Предыдущий | Оглавление | Следующий

А. И. Сорокин

   Судья Воронежского областного суда    

Международно-правовые и внутригосударственные аспекты упрощенного правосудия

 

 Начало применения с 1 июля 2002 г. УПК РФ повлекло за собой целый ряд вопросов и проблем, связанных с реализацией принципиально новых, ранее не известных российскому уголовно-процессуальному праву норм и положений об упрощенном правосудии. К таковым следует отнести и главу 40 УПК РФ.

При характеристике особого порядка судебного разбирательства следует начать с уяснения смысла того, что следует понимать под понятием «упрощенное правосудие»? Применяемый законодателем термин «особый порядок судебного разбирательства» не раскрывает природы и сущности данного института, а такие понятия как «сделки о признании вины», «соглашения о признании вины» и т.д. являются более узкими. Категория «упрощенное правосудие» включает в себя все виды и способы принятия судебных решений, направленных на ускорение и упрощение работы системы уголовного судопроизводства. Кроме того, термин «упрощенное правосудие» применяется в «Конвенции по защите прав человека и основных свобод» и целом ряде других международных документов и его следует считать общепринятым[1].

 Таким образом, понятие упрощенного правосудия включает в себя совокупность норм, закрепленных в законе и регламентирующих порядок принятия судебных решений путем сокращения и упрощения обычного порядка принятия судебного решения.

 Суть нововведений УПК РФ, предусматривающих «особый порядок» заключается в следующем:

 В случае, когда полное признание своей вины не оспаривается какой-либо из сторон и не вызывает у судьи сомнений, суд вправе, если с этим согласны все участники процесса, постановить приговор без проведения судебного разбирательства в общем порядке. Условиями применения особого порядка судебного разбирательства является:

- наличие согласия государственного или частного обвинителя и потерпевшего;

- согласие обвиняемого с предъявленным обвинением, и заявлении им ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства;

- уголовное дело о преступлениях, наказание за которые, предусмотренные Уголовным кодексом РФ, не превышает 5 лет лишения свободы;

- суд должен удостовериться, что обвиняемый осознает характер и последствия заявленного им ходатайства и что ходатайство было заявлено добровольно после консультаций с защитником.

 Установленный законодателем порядок применения особого порядка судебного разбирательства предусматривает отсутствие отдельных стадий судебного разбирательства: подготовительная часть судебного заседания, судебное следствие, прения сторон, последнее слово подсудимого. При этом законодатель требует от суда соблюдения положений главы 35 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства. В конечном итоге обвинительный приговор основывается на доказательствах, собранных на стадии досудебного производства, а назначенное подсудимому наказание не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

Важно отметить, что законодателем данная процедура выделена в особый раздел, состоящий из одной главы и четырех статей.

 Следует сказать, что упрощенного судопроизводства является результатом длительного процесса развития и совершенствования, причем это относится как к национальному опыту, так и опыту зарубежному. В Российском государстве в результате реформ 1864 года был принят Устав уголовного судопроизводства, целиком посвященный регламентации производства по уголовным делам. В этом Уставе был закреплен институт упрощенного судопроизводства; статья 681 Устава предусматривала возможность проведения сокращенного судебного следствия в случае признания вины обвиняемым. При этом вопрос о необходимости исследования объема исследуемых доказательств решался судом. В последующем эти положения дореволюционного уголовно-процессуального закона были фактически продублированы в первом Советским УПК РСФСР 1922 года. Важно отметить, что в указанных законодательных актах обвиняемым не предоставлялось никаких гарантий и льгот при назначении наказания.

 Новая кодификация уголовно-процессуального законодательства в конце 50-х годов прошлого века исключало возможность какого-либо сокращения или упрощения судебной процедуры. Однако в 1977 году появился новый институт «Прекращение уголовного дела вследствие изменения обстановки» (ст. 6 УПК РСФСР). Указанная норма являлась фактически одним из видов упрощенного судопроизводства, предусматривающим соглашение между обвинителем и обвиняемым. Условиями применения данной нормы являлись следующие обстоятельства: «совершенное лицом деяние потеряло характер общественно опасного или это лицо перестало быть общественно опасным». Ряд аналогичных норм предусматривал привлечение лица в упрощенном порядке к административной или моральной ответственности (ст. 6 - 9 УПК РСФСР). Прекращение возбужденного уголовного дела допускалось как органами предварительного расследования, так и судом. В 1996 г. в УПК РСФСР были внесены изменения, касающиеся возможности прекращения уголовного преследования, но уже с учетом степени тяжести совершенного преступления. Конституционный суд РФ неоднократно рассматривал вопрос о проверке конституционности прекращения дел по вышеуказанным основаниям и пришел к выводу о том, что прекращение уголовного преследования по данному основанию не противоречит Конституции РФ.

Нормы, регламентирующие порядок прекращения уголовного преследования по не реабилитирующим основаниям следователями и прокурорами, принятие решений об отказе в возбуждении уголовных дел с одновременной констатацией факта совершения уголовного преступления широко применялись в повседневной практике. Данные нормы закона справедливо и широко критиковались учеными и практиками. Основными доводами критикующих было отсутствие возможности соблюсти основополагающие принципы уголовного судопроизводства – осуществление правосудия только судом, презумпция невиновности, гласность, равноправие и состязательность сторон. Их оппоненты высказывались за расширение возможности подобного разрешения целого ряда дел и ссылались на рост числа уголовных дел и многочисленные проблемы, связанные с длительностью обычного порядка судопроизводства. Впоследствии стали говорить и о дороговизне обычной процедуры, высказываясь в пользу упрощенного порядка.

Анализ опыта зарубежных государств свидетельствует о том, что институт упрощенного правосудия связан с двумя аспектами его применения:

1. Использование упрощенной процедуры судопроизводства по делам о малозначительным уголовным проступкам, наказание за которые ограничивается несколькими месяцами лишения свободы или денежными штрафами.

2. Использование упрощенной процедуры судопроизводства по уголовным делам в связи с заключением сделки о признании вины.

Представленный российским законодателем порядок упрощенного правосудия (глава 40 УПК РФ) представляет собой компромиссную норму, сочетающую в себе совокупность двух вышеперечисленных аспектов. С одной стороны, используя зарубежный опыт, законодатель ограничил наказание весьма высокой мерой наказания (5 лет лишения свободы), а с другой – допустил заключение сделки о признании вины. Установление верхнего предела наказания при применении норм упрощенного правосудия, характерно для континентальной системы права (Германия, Франция, Италия), а заключение сделки о признании вины свойственно англо-саксонской системе права и получило наибольшее распространение в США.

 Таким образом, можно сделать вывод: введение упрощенной системы правосудия является объективной необходимостью. Оно обусловлено целым комплексом причин: ростом числа уголовных дел, по которым предусмотрены мелкие наказания; проблемами, вызванными длительностью обычной судебной процедурой; изменением приоритетов уголовной политики российского государства.

Еще в период подготовки нового уголовно - процессуального кодекса, продолжавшегося около 10 лет, на страницах юридических изданий и периодической печати развернулась полемика между сторонниками и противниками применения упрощенных форм судопроизводства. Фактически существо спора сводилось к вопросу о необходимости обязательного установления истины при производстве по уголовному делу. Вопрос непростой и в своих рассуждениях авторы выходили далеко за рамки исследования уголовно-процессуальных проблем, обсуждая философские вопросы в рамках правовой науки. При этом следует заметить, что тенденция всех исследований была такова, что движение постсоветского общества не могло не оставить свой отпечаток. В 90-х годах господствовала устоявшаяся точка зрения о том, что законодательный процесс должен был рассматриваться сквозь призму защиты общества от преступных проявлений, захлестнувших его[2].

В конце 90-х годов ХХ века и начале ХХI века под влиянием мирового сообщества, стали применяться и реализовываться в законах нормы, которые во главу угла ставят защиту прав и интересов участников процедуры и иных граждан, а главной задачей уголовного судопроизводства не является достижение истины любой ценой. Перестали считать суд органом борьбы с преступностью, а адвокатов, добросовестно выполняющих свои обязанности – врагами правосудия.

 В этой связи нельзя не отметить и тенденции в обсуждении вопросов, связанных с необходимостью упрощения правосудия. На первом этапе имело место активное неприятие новых веяний «загнивающего Запада». Особенно крепко доставалось сделкам о признании вины, широко применяемым в США. На должном уровне критиковали и упрощенные формы уголовного судопроизводства ведущих европейских государств. При этом в стране широко применялись нормы, позволяющие прекращать уголовные дела прокурорами, следователями и дознавателями. Некоторые ученые и практики справедливо возмущались нарушениями действующей Конституции, которая оставляла право отправлять правосудие только суду. В этой связи нельзя не упомянуть о том, что действующее на тот момент административное законодательство вообще было инквизиционным и гражданин не имел возможности противостоять отлаженной государственной машине.

При этом уголовный процесс большинства развитых европейских государств реально обеспечивал соблюдение прав граждан при отсутствии длительной и громоздкой процедуры за малозначительные правонарушения. Сравнение европейского уголовного процесса с административным законодательством России вполне уместно в связи размером и характером применяемого наказания за аналогичные правонарушения. В дальнейшем и ученые и практики стали соглашаться с необходимостью допускать сокращение установленного порядка уголовного судопроизводства, ограничивая его разного рода условиями и рамками.

На современном же этапе доминируют идеи, поддерживающие упрощенный порядок уголовного судопроизводства, расширения возможности совершения сделок в рамках, устанавливаемых законом. Уже никого не возмущают голоса, которые утверждают, что установление истины, объективной истины не является самоцелью уголовного процесса. Соблюдение прав гражданина принимается в качестве важнейшего принципа уголовного судопроизводства. Все вышесказанное совершенно не значит, что число противников этой концепции не стало. Просто их число значительно сократилось после того, как законодатель выразил свою волю и ввел в новый процессуальный закон ряд принципиально новых положений, среди которых и порядок упрощенного судопроизводства.

Противники продолжают спорить и возражать, обосновывая свои доводы нарушением уголовно - процессуальной формы, а также основополагающих принципов уголовного судопроизводства. Их доводы не лишены оснований и на этом следует остановиться особо. [3] Так, безусловно, при вынесении приговора без судебного разбирательства имеются недостатки, в том числе и нравственного порядка:

- нарушение принципа состязательности, поскольку имеет место безусловный приоритет стороны обвинения в решении вопросов об использовании упрощенного порядка принятия решения по уголовному делу по сравнению со стороной защиты. При этом именно сторона защиты отказывается от гарантий, которые могут оградить обвиняемого от недоказанного обвинения;

- нарушение принципа непосредственности, поскольку суд оценивает доказательства вообще без участия сторон и основывает свои выводы на представленных ему материалах предварительного следствия;

- нарушение принципа презумпции невиновности, который предполагает необходимость доказывания вины в ходе судебного разбирательства, недопустимость выводов о виновности на основе противоречивых данных, а признание вины подсудимым может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении этого признания совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства;

 Таким образом, институт упрощенного правосудия в Российском уголовном процессе имеет право на существование. Порядок применения Российскими судами «особого порядка судебного разбирательства» должен выдержать испытание временем, но уже сегодня ясно, что институт упрощенного правосудия должен развиваться и сферу его применения необходимо расширять. Следует признать, что на данном этапе развития судопроизводства необходимо укрепление гарантий соблюдения прав личности при одновременном усилении роли суда при принятии решений. Необходимо при принятии решения о применении упрощенного порядка судопроизводства большим объемом прав наделить обвиняемого и его защитника, а также прокуроров, принимающих участие в уголовном судопроизводстве, исключив излишнюю регламентацию действий сторон.

 

Предыдущий | Оглавление | Следующий



[1] Рекомендация N 6R (87) 18 Комитета министров Совета Европы "Относительно упрощения уголовного правосудия" от 17.09.87. // Сборник документов Совета Европы в области защиты прав человека и борьбы с преступностью. М., 1998. С. 116 - 122.

[2] Петрухин И. Сделки о признании вины чужды российскому менталитету.

[3] Михайлов П. Сделки о признании вины – не в интересах потерпевших // Российская юстиция. 2001. № 5.










Главная| Контакты | Заказать | Рефераты
 
Каталог Boom.by rating all.by

Карта сайта | Карта сайта ч.2 | KURSACH.COM © 2004 - 2011.