Предыдущий | Оглавление | Следующий

2. Два мира

Первым конституционным актом, в котором рабоче-крестьянское правительство объявило о новом названии государства, была Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа, принятая в январе 1918 года на III Всероссийском съезде Советов, - большевистский вариант Декларации прав человека и гражданина Великой французской революции. Декларация провозгласила Россию Республикой Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов, в ней также заявлялось, что "Российская Советская Республика учреждается на основе свободного союза свободных наций как федерация Советских национальных республик". Эта формулировка выражала интернациональный дух революционного режима. Революция была интернациональной по самой своей сути; она заключала в себе идею замены войны между соперничающими державами войной классов.

Развитие мировой революции было для советского режима, борющегося за свое существование, вопросом первейшей важности, единственным оружием большевиков, оказавшихся один на один с вооруженными империалистическими державами; если революции не вспыхнут по крайней мере в крупнейших из воюющих держав, новый режим едва ли мог надеяться, что ему удастся выжить. Между противниками -ведущими странами капиталистического строя, который революция стремилась уничтожить, не было особых различий. Поэтому концепция внешней политики подразумевала вначале лишь пропаганду революции, иное ее понимание было на первых порах чуждым большевистскому мышлению. Троцкий, первый народный комиссар по иностранным делам, лаконично заметил: "Я выпущу несколько революционных прокламаций, обращенных к народам мира, а потом закрою лавочку".

17

Однако реальность развеяла эти иллюзии, борющейся Советской республике пришлось играть роль национального государства в мире других национальных государств. Обращение к воюющим государствам с предложением о мирных переговорах не получило отклика. Нужно было как-то улаживать взаимоотношения с Германией, чьи армии проникли далеко в глубь российской территории и все еще продолжали вести военные действия. Новому правительству прежде всего было необходимо заключить военное перемирие с империалистическим правительством Германии и затем добиваться мира. В феврале 1918 года в Брест-Литовске начались мирные переговоры. Троцкий, который руководил советской делегацией, демонстративно отказался от традиционной дипломатической практики, обратился к воюющим народам через голову их правительств и открыто проводил среди германских войск антивоенную пропаганду; он ошеломил делегацию Германии, настойчиво требуя "мира без аннексий и контрибуций", то есть именно без того, что было целью переговоров Германии с западными союзниками - державами Антанты.

Но непримиримая позиция Германии и подавляющее превосходство германских войск поставили советскую делегацию перед неизбежной дилеммой. Революционные принципы Троцкого не позволяли ему подписать унизительный договор с империалистической державой. Ленину же к тому времени стало ясно, что это неизбежно. С другой стороны, чувство реальности не позволяло Троцкому поддержать Бухарина и других левых коммунистов в их требовании возобновить "революционную войну". Он придумал формулировку "ни мира, ни войны". Однако, когда немцы, на которых его недипломатичные выходки не произвели впечатления, продолжили свое наступление, та же самая дилемма встала перед ним еще более остро. С большой неохотой Троцкий согласился с Лениным, что подписать "постыдный мир", по которому пришлось отдать Украину и значительную часть территории России, необходимо, и ушел с поста народного комиссара по иностранным делам. Договор был подписан 3 марта 1918 г., и германское наступление прекратилось. Одновременно с переговорами в Брест-Литовске предпринимались неофициальные попытки, причем бесплодные, вести переговоры с представителями Великобритании, Франции и США об оказании ими помощи в борьбе с Германией. Довольно значительная группа в Центральном Комитете партии, возглавляемая Бухариным,

18

с негодованием восприняла попытки заигрывания с капиталистическими правительствами и подписание договора в Брест-Литовске, расценив это как отход от интернациональных принципов революции. Лишь благодаря влиянию Ленина эти действия были одобрены.

Уроки военного бессилия не прошли для большевиков даром. 23 февраля 1918 г., еще до подписания Брестского мира, была создана Красная Армия, которая вначале называлась Рабоче-Крестьянская Красная Армия; с тех пор 23 февраля празднуется как день рождения Красной Армии. Это название должно было указывать на ее интернациональный характер и цели. Однако официальное сообщение о ее образовании вышло под заголовком "Социалистическое отечество в опасности!", так что рождение Красной Армии было вызвано одновременно и интернациональными, и национальными соображениями. Для организации армии Троцкий был назначен народным комиссаром по военным и морским делам. Слишком большой реалист, он не мог не понимать, что армию нельзя составить из необученных рекрутов. Он начал решать эту срочную задачу с того, что набрал профессиональных военных из бывших царских офицеров - так называемых военспецов, чтобы они обучили солдат. Результаты оказались блестящими. К началу 1919 года в армии числилось 30 тысяч военспецов. Красная гвардия 1917 года едва насчитывала в своих рядах 10 тысяч подготовленных солдат, но уже в разгар гражданской войны в Красной Армии сражалось 5 миллионов. Сам Троцкий проявил выдающийся военный талант. Но он прославился безжалостностью в требованиях безоговорочной дисциплины и наказании провинившихся - ему пришлось отстаивать те самые преимущества военной дисциплины, которые революция намеревалась уничтожить. Крайняя ситуация требует крайних мер.

Эти целесообразные меры не смогли устранить опасностей, подстерегающих Советскую республику, руководители которой к этому времени переехали из Петрограда в новую столицу - Москву. В разных областях страны начали формироваться враждебные режиму войска белых. По соглашению, подписанному марионеточным правительством Украины с Германией, немецкие войска продолжали оккупацию Украины. Правительства западных стран в ярости от революции и от того, что русские бросили союзников в минуту отчаянной нужды, решили действовать. В марте 1918 года английские,

19

а за ними французские и американские войска заняли северный порт Мурманск - под предлогом необходимости защитить военные склады, расположенные здесь на случай дальнейшего продвижения германских войск. Между тем тысячи находящихся в плену в России чехов и словаков, в основном дезертиров из австро-венгерской армии, сформировали чехословацкий корпус и с согласия советского правительства направились во Владивосток, чтобы оттуда отплыть на Запад. В Сибири корпус, состоящий из хорошо обученных солдат, вошел в конфликт с рассредоточенными и беспомощными советскими властями и - вначале, возможно, непроизвольно - стал оплотом антибольшевистских сил. В апреле 1918 года правительство Японии, не желая оставаться в стороне от событий, высадило войска во Владивостоке, а два месяца спустя за ними последовали войска англичан и американцев. В июле английские, французские и американские войска оккупировали Архангельск. Тот факт, что рабоче-крестьянское правительство в Москве уцелело в течение лета и осени 1918 года, объясняется, по-видимому, не столько его силой, сколько тем, что воюющие государства были поглощены смертельной борьбой на западном фронте и им мало было дела до происходящего в других местах.

Падение Германии и заключение перемирия 11 ноября 1918 г. по-новому повернули события. Назревающая революционная ситуация в Берлине через два месяца после заключения перемирия, успешные революционные перевороты в Баварии и Венгрии, происшедшие несколько месяцев спустя, вспышки беспорядков в Великобритании, Франции и Италии - все это укрепляло веру лидеров большевиков в то, что долгожданная европейская революция разгорается. Однако события, за которыми с радостью и надеждой следили в Москве, усилили страх и ненависть западных правительств к революционной власти и подхлестнули их решимость покончить с ней. Пришлось отказаться от предлога, будто военные действия в России являются частью войны с Германией, и открыто поддержать русские армии, выступающие против большевиков в Архангельске, в Сибири и на Юге России. Однако возникло новое осложнение. Союзные войска отчасти из-за того, что им надоело воевать, отчасти из-за более или менее очевидных симпатий к московскому правительству рабочих явно не хотели продолжать воевать. В апреле 1919 года вспыхнуло восстание французских моряков на военных кораблях,

20

стоящих в Одесском порту, и корабли были эвакуированы из порта. Постепенный вывод союзных войск предвосхитил подобное развитие событий в Архангельске и Мурманске. К осени 1919 года на земле России не осталось союзных войск, кроме японских и американских подразделений во Владивостоке.

Но это отступление никоим образом не изменило враждебных намерений западных союзников, которые, чтобы компенсировать уход своих войск, увеличивали поставки боеприпасов, отправляли все больше военных миссий и делали словесные заверения многочисленным "правительствам" России, сплотившимся против большевиков и претендующим на захват власти. Самое многообещающее из таких правительств было сформировано под руководством Колчака, бывшего царского адмирала, который завоевал довольно прочные позиции в значительной части Сибири и начал продвигаться к европейской части России. Летом 1919 года в Париже на мирной конференции представителей правительств союзных стран начались переговоры о признании режима Колчака единственным законным правительством России, окончившиеся, впрочем, ничем. Деникин, царский генерал, который пользовался сильной поддержкой союзных стран, контролировал Юг России, прошел по Украине и осенью 1919 года находился в 300 километрах от Москвы; другой генерал - Юденич - сформировал белую армию в Прибалтике для нападения на Петроград. Однако Красная Армия, несмотря на плохое вооружение, к тому времени уже превратилась в действенную боевую силу. Белые армии не смогли согласовать свои действия и завоевать поддержку населения в районах своих военных операций. К концу года все они стремительно отступали. В январе 1920 года большевики взяли Колчака в плен и казнили. Весной того же года силы белых по всей территории России были разбиты и уничтожены, осталось лишь несколько очагов сопротивления.

Гражданская война закрепила стереотип, который складывался в западном и советском мышлении с октября 1917 года, о существовании двух миров, непримиримо противостоящих друг другу, - мира капитала и мира революции, предназначенного его уничтожить. В ноябре 1918 года, после падения Германии, Центральная Европа на какое-то время стала яблоком раздора двух миров. Забрезжившая революция в Берлине

21

в январе 1919 года подкрепила и без того твердую уверенность большевиков в том, что смертный час капитализма пробил и революционная волна вот-вот покатится от Москвы на Запал. Именно в этой обстановке Ленин приступил к осуществлению мечты, которую лелеял еще с осени 1914 года, -заменить бездействующий Второй, социал-демократический, Интернационал, который распался и прекратил свое существо-вование накануне войны из-за отказа от принципов марксизма и интернационализма, подлинно революционным Третьим, или Коммунистическим Интернационалом. Это было логическим продолжением решения, принятого на съезде РСДРП в марте 1918 года, - изменить название партии (Российская социал-демократическая рабочая партия), вызывавшее ассоциации с запятнавшими себя меньшевиками и немецкими социал-демократами, на новое - Российская коммунистическая партия (большевиков), РКП(б).

В начале марта 1919 года в Москве собралось более 50 коммунистов и сочувствующих, из которых 35 имели мандаты от коммунистических и прокоммунистических партий я организаций 19 стран. Многие из них представляли небольшие государства, ранее входящие в состав Российской империи, а сейчас получившие статус Советских республик (например, Украина, Белоруссия, Прибалтийские республики, Армения и Грузия). Только что созданная Коммунистическая партия Германии направила в Москву своего делегата, получившего инструкции не затевать принципиальных споров, но стремиться отложить создание III Интернационала до более благоприятного момента. Приехать в Москву с Запада было практически невозможно. Партии Соединенных Штатов, Франции, Швейцарии, Нидерландов, Швеции и Венгрии вручили мандаты своим представителям, которые постоянно проживали в Москве. Единственный представитель Великобритании вообще не имел мандата. Предостережение немецкого делегата потонуло во всеобщем воодушевлении. Прибытие революционно настроенного австрийского делегата, по-видимому, окончательно перевесило чашу весов. Конференция, провозгласив себя I конгрессом Коммунистического Интернационала (Коминтерна), голосованием одобрила манифест, подготовленный Троцким; в нем говорилось об упадке капитализма и о победном шествии коммунизма со времени появления "Манифеста Коммунистической партии" 1848 года. В тезисах, подготовленных Лениным, давалась отрицательная характеристика бур-

22

жуазнои демократии, провозглашалась диктатура пролетариата и осуждались попытки возродить дискредитировавший себя II Интернационал; и, наконец, в них содержался призыв к рабочим всего мира оказать давление на свои правительства, чтобы они прекратили военную интервенцию в Россию и признали советскую власть. Был создан руководящий орган вновь созданного Коминтерна - Исполнительный Комитет (ИККИ). Его председателем избрали Зиновьева, а секретарем – Радека, в то время находившегося в берлинской тюрьме. Через несколько дней после завершения I конгресса в Будапеште была провозглашена Венгерская Советская республика, которая просуществовала очень недолго.

Самым значительным достижением I конгресса явилось создание Коммунистического Интернационала. Тем самым раскол между двумя мирами, и в частности раскол международного рабочего движения, был признан бесповоротно. Основатели Коминтерна твердо верили, что рабочие западных стран, пережившие братоубийственную военную бойню, и особенно немецкие рабочие, хорошо знакомые с идеями марксизма, должны тут же выйти из состава партий своих стран -социал-демократических и рабочих, которые втянули их в эту мясорубку, и объединиться ради создания международного союза рабочих всех стран - цели, провозглашенной Коминтерном. Когда этого не произошло и когда II Интернационал начал даже проявлять признаки возрождения, это стали объяснять продажностью и коварством партийных лидеров, предавших интересы своих введенных в заблуждение последователей. Но в западных странах постепенно углублялся раскол между небольшой группой убежденных коммунистов и рабочими массами, которые оставались верными "реформистским" лидерам.

Пропасть расширялась и из-за непредвиденных осложнений внутри самого Коминтерна. Мировоззрение его основателей было подлинно интернационалистским; они с нетерпением ожидали, когда наконец их штаб переместится в Берлин или Париж. Но то, что произошло в Москве в марте 1919 года, было не слиянием коммунистических партий разных стран в единую международную организацию, а попыткой загнать целый ряд слабых, находящихся в зачаточном состоянии партий в российскую по своей сути организацию, средства и цели которой неизбежно определяли бы РКП(б) и советское правительство. Пожалуй, это было логично. Развитие

23

международной революции имело два взаимосвязанных аспекта. С одной стороны, эта была святая обязанность всех марксистов, но в то же время - важное средство защиты советской власти, которой приходилось нелегко. Коль скоро повсеместное избавление от гнета капитализма рассматривалось как условие выживания революционной власти в России, эти два аспекта как две стороны единой цели были неделимы. Но это означало также, что обязательства коммунистов других стран перед Коминтерном менее серьезны и гораздо меньше их связывают, чем это представлялось в Москве.

В конце 1919 года продолжались гражданская война и интервенция союзных стран, росла изоляция Советов. Зимой 1919/20 года после разгрома белой армии наступила короткая передышка, и именно тогда, в апреле 1920 года, во время подготовки ко И конгрессу Коминтерна, Ленин написал свой знаменитый и ставший таким популярным памфлет «Детская болезнь "левизны" в коммунизме». Объектом его нападок была так называемая левая оппозиция в коммунистических партиях, которая во имя принципов не желала идти на компромиссы. Ленин, в частности, вспоминал о том сопротивлении, с которым был встречен Брест-Литовский мир. Коммунисты западных стран должны принимать активное участие в работе своих парламентов и профсоюзов и не уклоняться от неизбежных при этом компромиссов. Помня об интервенции Великобритании во время гражданской войны, Ленин призывал английских коммунистов заключать "предвыборные соглашения" с лейбористской партией, чтобы "помочь Гендерсонам и Сноуденам победить объединенных Ллойд Джорджа и Черчилля". Ленин давал этот совет, когда был еще уверен в быстром развитии революции. Тактические рекомендации памфлета сводились к необходимости объяснять рядовым членам рабочих партий подлинную сущность их лидеров, чтобы обратить партии против них. Гендерсона следовало поддержать "голосованием точно так же, как веревка поддерживает повешенного". Ленин не рассматривал вероятности того, что тактика компромисса и маневра из-за неудачи мировой революции может длиться годами и даже десятилетиями.

В конце апреля 1920 года войска Пилсудского вступили на Украину и в начале мая захватили Киев; Советская Россия вновь оказалась ввергнутой в кризис такой же тяжелый, как и во время гражданской войны. Но на этот раз сопротив-

24

ление было более гибким и сильным. В июне началось контрнаступление Красной Армии. Растянутым на большие расстояния польским войскам пришлось отступать, и в начале августа Красная Армия вступила на территорию Польши. В это напряженное время начал работу II конгресс Коминтерна, который открылся в Петрограде 19 июля 1920 г. и на котором присутствовало более 200 делегатов. Среди них помимо делегатов от незначительной по численности Коммунистической партии Германии (КПГ) были также делегаты от Независимой социал-демократической партии Германии (НСДПГ), отколовшейся во время войны от Социал-демократической партии Германии (СДПГ), а также представители французской и итальянской социалистических партий; внутри этих партий имелись разногласия по вопросу о том, войти ли им в состав Коминтерна, и их представители прибыли на конгресс, чтобы окончательно разобраться в этом вопросе. На конгрессе присутствовали также делегаты от нескольких крайне левых группировок Великобритании, которые решили присоединиться к Коммунистической партии Великобритании. Тон официального доклада, открывшего конгресс, на фоне побед Красной Армии был уверенным и воодушевленным. Рекомендации ленинского памфлета не были забыты. Принимались резолюции, призывающие коммунистов работать в профсоюзах и буржуазных парламентах; Коммунистической партии Великобритании большинством голосов было рекомендовано примкнуть к лейбористской партии. Но теперь господствовало совершенно иное настроение. Конгресс обратился к трудящимся всего мира с призывом не допустить "никакой помощи белогвардейской Польше.., никакого вмешательства в дела Советской России". Мировая революция не сходила с повестки дня. "Дело Советской России Коммунистический Интернационал объявил своим делом. Международный пролетариат не вложит меч в ножны до тех пор, пока Советская Россия не включится звеном в федерации Советских республик всего мира".

На конгрессе было принято "21 условие", необходимое для вступления в Коминтерн; это было сделано для того, чтобы удалить колеблющихся, а также сделать Коминтерн, в отличие от II Интернационала, не союзом партий, придерживающихся весьма различных взглядов, но единой, однородной, подчиняющейся строгой дисциплине партией международного пролетариата. Никогда еще перспектива мировой революции не казалась столь близкой и столь желанной.

25

Пока на конгрессе шли дебаты, советским руководителям необходимо было принять жизненно важное решение. Следует ли Красной Армии остановиться на польской границе и предложить Пилсудскому условия мира? Или же продолжать почти ничем не сдерживаемое продвижение к Варшаве и другим промышленным центрам Польши? Ленин настаивал на дальнейшем наступлении, ослепленный надеждой, что польские рабочие будут приветствовать солдат Красной Армии как своих освободителей от капиталистического ярма и что революция в Польше откроет широкие ворота в Германию и Западную Европу. Против намерений Ленина выступили Троцкий и Радек. Сталин, по-видимому, разделял их сомнения, но в критический момент принятия решения находился на фронте. Тухачевский, блестящий военачальник, командующий фронтом, решительно выступал за дальнейшее наступление; он хотел превратить Красную Армию в армию Коминтерна. Победили смелость и энтузиазм. К середине августа Красная Армия уже развернулась под Варшавой. Однако тут сразу обнаружился основной просчет всех этих планов. Польские рабочие не пошевелили и пальцем, а призыв Пилсудского к народу оказать сопротивление советским захватчикам был горячо подхвачен поляками. Несколько недель спустя Красная Армия испытала унижение стремительного отступления, которое еще совсем недавно пережил ее противник. Наконец войска остановились восточнее так называемой "линии Керзона", которую и все союзники, и советское правительство признавали восточной границей Польши. Здесь 12 октября 1920 г. было подписано перемирие. Советская республика дорого заплатила за свой революционный оптимизм.

Престиж Красной Армии частично был восстановлен благодаря той легкости, с которой осенью 1920 года она отразила на Юге России нападение Врангеля, последнего белого генерала. Но поражение в Польше еще долго сказывалось на отношениях Советов с западным миром. Военная кампания строилась на убеждении, что польские рабочие поднимутся против своих правителей и вместе с советскими войсками установят в Варшаве революционную власть. Крах этих расчетов показал, что и у польских рабочих, как и у рабочих Западной Европы, слишком сильны национальные чувства, чтобы принять цели мировой пролетарской революции. Рабочие Европы, симпатизируя русской революции и горячо ее поддерживая, не испытывали ни малейшего желания под-

26

нять знамя революции в своих странах. Когда в октябре НСДПГ незначительным большинством голосов приняла резолюцию о слиянии с КПГ, многие члены НСДПГ и крупнейшей партии немецких трудящихся СЛПГ испытали чувство горечи, были возмущены деятельностью КПГ и Коминтерна. Некоторое время спустя Социалистическая партия Франции преобразовалась в коммунистическую, хотя многие также были несогласны с этим решением. Раскол в Итальянской социалистической партии привел к образованию небольшой по численности Коммунистической партии Италии (КПИ). В Москве пополнение рядов Коминтерна было встречено с энтузиазмом, но недоверие к Коминтерну внутри рабочего движения на Западе усилилось.

Попытка революционного переворота в Германии в марте-1921 года (см. с. 53) с треском провалилась. Послевоенная революционная волна в Европе явно шла на убыль.

Из военного поражения в Польше можно было извлечь еще один урок. Русские крестьяне, из которых в основном состояла Красная Армия, мужественно защищали революцию у себя на родине, но не хотели сражаться во имя революции в других странах. Крестьяне, измученные опустошениями и бедствиями гражданской войны, упорно не желали взваливать на себя новые тяготы ради мировой революции. Крестьянские беспорядки, которые прокатились тяжелой зимой 1920/21 года по Центральной России, вызвали тревогу правительства и заставили его заняться внутренними проблемами, пересмотреть представления о западном мире. Иллюзия мировой революции вдохновлялась, отчасти даже навязывалась разрушительным опытом гражданской войны. Когда же война окончилась, идея мировой революции, хотя от нее никто и не отказывался, исподволь отступила в отдаленное будущее. Главными целями текущего момента были безопасность и стабильность. При такой переоценке взглядов наряду с введением нэпа предпринимались попытки урегулировать отношения Советов с миром несоветским.

Предыдущий | Оглавление | Следующий










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.