е. закономерности, которые, выражая все большее правовое обеспечение реальных потребностей граждан и социалистического общества, укрепление правовой основы государственной и общественной жизни, выражают и постепенное формирование важнейших компонентов системы социального регулирования высшей фазы коммунизма.

В связи с этим можно сделать такой вывод. Разумеется, развитие правовой надстройки зрелого социалистического общества в направлении, соответствующем все большему ее перерастанию в систему социального регулирования высшей фазы коммунизма, – это целенаправленный процесс, требующий активной, научно обоснованной деятельности компетентных правотворческих государственных органов. Но он не нуждается в том, чтобы делались какие-либо "изобретения", проводились "коренные перестройки" правовой системы. Все то естественное, социально ценное, что в соответствии с общими закономерностями развития права в социалистическом обществе выражает повышение эффективности правовой системы, еще большее совершенствование свойственных ей демократических начал, развитие ее культурно-воспитательной миссии, наращивание правовых ценностей, и есть проявление закономерного перерастания общенародного права в систему социального регулирования коммунистического общества.

Однако нужно видеть и то, что среди правовых установлений карательного, административно-властного типа, которые могут получить в силу сегодняшних потребностей социальной жизни известное развитие, есть такие, которые в процессе успешного коммунистического строительства должны отпасть или коренным об разом перестроиться.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.160

С этой точки зрения, видимо, существуют различия в тенденциях развития отдельных отраслей права; в ряде сфер социальной жизни может быть обнаружена тенденция перехода от более жестких к менее жестким методам регулирования и т.д.

Возникает вопрос: не целесообразно ли при обозначении нормативной системы регулирования коммунистического общества использовать термин "право", вложив в него, разумеется, принципиально новое содержание, соответствующее общим чертам правил коммунистического общежития? И сообразно этому не целесообразно ли ввести в наше словоупотребление термин "коммунистическое право"?

Конечно, такое терминологическое нововведение не может не вызвать известных сомнений. Термин "право" неотделим от нынешних представлений о праве с его политическим содержанием, его карательными мерами, формальными процедурами и т.д.

И все же, думается, есть веские основания для того, чтобы термин "право" в новом звучании, очищенном от нынешних известных негативных представлений о юридическом регулировании, все же использовать для обозначения если не всей системы нормативного регулирования высшей фазы коммунизма, то, во всяком случае, тех институционных нормативных регуляторов, которые явятся преемниками ныне действующего общенародного права, будут связаны с определением свободы поведения людей и которые в своем функционировании будут поддерживаться органами коммунистического общественного самоуправления.

Основное, что побуждает вынести на обсуждение такое предложение, заключается в следующем. Коммунистическому нормативному регулированию будет свойственно именно то, что обусловливает использование термина "право" в современных условиях и оправдывает его применение в доклассовом обществе (1.4.4.). Это – такое построение социального регулирования, при котором оно, так или иначе (хотя, разумеется, качественно различно во внеклассовом и классовом обществах) связано с определением свободы поведения участников общественных отношений и в соответствии с этим основывается на субъективных правах. Надо отметить, что как раз отсюда вытекает столь привлекательная этимология слова "право", да еще в своем звучании, близком к словам "правое", "правдивое", "справедливое". Это, надо полагать, и побудило К. Маркса сказать о "чистом золоте права"[4]. Не случайно в Программе КПСС при характеристике социальных возможностей членов коммунистического общества указанное слово уже употреблено: в ней говорится о "великих правах и возможностях" людей на высшей фазе коммунизма. Но если социальные возможности людей – это субъективные права, притом надежные, обеспеченные, то по логике социального регулирования неизбежен вывод о том, что система норм, специфика которой выражена в субъективных правах, есть регулятивное образование, принципиально новое, неполитическое, не основанное на государственном принуждении, но все же такое, которое возможно обозначить термином "право".

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.161

Когда-то, в 1920-х и начале 1930-х годов, с трудом входили в научный оборот термины "социалистическое право", "социалистическая законность". Прошло время, и они стали привычными, само собой разумеющимися. Можно предположить, что если придать термину "коммунистическое право" нужный смысл, вытекающий из диалектики развития социалистической правовой системы в правила коммунистического регулирования, то его введение окажет весьма конструктивное влияние на престиж права и законности, на разработку правовых проблем, в том числе на понимание роли и места социалистического права в общественном прогрессе, диалектики его развития при переходе к коммунизму.

6. О дальнейшем изложении общетеоретических вопросов в курсе.

В заключение рассмотрения вопросов данного раздела следует еще раз обратить внимание на качественную специфику общенародного права – необходимую и важную ступень перерастания права в высшую форму социального регулирования коммунистического общества, на его значение как преемника и форму развития на принципиально новой основе общечеловеческих достижений нормативно-регулятивной культуры, соответствующих потребностям социального прогресса.

Это и предопределяет, как было уже упомянуто (1.3.5.), характер и стиль освещения пробам общей теории права в настоящем курсе. Главное при их рассмотрении – не просто общее, а все то ценное, исторически перспективное, что соответствует социалистической природе общенародною права, что может быть им усвоено и развито. Сообразно этому в последующем изложении, как и ранее, общетеоретические положения освещаются в курсе так, что они ориентированы на общенародное право (что предопределяет возможность прямого использования относящихся к нему фактических данных). И, таким образом, в последующей характеристике общетеоретических вопросов, коль скоро нет упоминаний об отнесении тех или иных положений к эксплуататорскому праву, речь во всех случаях идет о социалистическом общенародном праве на современном этапе его развития.

Алексеев С.С. Общая теория права: В 2-х т, Т. I. — М.: «Юридическая литература», 1981. С.162

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] 1 См., например: Пашуканис Е. Б. Экономика и правовое регулирование. – Революция права, 1929, № 5, с. 34-37.

[2] Материалы XXIV съезда КПСС. М., 1971, с. 81, 156

[3] Постановку вопроса о будущем права см.. Неновски Нено. Преемственность в праве, с. 138 и след.

[4] Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 1, с. 125.










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.